Связанные долгом - Кора Рейли

– По поводу своего авторитета я не беспокоюсь. Никто из Синдиката не пытается свергнуть меня. – Данте обнажил зубы в улыбке, от которой у меня по спине пробежала дрожь.

Эти двое выглядели так, будто находились в секунде от того, чтобы схватиться за оружие. И у меня не было уверенности в том, кто выйдет победителем из этой битвы. Скорее всего, умрут оба, ввергнув при этом Синдикат и нью-йоркскую Семью в открытую войну друг с другом.

Лука вскочил, оттолкнув от себя стул. Габи, собиравшаяся наполнить его бокал, вскрикнула и выронила бутылку вина, закрыв руками лицо, словно защищаясь. Какое-то мгновение никто не шевелился. Данте тоже встал. Только Ария и я остались сидеть, практически застыв на своих стульях.

– О Нью-Йорке не волнуйся. Просто проследи за выполнением своей части сделки, – прорычал Лука. Он протянул руку, и Ария взялась за нее, поднимаясь со стула. – Нам пора в аэропорт. – Она одарила меня извиняющейся улыбкой.

Я выпрямилась и взглянула на Габи. Девушка все еще стояла, застыв возле стола, и лужа красного вина растекалась вокруг ее туфель.

– Я провожу вас, – сообщила я Луке с Арией.

Пока я вела их через холл, Данте следовал по пятам, как будто беспокоился, что Лука со мной что-нибудь сделает, что казалось мне маловероятным. Данте и Лука не пожали друг другу руки на прощание, но, несмотря на это, я крепко обняла Арию. Ни за что не позволю мужьям встать на пути у нашей дружбы. По крайней мере, попытаюсь. Если отношения между Чикаго и Нью-Йорком действительно полетят под откос, мне даже словечком обмолвиться с Арией не позволят. Я постояла, наблюдая за их отъездом, а затем повернулась к Данте, все еще стоявшему у меня за спиной.

– Что это было?

Данте покачал головой.

– Мой отец не должен был соглашаться на брак второй дочери Скудери с Нью-Йорком. Это добром не кончится.

– Но ведь у Арии с Лукой, похоже, все прекрасно сложилось, и Синдикат мирно сотрудничал с Нью-Йорком уже много лет.

– Их брак был исключением, а Маттео Витиелло хочет Джианну Скудери просто из-за того, что вбил себе в голову, что ему нужно заполучить ее. Это не лучшая основа для принятия решения. Эмоции в нашем деле только мешают.

Я моргнула. Снова его холодные аргументы.

– Ты никогда не жаждал чего-то до такой степени, что мог сделать что угодно, чтобы получить это? – Я поняла, что это неправильный вопрос в тот же самый миг, как слова вылетели из моего рта, но забрать назад их уже не могла.

Его холодные глаза встретились с моими.

– Да. Но мы не всегда получаем то, чего хотим. – Он говорил о своей жене. Он хотел, чтобы она вернулась.

Я через силу сглотнула и кивнула.

– Мне нужно позвонить Бибиане. Хочу завтра с ней встретиться.

Я медленно развернулась и стала подниматься по лестнице, ощущая на себе взгляд Данте. Я была рада, что он не видел моего лица.

Глава 6

Недолго поговорив с Бибианой, я забрела в библиотеку, заполненную в основном нехудожественной литературой и старой классикой – ничего, что могло бы меня увлечь, но я не хотела видеть Данте и уж тем более не горела желанием просить свою мать приехать. Она бы сразу решила, что что-то не так, и хотя так и было, мне не хотелось, чтобы она узнала. Она была так счастлива, когда объявили, что я стану женой Данте. Разве можно теперь разрушать ее иллюзии признанием, что Данте равнодушен ко мне?

Я взяла учебник по русскому языку. Я владела только итальянским и английским, поэтому могла бы выучить и тот, на котором говорили наши враги, и это заняло бы меня надолго, отвлекая от мыслей, что Данте меня игнорирует.

Наконец, урчание в животе выманило меня на кухню. На часах было уже почти семь, но на ужин меня никто не звал. Войдя на кухню, я обнаружила Зиту, Габи и двоих мужчин, ужинающих за деревянным столом.

Замешкавшись в дверях, я колебалась, входить ли, но Зита посмотрела в мою сторону, и я не могла больше топтаться на месте. Я шагнула вперед, со всей остротой ощущая себя чересчур разодетой в своем изящном коричневом платье. Все развернулись в мою сторону, и двое мужчин немедленно вскочили из-за стола. Поверх черных рубашек у них была надета кобура с пистолетами и ножами. Обоим около тридцати, и я поняла, что это и есть охранники.

– Хозяин уже поужинал в своем кабинете, – сообщила мне Зита.

– Я все равно увлеклась чтением, – ответила я, надеясь, что прозвучала достаточно равнодушно, и сконцентрировала все внимание на двух мужчинах, которые стояли и смотрели на меня. – Мы еще не знакомы.

Я подошла к ним, протянув руку мужчине повыше со стрижкой «ежик» и шрамом на брови:

– Я Валентина.

– Энцо, – представился он.

– Тафт, – сказал другой мужчина. Он был на пару дюймов ниже, но гораздо массивнее.

– Можно мне присоединиться к вам и быстренько поужинать? – Я могла хотя бы попытаться познакомиться с людьми, с которыми буду видеться каждый день в ближайшие несколько лет, а возможно, и дольше.

Оба мужчины тут же согласились. Габи тоже, казалось, обрадовалась моему присутствию. Только Зита с трудом скрыла свое неодобрение.

– Ты уверена, что хочешь именно этого? – Она кивнула на разложенные сыры, пармскую ветчину и прекрасный итальянский хлеб.

– Я бы не спрашивала, если бы это было не так, – ответила я, присаживаясь рядом с Тафтом.

Он поднял бутылку вина. Я кивнула и взяла один из простеньких бокалов для вина с подноса в конце стола. Вино было таким же восхитительным, как и еда. Я не спускала глаз с Габи, которая, к счастью, не пила вина. Тафт и Энцо не бросали на нее заинтересованных взглядов, что меня еще больше успокоило, но я не могла забыть выражение страха на ее лице, когда Лука вскочил на ноги. Безусловно, он и в свои лучшие дни был устрашающим парнем, но здесь было нечто большее. У меня сложилось впечатление, что Габи боялась мужчин. Оставалось выяснить почему. Тафт и Энцо выпили по два бокала вина; до утра у них еще были обязанности по охране, и вряд ли они смогли бы выполнять свою работу пьяными, но мы с Зитой опорожнили бутылку. Слегка захмелевшая Зита стала казаться намного приятнее. Или, может, мой хмель заставил меня закрыть глаза на ее грубость? В любом