Неисправимый доктор К. - Венди Маркус

— Мы все знаем, почему ты выучилась на медсестру, — сказала блондинка.

— Если хочешь поймать большую рыбу, следует ловить ее там, где она водится, — глубокомысленно ответила брюнетка.

Третья медсестра, тоже блондинка, но одетая в зеленую операционную одежду, заметила:

— Возможно, ты умеришь свой пыл, когда узнаешь, что прошлый вечер он провел в баре О'Халлорана и отправился домой с Линн — секретаршей из управления.

— Она настоящая шлюха, — скривилась высокая блондинка.

— Почему она никак не остепенится и не выйдет замуж? — прибавила брюнетка.

И тут до Виктории дошло. Кайл вернулся в город из-за Линн. Ей показалось, что пол лифта ушел у нее из-под ног.

Четвертый этаж.

Виктория оперлась о заднюю стенку лифта, чтобы сохранить равновесие. Линн — хорошенькая, кокетливая и веселая особа — была приходящей подружкой Кайла с восьмого по одиннадцатый класс. Линн каким-то образом пронюхала о тайных отношениях Виктории с Кайлом и не упускала возможность высказать свое мнение по поводу того, что Виктория недостаточно опытна и не сможет удержать около себя парня вроде Кайла. Оказывается, она была права.

Наконец-то пятый этаж.

Виктория вышла из лифта на дрожащих ногах. Итак, она ошиблась насчет того, что Кайл изменился. Его компетентность при общении с пациентами, заботливость и сострадание к ним, любовь и доброта в отношении сына — всего лишь маска. Кайл Карлински остался прежним охотником до развлечений, и она не позволит такому человеку беспрепятственно общаться с ее сыном.

Войдя в коридор отделения 5Е, Виктория взглянула на часы. Пятнадцать минут девятого. Ровно в девять часов она позвонит своему адвокату.

Но сначала, едва войдя в кабинет, Виктория вызвала по интеркому Нору:

— Пожалуйста, пригласи ко мне Али и Рокси как можно скорее.

Повесив пальто на вешалку за дверью, она повернулась к своему столу и увидела Кайла. Его непослушные волосы были растрепанными, одежда — помятой, а взгляд — остекленевшим.

— Мне нужно… — начал он. Взгляд его был виноватым.

— Тс-с. Иди сюда. — Она поманила его к себе и прошептала: — Пригнись.

Кайл повиновался. Почти прижав губы к его уху, Виктория заорала что есть мочи:

— Тяжелая ночка?

— Проклятье! — Кайл сжал виски, словно пытаясь спастись от ударов гигантского гонга. — Садистка.

— Мне нужно работать. Уходи. — Она попыталась пройти мимо него, чтобы добраться до своего стола.

Кайл преградил ей путь:

— Я забыл, как быстро распространяются новости в нашем родном городе. Виктория, ничего не произошло.

— Засос на твоей шее свидетельствует об обратном, — парировала молодая женщина. Ей не следовало придавать этому значение, но она ничего не могла с собой поделать. Слушать сплетни о Кайле и Линн само по себе неприятно, но, увидев доказательство их любовных утех, Виктория принялась искать, кого бы покалечить. И Кайл оказался под рукой. — Меня не волнует, чем ты занимался и с кем. Но, окажись я на твоем месте, когда мне предстоит выдержать испытательный срок и только после этого получить работу в госпитале на полную ставку, я не позволила бы моей склонности к сомнительным женщинам влиять на карьеру.

— Склонности? Нечасто теперь услышишь это словечко. Я, кстати, тоже знаю устаревшие слова. Например, «ханжество». Оно означает…

— Я знаю, что это означает. И я не благочестивая моралистка, — возмутилась Виктория.

— Ну ладно, выясняй сама, что означает слово «ханжество».

— Тебе-то откуда известны такие слова? — поинтересовалась она.

— Я читаю, — бросил Кайл. — Много читаю.

Вот так новость!

— Ну, молодец. Итак, мы закончили словесную перебранку? Мне нужно работать.

— Судя по твоему сегодняшнему злобному настроению, можно предположить, что ты интересуешься мной немного больше, чем хочешь признаться. — Кайл взял ее за подбородок, приподнимая его и заставляя Викторию посмотреть ему в глаза. — Ничего не произошло. Когда будешь готова меня выслушать, я расскажу тебе обо всем в подробностях. Мне нечего скрывать.

— Если не считать приключения с Линн. — Она уставилась на засос на шее Кайла, наклонила голову, поджала губы и постучала указательным пальцем по своей щеке, изображая глубокое раздумье. — С другой стороны, ты можешь щеголять и так. Она поставила на тебе метку, словно на своей собственности.

Ответ Кайла оказался совсем не таким, какого она ожидала.

Он улыбнулся, а потом не выдержал и расхохотался.

— Боже, я скучал по тебе! — подскочив к Виктории, Кайл поцеловал ее.

Их губы мягко соприкоснулись. Кайл ничего от нее не требовал, просто соблазнял и ждал. Виктория забыла об инстинкте самосохранения, ее голова затуманилась. Она словно вернулась в прошлое и, как невинная девочка, испытала восторг. Кайл предлагал ей именно то, что она любила, — предвкушение наслаждения, а не само наслаждение.

— Ой-ой-ой! Если воздух здесь прогреется еще сильнее, мне придется раздеться, — послышался совсем близко голос медсестры Рокси, подруги Виктории. Пелена страсти, окутавшая ее, мгновенно испарилась.

О нет! Виктория оттолкнула Кайла. Он смотрел на нее сверху вниз. Казалось, его ошеломил собственный поступок.

— Извини. Я не должен был этого делать. Я не думал…

— Уходи, — сказала Виктория. У женщины онемели губы, сердце бешено колотилось.

Виктория отвернулась от вошедших медсестер. Как она могла допустить подобное на работе, в своем кабинете? Сюда может зайти кто угодно! Лицо Виктории горело от стыда и гнева. Как Кайл посмел поставить ее в такое неловкое положение? И почему после того, через что ей пришлось пройти, она по-прежнему не в состоянии противостоять его поцелуям?

— Я говорила тебе, что нужно подождать, — произнесла Али, обращаясь к Рокси. — Если собака сидит у двери, значит, доктор К. в кабинете.

— Когда начальница приказывает явиться как можно скорее, я прихожу как можно скорее.

Али обняла Викторию за плечи:

— Он ушел. Ты в порядке?

Виктория кивнула, хотя на самом деле солгала. Кайл опять лишил ее возможности ему сопротивляться. Так же как постоянно случалось в юности. Они совершенно не подходят друг другу. Виктория не та женщина, которая нужна Кайлу. А он — полная противоположность того мужчины, с которым она надеялась в один прекрасный день связать свою жизнь. Кайл нарушал все каноны, по которым Виктория стремилась жить. Он неуважительно относился к правилам, установленным в госпитале, и, похоже, не подозревал, что может испортить ее профессиональную репутацию.

«Я ждала назначения на должность администратора среднего медперсонала целых пять лет. И теперь, когда я уверена, что получу эту должность…»