Сводные. Влюбись в меня, пчелка! - Арина Алексанова

— Я могла бы помочь…

— Как? — на его лбу выступил пот.

— Вот так, — я встала передо ним на колени. — Если подскажешь, как правильно, я все сделаю, — я облизнулась.

Я не чувствовала сильного смущения. Скорее неловкость от того, что я понятия не имела, что делать дальше, но просмотренные мной ранее ролики в интернете уже рисовали в моей голове определенные картинки-схемы.

— Если это не сон, то я точно попал в рай! — пробормотал Гордей, наблюдая за моими действиями.

— Боже! — я взяла его тяжелый налитый член в руку, от нетерпения покусывая нижнюю губу.

Мысль о том, что скоро я смогу попробовать его на вкус, вызвала россыпь мурашек в ложбинке между грудей.

— Соси! — выдохнул он с мольбой.

Мгновение, и я втянула багровую головку в рот, принимаясь медленно ласкать её кончиком языка. Гордей прорычал: зловеще, судорожно, отчаянно. Запустив пальцы в мои спутанные волосы, он дернул бедрами, резче насаживая меня на свой член.

— Глубже! — от этого властного зловещего приказа внутри лопнула какая—то струна.

Я заглотила его до самой глотки, облизывала всё быстрее и быстрее. Руки Гордея натянули мои волосы, полностью контролируя процесс. Со своим парнем мы никогда не занимались подобными вещами, и в некотором роде сейчас состоялся мой дебют.

— Заглоти его по самые яйца! — Гордей простонал, натягивая мои волосы с такой силой, что я чуть не задохнулась.

Мои действия возбуждали не только его, но и меня. Мне вновь захотелось кончить. Моя ладонь машинально легла на мой лобок и скользнула ниже, находя заветное местечко, требующее внимания. Боже. Я была до неприличия мокрая и, кажется, могла кончить лишь от пары прикосновений.

— Шире ноги! Покажи мне всю себя.

Я всхлипнула, отдаваясь происходящему без остатка. Клитор начало покалывать, и я почувствовала подступающие волны. Раздвинув свои припухшие складки пальцами, я облизывала член Гордея, наслаждаясь его судорожным дыханием.

— Черт, как хорошо! Твои губы созданы для меня. Не останавливайся!

По тому, как были напряжены его бедра, я поняла, что Гордей вот-вот придет к финишу. Я не собиралась сбавлять темп, облизывая его плотную головку, целуя её взасос.

Я чувствовала себя невероятно смелой. Еще вчера я и представить не могла о таком странном стечении обстоятельств, а сегодня я стою на коленях у Гордея и отсасываю ему прямо на полу душевой кабины.

Что со мной происходит? Давно ли при виде него у меня мозги стали превращаться в жидкую кашу?

Черт, но мне было так хорошо! Разве за подобные чувства можно испытывать неловкость?

Мои пальцы ускорились, клитор пылал огнем, и я подключила язычок, лаская уздечку члена. Это было интуитивное движение, которое я не осознавала, но оно, вдруг, сработало, вопреки моим ожиданиям.

Гордей дернулся и ударил кулаком стену. В мой рот полилась густая жидкость. Ее было так много, что она начала стекать по моим губам, подбородку и шее.

В этот момент я ощутила ту самую вспышку, что молниеносно прошлась по моему телу покалывающими импульсами. Да—а! Потрясающее ощущение!

Я облокотилась о стенку кабины, приходя в себя. Вода капала на меня сверху, смывая все жидкости с моих губ и тела. Я чувствовала освобождение и полный восторг. Я не жалела о том, что случилось. Напротив, мне хотелось и дальше исследовать новые ощущения, которые Гордей рождал в моем теле. Он стал первым парнем, подарившем мне такое удовольствие, и я поняла, что у меня появляется проблема. Как я смогу вычеркнуть из жизни того, кто стал мне так близок?

— Гордей! — это был голос его отца.

Я испуганно посмотрела на парня.

— Все хорошо. Сиди здесь.

Он выключил воду и накинул на бедра полотенце.

— Отец, я был в душе. Что случилось?

Их приглушенные голоса были почти не слышны. Они о чем-то поговорили не более пары минут, а потом я услышала, как хлопнула дверь. Надо уходить, пока меня не застукали в душевой Гордея.

Оказавшись в своей спальне, я упала на кровать и счастливо улыбнулась.

Это событие я точно помечу в календаре, как самый лучший день этого года.

Глава 14

— О, вот ты где!

Мама зашла ко мне в комнату. Я обратила внимание на то, что она очень изменилась с тех самых пор, как мы переехали сюда. Раньше она была слегка нервозной, тревожной, да и выглядела чуть старше своих лет.

Сейчас, маму было не узнать. В ее глазах появился мягкий свет. Она излучала любовь. С ее лица не сходила улыбка, морщины будто бы исчезли.

А еще мама стала много смеяться. Точнее, я бы назвала это хихиканьем, но это был самый прекрасный звук в мире. Я и забыла, как красив ее смех. Словно перезвоны маленьких колокольчиков.

Неужели, она стала такой из-за Андрея⁉ Как же хочется верить в том, что настоящая любовь способна на чудеса. Но внутри меня все равно скреблись червячки сомнения, и, как бы я не хотела, я не могла порадоваться этим изменениям. Ведь я знала, чем заканчиваются подобные истории.

То, что способно сиять, способно и гаснуть. Вечно может гореть лишь вечный огонь, символизирующий торжественную память народа о павших героях, борцах за свободу, за честь Родины . Все остальное затухает быстрее, чем хотелось бы….

— Есть минутка? — мама прервала ход моих мыслей и присела на кровать рядом со мной.

— Да, конечно.

— На следующей неделе Новый год, и нас с Андреем позвали на крупное мероприятие в Garden Hall.

— Это, там, где будут петь приглашенные звезды? — взвизгнула я.

— Да, Дима Билан, Клава Кока, ой, кто там еще…

Мама нахмурила лоб, вспоминая современных исполнителей.

— Я поняла, мам. Я читала про это в интернете. Что ж, поздравляю вас с Андреем. Вы будете на шаг ближе к богеме.

— Юлиана, ты не поняла. Мы идем туда все вместе. Вчетвером. Андрей хочет представить нас, как семью, своим коллегам и друзьям.

— Правда?

— Да.

— Вау! Класс! — я бросилась матери на шею.

— Я думала, ты будешь опять показывать свои колючки и пререкаться.

— Мама, ты что⁉ Это же звезды! Я хочу вживую посмотреть на них! Я знаю, там будет Рамиль! — на моем лице появилось мечтательное выражение.

Мама растерянно пожала