Невидимые знаки - Пэппер Винтерс

Наконец водитель вернулся.

— Курорт Матава на острове Кадаву, верно? — Печатая на телефоне, его взгляд загорелся. — Очень эксклюзивный курорт. Дорогой.

Данкан напрягся, понимая намек.

— Если вопрос в цене, назовите ее. Я уверен, мы сможем договориться.

Гэллоуэй не двигался. Он стоял неподвижно, но внутренне я почувствовала острую необходимость подойти вперед, не оставаясь в стороне. Независимо от его цели или причины, он не отступит и не признает свое поражение.

Я завидовала ему.

Завидовала, что у него была такая страсть к нарушению правил и тому, чтобы добиться своих целей.

— Я с Данканом, — сказал Гэллоуэй. — Найдите способ доставить нас туда, и мы обсудим цену.

Водитель сгорбился возле своего микроавтобуса, не обращая внимания на других пассажиров, желавших добраться до своих пунктов назначения.

— У меня есть друг.

Данкан хлопнул его по плечу.

— Отлично. В чем заминка?

— Заминка? — Водитель сразу же посмотрела на автобус, будто мы его разгромили, пока он разговаривал по телефону. — Какая заминка?

Гэллоуэй усмехнулся.

— Он имеет в виду сколько?

Водитель улыбнулся.

— Пятьсот долларов с человека.

— Ни за что. Пятьсот долларов за всех нас. — Указывая на свою семью и на Гэллоуэй, Данкан отрезал. — Пять сотен за пятерых человек.

Подождите.

Что я должна была делать? Смиренно ехать в гостиницу, куда я не хотела, заселиться в номер, который меня не интересовал, и спать в кровати, которую я уже презирала?

Нет.

У них были свои планы, пока я тонула в нерешительности. У меня не было стержня в жизни. Я была создана быть пассажиром, плывя по течению. Я хотела иметь какое-то направление сейчас.

Я хотела жить.

Я не буду больше игнорировать знаки.

Если я не могу попасть домой, то лучше поеду в другое место. Я буду праздновать так, как, по словам Мэди, должна. Я буду наслаждаться отдыхом, новыми приключениями и чем-то спонтанным — все потому, что я могла.

— Эмм, мистер Эвермор?

Данкан остановился, любезно улыбаясь.

— Да?

Я игнорировала взгляд Гэллоуэй.

— Этот курорт, который вы упомянули. Он спокойный?

Амелия ответила вместо него, заправляя волосы, цвета меди, за ухо.

— Это Эко Лодж. Соломенные крыши, солнечные батареи и никаких химических следов. Для тех, кто ценит уединение и спокойствие.

Святое дерьмо, звучит превосходно.

Идиллия.

Как будто создано для меня.

Я могла бы отдохнуть у бассейна (если там есть бассейн), писать, грезить наяву и планировать будущее, в котором боялась жить.

Мое сердце пропустило удар, но в этот раз в надежде.

— Как думаете, у них остались свободные места?

Данкан почесал подбородок.

— Я сделал бронь лишь неделю назад, и они говорили, что только половина домиков занята. На вашем месте я бы рискнул.

Мысли о мире и спокойствии привлекали все больше и больше. Я могла бы взять неделю отдыха и восстановиться после моего турне, перед возвращением домой, где интернет поглотит меня, работа начнет рушить меня, и где ждут обязательства.

Зачем мне торопиться назад, если я могу провести неделю только для себя?

Я всегда была организованным человеком. Никогда не ввязывалась в авантюры и не принимала спонтанных решений, но что если это именно то, что мне нужно?

И они улетают без меня.

Где я потеряю больше? Позволить им найти путь в рай и отправиться в какой-то ужасный отель или рискнуть, отправившись с ними, и получить лучший опыт в моей жизни?

Я улыбнулась водителю.

— Мы заплатим шесть сотен за шестерых человек.

Эко Лодж поднял бровь.

— Ты едешь тоже? Но я думал, ты сказала…

— Без разницы. Я передумала.

— Ты так можешь? Просто передумать?

Моя улыбка окаменела.

— Я могу делать все, что захочу.

— Ты не должна... — он нахмурился, — не знаю. Работать или что-нибудь еще?

Язык его тела изменился от нетерпения до неприветливости. Почему ехать со мной для него было проблемой? Я же не просила его жениться на мне. И мы больше никогда не увидимся после этого.

— Какое, черт возьми, тебе до этого дело?

Гэллоуэй вздрогнул.

— Что ты имеешь в виду? Мне нет дела.

— Ты не хочешь, чтобы я с вами ехала.

— Я никогда такого не говорил.

— Нет, сказал.

— Без разницы. Думай, что хочешь. Я просто заботился о твоем благополучии.

Я уперла руки в бока.

— Мое благополучие. С чего это ты заботился о моем благополучии? Ты даже не знаешь меня.

— Так точно. Не знает. — Данкан встал между нами, выступая в качестве арбитра. — Шесть человек. Никаких проблем. — Похлопав меня по плечу, он улыбнулся. — Будет приятно с вами путешествовать, Эстель.

— Эстель? — Гэллоуэй проговорил мое имя, превратив его из простого обращения в жесткую ласку. — Тебя так зовут?

— Только не говори мне, что у тебя с этим проблема тоже.

Его лицо напряглось.

— У меня нет никаких проблем с тобой. Нет проблем. Никаких.

— Тогда перестань быть проблемой для меня, — огрызнулась я.

Его глаза обратились в сталь, и все дружелюбие и, какая бы то ни была, связь между нами испарилась.

Придурок.

У него была возможность поговорить со мной в самолете, но он ею не воспользовался. Он считал меня недостойной своего времени, оскорбил меня несколько раз, и это мы только встретились.

В данный момент и на будущее я выкину его из своих мыслей и не потрачу больше ни секунды на него.

За исключением написать о нем злую песню, где его ждет плохой финал.

— Хорошо, шесть людей за шесть сотен. По рукам. — Водитель оттолкнулся от микроавтобуса и рывком открыл раздвижную дверь. — Садитесь.

Дети Эвермор залезли первыми, за ними Амелия и Данкан. Гэллоуэй встал передо мной, остановившись поговорить с водителем.

— Куда именно вы нас везете?

Водитель сказал:

— У меня есть двоюродный брат, который доставляет продукцию и расходные материалы к прилегающим островам. Он может помочь.

— Он может доставить нас туда сегодня?

Мужчина кивнул.

— Сегодня. Без проблем.

— Отлично. — Холодно улыбнувшись, Гэллоуэй забрался в микроавтобус.

Обнимая свю куртку с полными карманами вещей для выживания, я скользнула внутрь вслед за ним, сев на свободное место рядом с Пиппой. Маленькая девочка улыбнулась, поглаживая лапку своего котенка. Мы переглянулись, когда водитель захлопнул дверь, сдавливая нас в ограниченном пространстве.

Мой разум бросился к идее проснуться завтра на тихом пляже,