Солнце в армейских ботинках, или Идем дорогой трудной… - Юлия Владимировна Славачевская

О–ё–ё! Меня его неподвижный взгляд пугает. Вид чистокровного маньяка. Черти стоялые, да что с ним? Трется, словно хозяйский кот возле валерьяны. И весь мелко дрожит. Колотит его, как наркомана при ломке.

— Господи! — закатила я глаза, пока его нос нахально пытался залезть в мое самое ценное и дорогое. Щекотно, между прочим! Сдвинула ноги и, отбиваясь от слишком назойливого обнюхивания, проговорила: — А дышать–то как? С надрывом? Придыханием? Страстно? Тихо? Как?!!

— Просто дыши, — трогательно сообщил мне Лайон, продолжая, как большая перекормленная котяра, тереться лицом об меня.

Я стояла и чувствовала себя дура дурой. Запахом своим меня, что ли, пометить решил? Так я ему не кошка, и не предмет туалета. Придурок!

— Ты такое совершенство, харите́!

У меня задергался левый глаз.

— Оно, конечно, — не стала я спорить. — Только не совсем понятно, а вернее — совсем непонятно, что происходит? Мы что–то делать будем?

— А ты хочешь? — поднял он на меня восторженные глаза, светящиеся такой неприкрытой надеждой, что мне заранее стало нехорошо.

— Не то чтобы очень, — выпалила я, прежде чем успела подумать.

— Тогда не будем, — вздохнул мужчина, возвращаясь к прерванному занятию и снова утыкаясь мне в бедра лицом. Низко мурлыча: — Я подожду.

— Эм… А мне–то чего ждать? — озадачилась я, машинально поглаживая его по волосам и почесывая за ухом. — Второго пришествия космофлота на Сайрус? Прилета главнокомандующего на голубом крейсере?

Тут в испытательный покой ворвался Ингвар и замер каменным изваянием, наблюдая меня с Лайоном в необычной позе.

— Я думал… — нахмурился он, недоговорив. Его руки судорожно сжимали оружие.

— Я тоже, — согласилась я с ним, кивая ни на что, кроме меня, не реагирующего мужчину. — А сейчас понять не могу, что тут происходит.

— Я тоже, — обошел вокруг нас То–от. Поднял елек и накинул мне на плечи, целомудренно прикрывая обнаженное тело. Потом попытался осторожно отцепить от меня Лайона, поскольку наследник все еще был в состоянии нерассуждающего зомби. Тот мгновенно оскалился, показывая небольшие клыки и прошипел:

— Моя! Не прикасайся, если хочешь жить!

— Мне с ним теперь так и жить? — ужаснулась я. — В обнимку. А как? И, главное, зачем?

Глава 5

— Господин? — в комнату заглянула директриса. Увидела нашу живописную троицу и застыла. Но нервы у бабы оказались крепкие, и она ввалилась к нам, предварительно заперев дверь.

Отодвинула Ингвара, подошла, походила вокруг меня с придатком, втянула воздух и яростно прошипела:

— Какого хрена эти яйцеголовые мудаки не смогли определить, что ты валейра?!!

— Никогда ей не была! — отрезала я. — Я — чистокровная землянка!

— Да?!! — ткнула пальцем в Лайона директриса. — А это тогда как объяснить?!! — Переходя на крик: — Он так может реагировать только на созревшую валейру, подходящую ему в пару! Валейру с планеты Валеос!

— Не знаю, как там насчет созревшей, — нахмурилась я, — мать вашу разэтак и растак, но я сейчас точно упаду, словно переспелый фрукт!

— Харите́, сейчас, — мгновенно активизировался Лайон, взвившись на ноги. В доли секунды он закутал меня в халат, плюхнулся на кровать и прижал к себе, усадив на колени и показывая всем остальным мигом отросшие когти и здоровенные клыки.

— Все, — безнадежно сказала директриса, начиная звучно биться головой о каменный столб несущей опоры. — Он выбрал себе пару, теперь не отдаст. — С надрывом: — А нам всем настал каюк!

— Почему? — удивилась я, устраиваясь поудобнее.

— Потому что наследнику нельзя встречаться с валейрами! — как дурочке, объяснила мне мымра, начиная расхаживать взад и вперед перед нами. — Валейры вообще на нашу планету не допускаются! Их убивают сразу! Хотя… — досадливо передернула плечом. — … тебя уже точно не убьют, — остановилась она. — Ты теперь средоточие его жизни. И пока наследник нужен верхушке, будут беречь и тебя.

— Но не нас, — странно равнодушно сказал Ингвар, не спуская с меня темного загадочного взгляда.

— Черт вас всех подери! — вдруг взорвалась директриса, стаскивая с себя маску и отшвыривая в угол. Бросила себе под ноги кокошник и начала топтать: — Столько лет работы — и все, блин, валану под хвост! Ну что за житуха!

Я икнула и схватилась за грудь. На левом виске мымры вилась татуировка грифона, держащего в лапах пурпурное сердце. Элита космодесанта. А я еще мечтала ее на лоскутки порвать. Как бы не так! Она бы меня сама под орех разделала и не заметила.

— Ни хрена ж себе! — вырвалось у меня.

— Хрен у тебя уже есть! — жестко ответила директриса. Посмотрела на Ингвара, прикусила губу: — Даже два! Давай думать, будет ли от этого толк! — Обвела нас цепкими синими глазами: — Если мы отсюда в ближайшее время не сдернем, то окажемся где угодно, только не там, где бы нам хотелось!

— Почему я должна тебе верить? — ощетинилась я.

— Потому что меня зовут Хосита Айрон, — раздвинула в недоброй улыбке губы директриса. — По прозвищу Железный Дровосек. Слышала про такую, сержант Джексон?

— Она же пропала семь лет назад… — растерянно пробормотала я. — Ее космолет пропал на задворках альфы Кассиопе…

— Пропал, как же! Жди, — скептически фыркнула Хосита. Пнула ногой все тот же столб: — Захватили нас. Еле выжила, остальных наших ребят эти гады перебили. — С горечью: — Не нужны им чужие солдаты, своих хватает, только баб всегда мало. Ну детей еще могут прихватить до кучи… Потом вот сюда попала, — она снова забегала по помещению: — Столько лет искала себе напарницу среди этих клуш! Все, думаю, нашла! А тут… — безнадежно махнула рукой.

— Ты приказала меня выпороть, сука! — обвинила я ее, выпрямляя спину. Лайон зашипел и еще крепче прижал меня к себе. Скоро так распластает, что буду такая же плоская, как нашивка.

— Не без пользы! — наставила Хосита на меня палец. — Во–первых, проверяла — не сломаешься ли ты, а, во–вторых, я знала, что То–от на тебя запал и в полную силу бить не станет. — Великанша хитро улыбнулась: — К тому же, у нас пропал тюбик с мазью, отключающей чувствительность кожи.

— Так ты знала!