(Не) твоя жена - Наталья Евгеньевна Шагаева

Меня разорвало на ошметки, когда я случайно увидела в интернете фото Димы с какой-то девушкой; наши общие друзья, видимо, лайкнули фото, не подозревая, что я увижу. Я могла все пережить. То, что у него не получилось вытащить нас, то, что не хватило денег, даже то, что он меня не любит и передумал бежать. Но вот такой откровенной лжи и предательства я пережить не могу. И теперь получается, что моя единственная дорога – это выйти замуж.

К назначенному времени моей персональной «казни» я успокоилась. Мама напоила меня каким-то таблетками, отчего стало абсолютно все равно, что происходит вокруг.

Слезы и истерика прошли, и я в полной прострации смотрю на себя в зеркало и думаю о том, что невеста в отражении даже очень красивая и нежная. На мне длинное платье в пол, расшитое жемчугом, туфли на устойчивом каблуке, тоже украшенные жемчугом, длинная фата до пола, закрывающая лицо, а в руках небольшой букет из маленьких белых роз, перевязанный серебряной лентой. Красивая невеста, лучшая из всех, которых я видела. Но мне все равно. Мне даже все равно, что под платьем на мне белое кружевное белье от известного модного бренда. В голову приходит только одна ясная мысль: а что будет, если эта невеста на церемонии в присутствии сотни гостей скажет «нет».

— Все, время! Поехали! Эмин уже ждет! — радостно сообщает мне мама, хватает за руку и выводит из комнаты, и я покорно иду, еще раз оглядываюсь на телефон, который остается дома, словно он может что-то решить. Даже когда я увидела фото Димы и поняла, что он предал меня, все равно глупо надеялась, что это неправда, и ждала его звонка до последнего. Но меня никто не спасет.

Глава 9

Алина

Свадьба проходит в большом загородном комплексе на берегу озера. Специально для торжества воздвигли огромный куполообразный белый шатёр. Погода не плачет вместе со мной. Несмотря на осень, сегодня теплый солнечный день. Сочетание жёлто-красных листьев, зеленой травы и синего озера, в котором отражается ясное небо, прекрасно. Этот день мог стать самым счастливым в моей жизни, если бы не был настолько ужасным. Но действие таблеток набирает обороты, и мне все равно. Я, как послушная кукла, покорно делаю все, что мне говорят.

Гостей много. Я почти никого не знаю. Несколько родственников с нашей стороны, все остальные – либо папины партнёры, либо со стороны Эмина.

Бракосочетание проводится в европейском стиле. Выездная регистрация у озера. Гости собираются возле арки, украшенной белыми цветами. Эмин тоже там, в окружении незнакомых мне мужчин. Мы с мамой – в шатре.

— Ну, пришла в себя? Как самочувствие?

Я просто киваю.

— У тебя есть еще успокоительные? — интересуюсь я. Хочу совсем уйти в себя, чтобы пережить этот день. А лучше и вовсе не приходить в себя.

— Нет. Тебе и так достаточно.

Мама суетится, постоянно поправляя мои платье и фату.

— Готова? — в шатер входит отец. Снова киваю, даже не понимая, о чем он. — Замечательно. Пойдем, — он поставляет мне руку, и я хватаюсь за нее, как за опору.

— Букет забыли, — мама вручает мне цветы, целует щеку, плачет, утирает слезы, улыбается и убегает.

Слышу, как начинает играть музыка. Что-то мелодичное, восточное, красивое.

— Волнительно, — сообщает мне отец и выводит из шатра. До меня только сейчас доходит, что церемония началась, и мы идем к алтарю по выстеленной ковром дорожке, через сотни гостей, а там, возле арки, меня ждет Эмин.

Будущий муж безупречен. Словно с обложки модного журнала. Харизма, красота, стиль, стать, власть – все есть в этом мужчине. Угольно-черный костюм, белая рубашка, запонки, начищенные туфли, холодная улыбка, не затрагивающая глаза.

Чем мы ближе к Эмину, тем сильнее я стискиваю папино предплечье. Десятки глаз смотрят на меня оценивающе. Если бы ни супертаблетки мамы, я бы уже бежала отсюда куда подальше.

Отец доводит меня до арки и отдает Эмину. Теперь в меня будет играть он. Моя фата ничего не скрывает, ему видно, как я кусаю губы и прерывисто дышу. Эмин сжимает мою руку, и все вокруг затихают. Нас регистрирует какой-то пожилой мужчина во фраке. Это не тетка из загса. Он заигрывает с публикой, осыпая меня комплиментами.

Мужчина что-то говорит, какие-то красивые фразы и восточные цитаты мудрецов о семье, верности, любви, а мне не хватает воздуха. Происходящее как будто во сне. Через фату я вижу все в белой дымке. Речь мужчины очень долгая, а мне хочется кричать «остановитесь».

Я не хочу!

Оглядываюсь на родителей, мама тихо плачет, утирая слезы платком, и улыбается. Отец не сводит с нас довольных глаз. Гости… Кто-то перешёптывается, кто-то внимательно, с интересом нас рассматривает. Кто-то тоже плачет от трогательности момента.

Кто эти люди?!

Зачем они стали свидетелями фарса?

— Перед тем как этот брак свершится на небесах, хочу услышать, является ли ваше желание свободным, искренним и взаимным, с открытым ли сердцем, по собственному ли желанию и доброй воле вы заключаете брак? Прошу ответить вас, жених.

— Да! — четко, без сомнений отвечает Эмин.

Как он так может? Понимая, что я не хочу.

— Прошу ответить вас, невеста.

А я молчу. У меня просто не поворачивается язык. Эмин стискивает мою руку, пауза затягивается, собравшиеся начинают перешептываться.

— Наша прекрасная Алина волнуется, — начинает выкручиваться мужчина. Прошу ответить вас, невеста, — повторяет вопрос.

Я все слышу, но словно онемела. У меня нет слов. Закрываю глаза, сглатывая ком в горле, а он не глотается. Чувствую, как Эмин наклоняется ко мне, очень близко, обхватывая мою талию, притягивая к