Случайная жена для мажора - Мила Реброва

— Что это тут у нас? А, любовный роман?

— Какой еще любовный роман? Это по программе! — воскликнула я, подскакивая с кресла и пытаясь достать несчастный том, стиснутый рукой парня и поднятый кверху. Какой же он высокий! Чертов гад! Вот как его игнорировать, если он всё время лезет?!

— По программе создания заучек? — рассмеялся он, глаза светились ехидством.

Да он наслаждается, издеваясь надо мной!

— Отдай, кому сказала! — потребовала я, перестав прыгать на потеху Андрею, а он всучил мне книгу, да так резко, что потрепанные пожелтевшие страницы библиотечной книжки разлетелись в стороны. Они и так держались на честном слове, я пыталась вклеить их, но ничего не вышло, просто придерживала рукой, чтобы не вываливались, но Андрей, судя по всему, портит всё, к чему прикасается!

— Смотри, что ты наделал! — воскликнула я, подгребая страницы рукой.

— Ничего, ты мне жизнь испортила, а я — всего лишь какую-то книжонку. Выкинь ее, она старая и никому не нужная, — фыркнул этот негодяй, плюхаясь обратно на кровать. Похлопал по второй половине и приказал: — А теперь иди спать.

Я же уселась в кресло, упрямясь и не желая выполнять его команды.

— Я буду спать здесь. Мне и тут прекрасно, — надулась я.

Новый дом, в который мы прибыли, был огромным, как и комната Андрея. Даже больше, чем в доме на родине. Та комната была более безликой, в отличие от этой.

— Вот так и знал, что с тобой будет много возни, тихоня! — проворчал он, выключая ночник на тумбе возле кровати. Комната погрузилась в темноту. Вот еще новости! Я, вообще-то, читала. Это такая будет семейная жизнь? Муж сказал, что делать, а я подчиняюсь? Как же так?

— Чего молчишь? — снова раздался голос в темноте, а потом я уставилась на силуэт, возникший рядом. — Если ты заставишь меня еще раз бегать за тобой, пожалеешь.

А потом я почувствовала его руку, он протянул ее ко мне и ухватился за предплечье, сжал не сильно, но ощутимо, потащил к кровати.

— Давай спать. Меры предосторожности я принял, — кивнул он на свернутое одеяло, которое, как баррикада, разделяло наши половины кровати. Глаза быстро привыкли к темноте. Андрея я видела очень четко и понимала, что потрачу больше времени на споры и проще уже взять и лечь спать.

Усталость дня навалилась тяжелой грудой камней, и я со вздохом легла на постель, Андрей занял вторую половину кровати. Вроде нас разделяла преграда, но факт оставался фактом: я спала в этой постели с ним рядом. От этого становилось очень грустно, потому что в своей жизни я всегда подчинялась обстоятельствам. Борьба ни к чему не приводила.

— Заучка, а заучка? — прозвучал в тишине голос.

— Что? — буркнула я, не видя смысла ввязываться в разговоры. Спать же звал, чего болтает?

— А книжка интересная? — спросил он зачем-то. Вопрос меня разозлил, он явно был задан с издевкой. Позлить меня хочет. Изводить, чтобы жизнь не казалась медом.

Треснуть бы ему. По голове. Да жаль будет портить — книжку.

— Иди да почитай, — проговорила я куда-то в сторону, смешно было так разговаривать, лежа к нему спиной, но оборачиваться не буду.

— А давай ты мне почитаешь, а то скучно, — протянул он, — не уснуть без сказки на ночь. Должна же меня жена как-то развлекать.

— Я тебе что, клоун?! — возмущение всё же вырвалось из меня, как бы я ни пыталась его сдержать. Мало он поиздевался надо мной в самолете, так еще и дома решил добавить!

— Лучше б была клоуном, — тяжко вздохнул он. — Так от тебя была бы хоть какая-то польза…

Весь следующий день я провела в подготовке к школе, съездила с золовкой в канцелярский магазин, где купила нам с Андреем всё необходимое. Потом развесила свои вещи, с опаской подвинув его в сторону. Уже предвидела вечерний скандал, ведь я посмела касаться его одежды, да еще и заняла его шкаф.

Но ничего такого не последовало. Андрей весь вечер отсутствовал, а когда вернулся, был сам не свой. Даже я видела и понимала, что что-то с ним не так. Парень проигнорировал меня и пошел в душ, где проторчал больше часа, а потом так же молча вышел из комнаты.

Решив, что стоит вести себя как можно тише, я, подготовив одежду на завтра, легла со своей стороны кровати. Было волнительно возвращаться в школу, не зная, как вести себя теперь, когда я замужем. Хоть Андрей и запретил мне говорить про наш брак, я очень сомневалась, что нам удастся утаить подобное надолго.

Андрей

— Сынок, а завтрак? — пожурила меня мама, видя, что я, подхватив тост, направился на выход. — Рида тоже не завтракала!

— Перехватим что-нибудь по дороге! Опаздываем, мам! — развернувшись, чмокнул я ее в щеку, быстро убегая, пока она не заставила взять что-нибудь с собой.

Я сегодня, как назло, проспал. Заучка пыталась меня разбудить, но я, проигнорировав ее, продолжал дрыхнуть еще двадцать минут после звонка будильника. Слишком уж хорош был сон с Мадиной…

— Садись, — заметив мнущуюся у машины заучку в идеально отглаженной форме, я нажал на брелок, разблокировав машину.

— Спасибо, — сказала Рида, потянувшись к задней двери.

— Сядь спереди, я тебе не водитель, — закатил я глаза. — Да и вообще, если кто-то из родных заметит, вопросов не избежать. Замучаемся на все отвечать, — садясь на водительское сиденье, проворчал я.

Заучка промолчала, пристегнувшись и уставившись в окно.

Решив, что так даже лучше, не будет жужжать под руку, я выехал из гаража и плавно вырулил из частного сектора, наслаждаясь плавным ходом своей малышки.

Отец подарил мне ее на восемнадцатилетие, наконец исполнив мою мечту о спортивной красотке, вместо его джипа, на котором он учил меня водить под своим строгим руководством. Прошло всего лишь несколько месяцев, а такое ощущение, что несколько лет. Как же всё меняет один неверный выбор.

— Эй, заучка, — окликнул я молчаливую девчонку, разговаривая с ее профилем.

— Что? — она буркнула, глядя куда угодно, только не на меня. И эта ее черта меня бесила. До того стеснительная, что в глаза не смотрит.

— Хочу прояснить кое-что. Первое, я тебя буду довозить до остановки, как будто ты приехала на автобусе. Идти до школы тут всего ничего. И отсюда буду забирать. Поэтому не опаздывай.

— Столько сложностей, — она фыркнула и наконец повернула голову ко мне. Еще и смеет злиться! — Не проще мне в самом деле ездить на автобусе? — нахмурилась она.

— Ты дура или прикидываешься? Никто не должен видеть нас в школе вместе, но домой мы должны приезжать на машине и уезжать из него на ней же! Вроде столько книжек умных читаешь, а простую вещь сообразить не в состоянии? Может, тебе записывать?

— Я не глупая! — вскинулась она, а глаза сверкнули злостью. Да неужели мы умеем показывать характер? Только вот для меня ее взбрыки — досадная помеха.