Алиса в Зомбилэнде - Джена Шоуолтер

— И зачем мы так делаем? — тихонько спросила я.

— Не оборачивайся, но там мой бывший.

Скажите, ведь не я одна воспринимаю фразу "сейчас не смотри" как "посмотри именно сейчас"? Конечно, я обернулась.

— Плохая Али! — Кэт снова шлепнула меня по руке. — Плохая, плохая, плохая Али! Ты что, не можешь сдержаться?

— Прости. — Я потерла руку.

Прекратила ли я смотреть в ту сторону? Нет. И не просто туда смотрела, я пялилась. Не отводя глаз.

Справа от нас стояла группа из восьми парней. Если бы мне понадобилось наглядное пособие для описания серийного убийцы — теперь я бы его получила. Даже восемь пособий. Все высокие, тренированные, мускулистые. У большинства татуировки на руках и пирсинг на лице. Несколько носили металлические цепи словно бы вместо ремней, но на этих телах их можно было расценивать лишь как оружие.

Доказательство: у двоих на лодыжках над грязными ботинками виднелись электронные браслеты людей, находящихся под домашним арестом.

Парни дружески пихались, смеялись и хлопали друг дружку по плечу. Один даже схватил приятеля за пояс, нагнул, не давая вырваться, и стал ерошить волосы. Тому оставалось лишь терпеть такое обращение, пока остальные указывали на него пальцами и обзывали на все лады.

— Раньше их было больше, — произнесла Кэт. — Двое умерли в прошлом году от какой-то болезни, что превращает кровь в токсичную грязь, и ты практически гниешь изнутри. Это не заразно — по крайней мере, так заявили пресловутые "специалисты" в брошюрах, которые разослали всем студентам, ведь поднялась такая паника. Но, знаешь, странно, что двое парней умерли одновременно.

Я уловила в голосе подруги какую-то необычную нотку.

— Ты их знала?

— Да. Думала, никогда не перестану плакать. Наверное, ужасно так говорить, но я в какой-то мере рада, что они ушли вместе. Эти ребята были лучшими друзьями, никогда не расставались. Ой, что-то наша беседа принимает странный поворот. Мои извинения.

— Все нормально, — заверила я, хотя как раз нормально себя и не чувствовала. Мне больше никогда не хотелось думать о крови и смерти, тем более — говорить о них. — Так который из них твой? — спросила я, меняя тему и возвращаясь к ныне здравствующим ребятам.

Кэт с отвращением фыркнула:

— Вон тот, блондин. И он был моим. Был. Больше между нами ничего нет, и никогда не будет.

Я просканировала взглядом группу. Двое чернокожих (один из них бритый на лысо), двое брюнетов (один с волосами цвета воронова крыла) и двое блондинов. Я собиралась присмотреться к блондинам — правда собиралась! — но, зацепившись взглядом за парня с настолько черными волосами, что они отливали синим, дальше продвинуться не смогла.

Он был в ярко-красной бейсболке с какой-то надписью, которую я не разобрала. И единственный не скакал, а стоял, прислонившись спиной к шкафчикам и скрестив руки на груди, и наблюдал за приятелями с ленивой усмешкой.

До того красив, что у меня, наверное, точно слюнки потекли. Быстро и, надеюсь, незаметно проверив это предположение — очень странно, но по подбородку не текло — я вдруг поняла, что гадаю, какого же цвета у незнакомца глаза. Наверное, карие. Или даже светло-карие. Так или иначе… ух ты. Надо же. Видели застывшего в свете фар оленя? Приятно познакомиться, я Али.

— Эй, кошечка Кэт! — окликнул кто-то. Я заставила себя прекратить пялиться на Красную Бейсболку и взглянула… да, это был один из блондинов. — Иди-ка сюда и поздоровайся со мной как следует. Ты же знаешь, тебе этого хочется.

— Чего мне хочется, так это чтоб ты шел ко всем чертям, — отозвалась подруга.

— Ой, ну ладно тебе. Не надо так, малышка. — Парень оказался самым высоким из блондинов, с холодными карими глазами и таким лицом, что, увидав его, сам дьявол сбежал бы за угол, зовя мамочку. И хоть я и не могла понять, как такой персонаж мог завоевать девушку вроде Кэт, я легко могла представить его в роли обманщика. Должно быть, это и есть легендарный бывший. — Ты меня так любишь, просто удержаться не можешь.

— Надеюсь, Рина наградила тебя каким-нибудь венерическим заболеванием.

Парни вокруг засмеялись. Удивительно, но и блондин продолжил улыбаться как ни в чем не бывало, вместо того чтобы прикончить Кэт на месте.

— Малыш, это грубо. Я просто дразнил тебя, назвав другим именем.

— Оба раза?

Ага. Так и есть, бывший. А "двуличная, лживая, подлая ведьма" Трина, видимо, та самая Рина, с которой этот кадр крутил роман на летних каникулах. И, честно? Это просто в голове не укладывалось. Как можно было предпочесть Кэт — одной из самых красивых и женственных девушек, которых я только видела, грубую суровую Трину?

Так или иначе, это действительно оказался бывший ухажер Кэт. Помимо лица серийного убийцы он мог похвастать черными лентами, вытатуированными вокруг запястий, и кастетами, изображенными на костяшках пальцев.

— И, кстати, я не злюсь, — прибавила подруга. — Ты солгал мне, я лгала тебе. Мы в расчете.

Наконец блондин перестал улыбаться.

— Когда ты мне лгала?

Подруга подарила ему сладчайшую улыбку, словно вся его веселость передалась ей.

— Каждый раз наедине. Вообще-то, мне вовсе не было хорошо, если понимаешь, о чем я.

— Врет, — подал голос один из приятелей блондина.

Тот оттолкнул "помощника" в сторону.

— Ну, не надо так, — умоляюще обратился отвергнутый поклонник к Кэт, и, я готова побиться об заклад, он уже почти не шутил. В темных глазах мелькнуло отчаяние.

— Не смей указывать, что мне делать. И кстати, вот сейчас я совершенно серьезно. — Кэт показала бывшему средний палец с двух рук, и вся компания зашлась в новом приступе смеха.

Самоуверенности у блондина поубавилось, однако он пообещал:

— Я заставлю тебя передумать и завоюю обратно. Это просто вопрос времени.

— На самом деле вопрос времени, когда я скормлю твои яйца своему псу. — Наклонившись ко мне, Кэт прошептала: — Напомни, чтобы я купила собаку.

Черноволосый красавец, наконец, обратил на нас внимание — ну да, я снова на него пялилась, — и Кэт со всеми ее проблемами напрочь вылетела из моей головы. Фиолетовые. Его глаза оказались совершенно потрясающего фиолетового цвета. Я никогда не видела такого красивого оттенка.

Должно быть, линзы. Верно?

Он бегло окинул Кэт взглядом и усмехнулся в знак приветствия. Я на нервной почве едва не стала грызть ноготь — жуткая привычка, от которой мне удалось избавиться несколько лет назад. Посмотрит ли незнакомец на меня?

Ответ: да.

Когда наши глаза встретились, у меня пересохло во рту, и я позабыла обо всем на свете. Больше ничего не видела,