Возлюбленная мертвеца - Элина Лунева

Увидев меня, он брезгливо поморщился.

— Ну что, уважаемая леди Никсаэлла, что надумали? — спокойно спросил он.

— Я правда не знаю, где сейчас Алесандра, — прошептала я пересохшими губами.

— Хорошо, — кивнул он и щелкнул кому-то пальцами.

И вдруг сильный хлесткий удар плети обрушился на мои плечи и спину.

— Аааа, — сдавленно закричала я.

— Спрошу еще раз, — все также спокойно говорил со мной герцог, — Что Вам известно о Алесандре Алисье?

Я тихо скулила от боли.

— Я уже сказала, я не знаю, где сейчас Сандра, — проговорила я, сдерживая слезы, — Но мне удалось кое-что увидеть о смерти Аллана Бертье.

Герцог посмотрел на меня, прищурившись:

— Я слушаю, — сказал он настороженно.

Я почувствовала, как что-то завладевает мной. Неужели похищение и избиения послужили своего рода толчком для прорыва моего дара. Ведь я впервые только здесь смогла хоть как-то заставить его работать по моему желанию.

Вдруг я услышала свой собственный спокойный голос. Он был мой, но в то же время он был словно чужой, такой странный и отрешенный, такой холодный.

— Демоны ждали, души скорбели, много истерзанных жертв погубил. Дева бесстрашная лишь защищалась, жнец давно жаждал душу его. Боги оружие в руки ей дали, жнец направлял силу её, в око клинок они с силой загнали, так прекратился путь жизни его.

Вдруг оцепенение от всего сказанного сковало моё тело. О боги, что я сейчас сказала? Это я сказала? Или кто-то говорил через меня?

Мурашки побежали по моему телу, а на лбу выступил холодный пот. Я перевела взгляд на брата императора, он стоял словно статуя, бледный и неподвижный. Затем, он, будто бы очнувшись, вздрогнул.

— Что ты сейчас сказала, тварь!? — закричал он на меня.

А затем он нагнулся и сильно схватил меня за волосы.

— Может, ты видишь и свою смерть? Посмотри мне в глаза, я буду тем, кто прервет твой путь жизни.

Я не знала, что со мной произошло, но я почему-то совершенно перестала бояться. Страх просто куда-то ушел. И как бы сильно ни бил меня герцог, как бы ни причинял мне боль, я все равно не боялась.

— Я не боюсь умереть, — тихо и спокойно заявила ему я, — Ибо я знаю, что моя смерть не наступит сейчас и не от ваших рук.

Он замер, а я продолжила:

— Зато я знаю, каким будет ваш конец, — тихо проговорила я, все также спокойно смотря ему прямо в глаза.

Он сжал руки у меня на горле и свирепо посмотрел мне в лицо. Я же оставалась совершенно бесстрастной.

— Нет страшнее этого проклятья, страстный смерти поцелуй выпьет жизнь твою до капли.

Услышав мои слова, его лицо исказилось, он весь словно затрясся.

— Ведьма, ты думаешь, я поверю тебе? — прокричал он мне с яростью и влепил звонкую пощечину.

От силы его удара у меня все потемнело в глазах. Злость и ненависть к этому человеку поглотили меня. Он все равно убьет меня, когда я стану ему не нужна, так зачем мне говорить ему хоть что-то?

Это я для него храбрилась, говоря, что знаю обстоятельства своей смерти. Но на самом деле, это не было правдой. Даже самые лучшие оракулы могли видеть многое, практически всё и обо всех, но никто из них не мог увидеть собственный конец. Знали об этом лишь единицы. Я тоже знала, что мне не дано увидеть и предсказать собственную смерть, как и несчастья, так и любовь. Даже если мой дар откроется полностью, а по словам моих учителей, я должна стать очень сильным оракулом, то все равно моё будущее будет для меня недоступным для видения.

Герцог выпустил меня из своей хватки и произнес:

— Я знаю, как мне получить от тебя информацию, — сказал он задумчиво, — А пока, у тебя еще будет время на размышления.

Он снова щелкнул пальцами, меня снова подхватили под руки и поволокли обратно в темницу.

Вновь оказавшись прикованной цепями к стене подземелья, на своём клочке соломы я горько заплакала. Что же мне делать? Что делать? Кто мне поможет?

Ответ был очевиден. Никто. Абсолютно никто не поможет мне. Отчаяние полностью овладевало мной. Истерика грозилась прорваться бурным потоком.

Я сидела, плотно прижав к себе колени, и судорожно пыталась думать. Может мой дар поможет мне? Это единственное, что у меня было.

Я потянулась к стене подземелья, положила на холодную влажную кирпичную кладку свои ладони, и прижалась к ней лбом.

— Покажи мне, где я, прошу, — умоляла я свой дар, взывая к силе.

Вдруг мои ладони потеплели, голова закружилась, меня словно выкинуло за пределы темницы. Я ощутила себя каким-то бестелесным духом, который словно туман плыл сквозь стены и этажи.

И вот, спустя некоторое время я оказалась возле огромной мрачной крепости. Это был форт пограничья, рядом располагались пристройки гарнизона, крепостной вал и ров с подъемным мостом. Все указывало на, то что это была крепость пограничного рубежа. Но оставался вопрос, на границах с какими землями стоял этот форт?

Я повернула голову в сторону мощеной площадки возле северной стены крепости и увидела столб с цепями. И вдруг перед моими глазами снова замелькали картинки, на которых привязанные к этому столбу девушки визжали и кричали под жестокими ударами кнута. Я словно сама ощущала каждый наносимый им удар. Я вздрагивала каждый раз, когда слышала свист плети и её хлесткий удар. Я словно чувствовала всю ту боль, что испытывали эти несчастные жертвы.

Затем я взглянула на крепостной вал, и кровь отлила от моего лица. О боги, сколько же несчастных было закопано на этом валу. Их не хоронили по-человечески, а просто как бродячих собак, скидывали в яму и прикапывали землей.

От всего этого тошнота подкатывала к моему горлу. Я поспешила отвернуться и уперлась взглядом в почерневшую башню форта. Да, это была та самая башня, в которой была заперта Сандра, и в которой насильник и убийца Аллан Бертье нашел свой конец.

Но что это мне давало? Этого было не достаточно. Я снова потянулась к стенам крепости, и вдруг другие картинки замелькали у меня перед лицом. Я увидела как сотни и тысячи орков осаждали крепость, как они шли на штурм этого форта, как заряжали свои катапульты, как огненные стрелы ярким дождем обрушивались на защитников крепости. Затем видение поменялось, и я увидела нежить. Сотни и тысячи