Незабудка для конунга - Полина Атлант

— Я согласна! — слегка привстала я и тоже поклонилась конунгу.

— Что ж, решено, — добавил главный жрец и присел на место.

Затем Ингвальд снял с запястья один из тонких серебряных браслетов и протянул его мне со строгой довольной улыбкой. Долго не думая, я приняла этот благородный жест как доказательство нашего с ним согласия быть парой. Я надела на руку браслет, который был велик мне. Теперь оставалось лишь получить разрешение моего отца.

— Всем медовухи! — Ингвальд тоже занял свое законное место.

Служанки начали радостно разносить кувшины с напитком. Я же воздержалась от пьянки и лишь пригубила. После того как опустошили свои кубки, все набросились на подносы с едой. Ингвальд подвинул к нам поближе поднос с дичью в брусничном соусе. От аккуратно нарезанных кусочков свежего мяса у меня потекли слюнки.

— Как моей будущей невесте, теперь тебе полагаются отдельные покои. Я скажу Фриде, чтобы она подготовила их, — сказал он мне тихо, все сидящие рядом старались не слушать нашего разговора.

— Спасибо за заботу, господин, но меня все устраивает, — я улыбнулась ему и наколола на вилку кусок мяса.

— Ты не должна больше спать в комнате со служанками, — он отпил из кубка, его глаза блестели, он добился, чего хотел.

— Хорошо, будет так, как ты скажешь, господин.

Было бы неуважительно с моей стороны за столом спорить с ним относительно того, где мне ночевать и жить до помолвки. Тем более что он хозяин в этом дворце.

ГЛАВА 11

Я рассматривала искусной работы плетеный браслет-змейку. Все не верилось, что конунг назвал меня при свидетелях своей невестой. Конечно, я была счастлива, что почти добилась своего.

Вот только в душе по-прежнему таилось неспокойствие. Ведь окончательно разведен Ингвальд будет на тинге. И до тех пор он не может просить у отца моей руки и устраивать помолвку. Лишь после я стану настоящей невестой конунга, а не названой.

Я чувствовала на себе пристальный взгляд мужчины. Прекрасно понимала, что ему не терпелось снова уложить меня к себе в постель. Наверняка для этого он и устроил этот быстрый развод с Кристин.

Ингвальд сидел довольный и гордый, попивая медовуху. Он положил свою горячую ладонь на мою.

— Не могу тобой налюбоваться, — почти шепотом сказал он.

— Как женишься, будешь любоваться вдоволь, — ответила я ему, улыбнувшись.

Он сощурил глаза.

— Ты знаешь себе цену, мне это нравится!

— Меня так воспитали. Каждая девушка должна помнить о чести и достоинстве, — пусть не думает, что если под воздействием магического пойла я отдалась ему и потеряла честь, то и о бдительности позабыла.

— Многие девушки готовы позабыть про это, лишь бы оказаться на твоем месте, — он снова мне напомнил о своем положении.

— Разумеется, они об этом метают, каждая знатная девушка хочет жить хорошо и уютно и быть замужем за знатным мужчиной, — я забрала руку и спрятала под стол.

— Хочешь прокатиться в лес? — спросил конунг, сменив тему разговора.

— Почему нет, — пожала я плечами.

— Лодин, пойди приготовь нам лошадей, прокатимся в лес к источнику, — позвал он своего дружинника, который не переставал целовать свою Эмму.

— Сейчас сделаю! — ответил тот и, что-то шепнув девушке на ухо, быстро встал.

Все желающие подышать лесным воздухом ринулись из зала. Я прихватила с собой плащ, наверняка на улице прохладно. Погода была волшебной. Солнце скрылось за макушками вековых елей.

Подхватив за талию крепкими руками, Ингвальд быстро усадил меня в седло. Не спеша мы двинулись через пшеничное поле в царство сумеречного леса. Свита конунга ехала впереди, освещая факелами протоптанную дорогу посреди высоких темных деревьев.

В самом сердце лесного царства среди зарослей находился источник. Однако священным сакральным местом он не был. Быстрый узкий ручеек утекал в глубь леса, заполняя тишину звонким журчанием.

Я слезла с лошади и пошла к ручью. Водичка была прозрачной и прохладной. Самое то после сытной пищи и сладкого напитка.

— Здесь прекрасно!

— Обожаю это место, — Ингвальд присел у гладкого камня и опустил руки в воду. — Все детство тут провел, учился охотиться и рыбачить.

— Лодин мне рассказал о чуде этого леса, — к нам подошли Эмма и главный дружинник.

— О, я хочу это увидеть! — обратилась я к Ингвальду.

— Поэтому я и привел тебя сюда, — конунг бросил на Эмму недовольный взгляд, должно быть, моя подруга чуть не испортила его сюрприз, предназначенный для меня.

Ингвальд крепко взял меня за руку и повел за собой по узкой едва заметной тропинке. Мой отец называет такие заячьими. Позади с факелами в руках шли Эмма и Лодин. Недолго пробираясь через низкие заросли лесной травы, мы вышли на небольшую лужайку, заросшую орляком. Прогалину освещала огромная молочная луна. И среди деревьев темнел едва заметный большой овраг.

Тут мы остановились. Ингвальд улыбнулся мне и достал из кармана плаща повязку.

— Закрой, пожалуйста, глаза.

Я повиновалась, и меня охватило волнительное чувство предвкушения. Взяв за плечи, Ингвальд медленно повел меня вперед. Под подошвами хрустели трава и ветки. Вдали слышался крик совы.

Ингвальд остановил меня и повернул лицом на север. Затем снял повязку. Среди двух небольших оврагов на влажной от ручья земле я увидела возле себя цветущий золотисто-красным дикий папоротник. От такого чуда у меня перехватило дыхание, сперва я боялась пошевелиться, чтобы случайно не наступить на него.

— Какое чудо!

Цветок напоминал большой колокольчик и сиял таким ярким теплым светом, что согревал мое прохладное лицо.

— Сегодня последняя ночь, когда он цветет, — тихо сказал Ингвальд.

— Говорят, если загадать желание у этого цветка и выпить его нектар, оно сбудется, — Эмма протянула к цветку руки.

— Попросить можно все что хочешь. Сегодня ночью дикий орляк обладает магической силой, — Ингвальд подошел и осторожно сорвал его.

— Что ты сделал?

Конунг подошел и протянул мне цветок дикого папоротника. На ощупь он был теплым и бархатистым.

— Выпей магический нектар, и ты вспомнишь нашу ночь…

— Откуда ты заешь про его свойства, я не отравлюсь?

Ингвальд чуть не рассмеялся.

— У него вкус меда, я уже пробовал.

Немного подумав, я взяла цветок и произнесла:

— Хочу вспомнить свою первую ночь с мужчиной! — не сводя с