Отец моего (вы)бывшего - Юлия Вернер

Выражение лица свекромонстра стало неопределенным. То ли она меня убить хотела, то ли просто побить.

— У меня сын один. Будет свадьба! — прошипела она. — Гостей тоже будет много. И это не обсуждается!

— Не обсуждается? — меня вся эта ситуация начала злить. — Это наше дело!

Илья бросил на меня взгляд и нахмурился.

— Вера! — начал он. — Мама хочет как лучше.

— Хочешь сказать, что я не права? — спросила, сдвинув брови. — Мог бы за меня заступиться! Все же ты со мной будешь потом жить, а не со своей матерью!

Мои слова явно не нравились Маргарите. Она в принципе не любила, когда ей перечили.

— Илья, — привлекла она внимание своего сына. — Что это такое? Почему твоя невеста так себя ведет? А что будет после свадьбы? Истерики будет закатывать? Так нехорошо, сына! Поговори уже с ней! Пусть знает свое место!

Боже, как же мне было обидно в этот момент! Я будто среди голодных волков была! Почему эта женщина такая… такая… такая с*ка! У меня не хватало слов, чтобы выразить всю неприязнь к ней! Раньше было невыносимо с ней разговаривать, но сейчас был просто верх наглости!

Я проглотила ком в горле и почувствовала, как глаза наливаются слезами.

Вот только заплакать мне не хватало!

— А вы свое место, похоже, не знаете! — сказала я, глядя на обалдевшую женщину. — Ведете себя как курица-наседка! Ваш сын — взрослый человек! Хватит опекать его и навязывать свое мнение! Мы собрались создавать семью без вашего вмешательства. Третий лишний. Слышали такое?

Глаза Маргариты Семеновны налились таким гневом, что сложно описать. У нее вот-вот из ноздрей повалит дым!

— Мерзавка! — закричала она и вскочила с места. — Да кто ты такая, чтобы со мной так разговаривать?

Обидно. Мамочка, как же мне обидно!..

Я тоже вскочила, и из глаз хлынули слезы. Обиднее всего, что за меня никто не вступился. Эта женщина беспощадно грызла меня, а я защищалась как могла, не получая никакой поддержки.

— Да где ты взялась на голову моего Илюши?!

А Илюша только хлопал глазами, наблюдая за перепалкой двух женщин и не собирался вмешиваться!

— Да идите вы к черту! — выплюнула я и быстрым шагом пошла прочь, желая как можно скорее оказаться подальше от этой семьи, потому что сил слушать все это у меня уже не было.

Это же невыносимо! Как вообще такое возможно? Нет, ни о какой свадьбе и речи быть не может при такой свекрови, которая будущую невестку ни во что не ставит! Я не смогу мириться с ее закидонами и молчанием мужа, который только и делает, что боготворит свою мамочку! Нет, никакой свадьбы не будет! Достаточно! Я не заслуживала такого отношения!..

С этими мыслями, смахивая со щек слезы, я выскочила за пределы территории и побежала прочь, не разбирая дороги.

Понятия не имела, как оказалась в лесу и уж тем более не знала, как так вышло, что быстро стемнело. Я бродила среди сосен и пыталась найти выход обратно в поселок, но все было бесполезно. Я потерялась.

Глава 8

Михаил был впечатлен развернувшимся представлением и даже порадовался в глубине души тому, что девчонка, если инстинкт самосохранения развит, уберется подальше и никто не узнает их маленький секрет. Но когда увидел в ее глазах слезы и очередные попытки отстоять свое мнение и право у этой старой горгульи, то Веру стало жалко.

— Какая же она дрянь! — рвала и метала Маргарита. — Я ей покажу, где раки зимуют!..

— Заткнись, Марго, — глухо произнес Воронов и поднял глаза на бывшую. — Забирай свою сумку и выметайся отсюда. Не надо мне тут концерты устраивать!

Женщина выпучила на него глаза и собиралась только-только сказать что-то, как Илья ее опередил:

— Мам, ну, правда, ты перебарщиваешь. К тому же, Вера все-таки моя невеста.

Вот это Михаилу показалось странным.

Его сын не защитил свою будущую жену перед матерью, когда она была здесь, нуждалась в поддержке и терпела неуважение со стороны будущей свекрови, но сейчас решил замять конфликт. Видимо понимал, что родители начнут собачиться между собой не на шутку, а на смерть.

— Я уеду ненадолго к друзьям, — продолжил он. — Думаю, нам с Верой нужно некоторое время побыть вдалеке друг от друга и обо всем подумать. Это пойдет на пользу нам обоим.

Чертовщина какая-то. Все это было настолько странно слышать, что не укладывалось в голове. То есть Илья сейчас вот так просто уедет из дома, бросит свою невесту, которая ушла в неизвестном направлении вся в слезах, и будет развлекаться со своими друзьями? Верх безответственности. Мы думали, что достигли дна, но снизу постучали!

— Ладно, — Маргарита на удивление быстро успокоилась, забывая о грубости Воронова, и посмотрела на сына. — Я, пожалуй, тоже поеду домой. Много дел. Тебя подвести, сынок?

— Да, только вещи соберу, — кивнул «сынок» и поспешил скрыться с глаз отца, который буравил его нехорошим взглядом.

Бывшие супруги остались один на один, и это не предвещало ничего хорошего. Они уже много лет как в разводе и это было просто замечательно. У Михаила дергался глаз только лишь от одного ее присутствия, что уж говорить о том, чтобы жить с ней под одной крышей и спать в одной постели?

— Что тебе сделала это девушка? — поинтересовался Воронов, деловито закинув ногу на ногу. — Ты же понимаешь, что не права?

Марго хмыкнула и закинула на плечо сумку.

— Я всегда права, Мишенька. Неужели ты забыл? Если дети хотят пожениться, то все должно быть так, как я хочу, не иначе! Свадьба, кольца, место проведения… даже белье на невесте. Я буду все контролировать!

Мужчина поморщился.

— Ты больная, Марго, — сказал он и отвернулся. — Езжай домой. Не заставляй меня подниматься и выбрасывать себя за шкирку с территории. Уйди с глаз моих долой!

У бывших супругов были очень «теплые» отношения друг к другу. После бесконечных выкидонов женщины, у Михаила появился иммунитет. Ему было совершенно плевать, что она говорила и чем грозилась — он делал так, как ему угодно.

Маргарита фыркнула.

— Счастливо оставаться, Мишенька! — бросила она и пошла прочь, проваливаясь каблуками в сырую землю на зеленой лужайке.

Вскоре калитка захлопнулась, и Воронов вздохнул с облегчением. Он эту женщину терпеть не мог! И как его угораздило лучшие годы своей жизни потратить на вот это?

Некоторое время мужчина сидел и смотрел куда-то перед собой, а потом поднялся и пошел в дом заниматься своими делами, думая о том, что вот Илья снова уехал, оставив Веру здесь, на