Невеста для предателя - Наталья (2) Дягилева

Нет, отчасти я понимала Мэрион. Кристобаль был обаятелен, я тоже под насмешливым взглядом его серых глаз поддавалась этому очарованию. Но надолго о важном я не забывала — Арден был преступником. Не просто разбойником, похищавшим леди ради выкупа (в конце концов, все подобные истории заканчивались благополучно) — он помогал Листании, война с которой шла уже четыре года.

Все началось с Неймора. Тогда я даже не слышала о нем (небольшой приграничный город, каких много), но сегодня это название в Гиллиаде знал каждый — нейморская резня оказалась навсегда вписана в историю страны. Августовкой ночью люди Листании напали на Неймор: они грабили и убивали, сжигали дома. Ужасная бессмысленная жестокость — не так много людей выжили, чтобы рассказать о ней. Король Робастан, он тогда совсем недавно унаследовал престол отца, немедленно объявил войну. Хотя Листания и уступала Гиллиаду в размерах и богатстве, возмездие не оказалось простым и быстрым. А через несколько месяцев стало известно, что Кристобаль Арден помогал противнику — снабжал Листанию информацией.

Его задержанием руководил мой отец, но о тех событиях я знала не больше остальных. Официальные обвинения быстро обросли ворохом слухов. Говорили, он решился на государственную измену, потому что был без памяти влюблен в принцессу Листании. Говорили, род Арденов давно обеднел, а противники посулили ему несметные богатства за помощь. Говорили, он смог избежать ареста благодаря внезапно открывшимся провидческим способностям (в это мне верилось меньше всего).

Были и те, кто симпатизировал Кристобалю. Говорить об этом было не принято, но я знала. Те, кто был в чем-то не согласен с короной, усматривали в преступлениях Ардена тайный замысел, а ему самому приписывали образ благородного разбойника. Болтали даже, что он раздает награбленное бедными. Возможно, я просто унаследовала отцовский цинизм, но по мне так в этих россказнях правды было ни на грош.

В конечном счете, как бы красив ни был Кристобаль, как ни очарователен, он помогал тем, кто творил те ужасы в Нейморе. Разве можно было как-то оправдать это? Мне хотелось сказать это Мэрион. Хотелось напомнить самой себе.

— Почему вообще вы ему помогаете? — я не удержалась от вопроса. — Он же преступник.

— Девочка моя, не каждый, кого люди короля назвали преступником, действительно опасен. — назидательно ответила Мэрион. Она не разозлилась, но посмотрела на меня, как на неразумное дитя, задавшее слишком уж глупый вопрос.

Снисхождение в ее голосе меня покоробило, и я ответила ей похожим взглядом. Мой отец всю жизнь посвятил борьбе с изменниками, предателями и шпионами — всеми, кто угрожал безопасности государства. Он никогда не был щедр на объяснения, и все же я слышала от него достаточно рассказов, чтобы понимать, как опасен для королевства Арден и ему подобные. Но простая женщина из глухой деревни, разумеется, лучше разбирается в преступниках и их опасности.

— Но ведь он помог Лиcтании в войне, — упрямо напомнила я, думая о нейморской резне. — Он грабит сборщиков податей. Шантажирует людей, — а еще похитил меня, если кто-то забыл.

Мэрион только покачала головой, не поддаваясь на мой обвинительный тон:

— Не господин Арден отправлял наших детей в сражения и не он повышал поборы. Война всем нам принесла много горя, но мы не его должны в ней винить.

Я слышала, что Арден находит себе сочувствующих среди простых людей, но никак не могла взять в толк, как ему это удается. Как могли они помогать тому, кто работал на другое государство? Мэрион, должно быть, просто обдурили Кристобаль и его сообщники. Откуда необразованной женщине, едва ли покидавшей свою деревню, знать, как дорого обходится государству защита земель и как распределяются налоги?

Мэрион доброжелательно улыбалась и даже предложила добавку, заметив, что моя тарелка опустела. Согласиться или отказаться из упрямства я не успела — на пороге появился Кристобаль.

— Они скоро будут здесь.

Глава 7.

Арден запер дверь. Мэрион засуетилась в глубине комнаты: отодвинула в сторону старое кресло и приподняла несколько половых досок, открывая вход в тесный подпол. Она казалась на удивление готовой к происходящему.

— Иветт, вперед. — Кристобаль жестом указал мне в сторону подвала, не тратя времени на долгие объяснения.

Я беспомощно огляделась по сторонам. Путей к отступлению не нашлось. Арден любезно протянул мне руку, помогая спуститься в подпол. Пространство было совсем тесным — уместиться там можно было только сидя.

— Сумки, — скомандовал Арден.

Мэрион подала ему наши рюкзаки, и те спешно отправились вниз.

— И не забудьте…

— Я все сделаю. Лучше полезайте в подпол поскорее, — хозяйка дома выглядела сосредоточенной и взволнованной, но уж точно не напуганной.

Кристобаль не стал с ней спорить — спустился ко мне, и Мэрион тут же помогла ему заложить вход досками. В подвале стало темно. Тонкие полоски света, едва пробивавшиеся через рассохшийся пол дома, не давали ничего разглядеть.

В тесном пространстве было негде развернуться — но я чувствовала спиной, что Арден совсем близко. Его дыхание щекотало мне шею.

Над головой скрипнуло, и я догадалась, что Мэрион придвинула кресло назад, закрывая вход в подвал. Кристобаль зашевелил рукой, доставая что-то из кармана. Я решила, что к моему горлу сейчас приставят нож, но вместо этого раздался короткий щелчок — это активировался уже знакомый мне Хранитель тайн.

— Мэрион, меня слышно? — нарочито громко спросил Арден. Ответа не последовало. — Вот и прекрасно.

— Это чтобы я не выдала нас?

— Нет, ну что ты. В твоем благоразумии я уверен. Это чтобы люди твоего отца не услышали моих воплей страха и ужаса, — отозвался Кристобаль. Я услышала в его голосе улыбку, совершенно неподходящую случаю.

Я возмущенно фыркнула и попыталась толкнуть мужчину локтем в бок. В узком пространстве это вышло плохо, и он перехватил мою руку, задержав пальцы на предплечье:

— Веди себя хорошо.

— Ничего не обещаю, — выдохнула я в ответ. Как будто у меня был большой выбор.

Арден так спешил спрятаться, что я ждала гвардейцев моего отца в любое мгновение. Но они не появились ни через три минуты, ни через все десять. От сидения в одной позе конечности, и так уставшие от нескольких дней в пути, немилосердно затекали. Я постаралась