Легенда - Кэтлин Гивенс

– Джон Грэм, виконт Данди, ваш кузен?

Она снова кивнула:

– Да, Данди мой кузен.

– А зачем вы едете в Данфаллэнди, мисс Грэм? Или мне следует называть вас миссис?

– Мисс, – ответила Эллин, глядя ему в глаза.

– Понятно. Так все-таки, мисс Грэм, зачем вы едете в Данфаллэнди?

– Я ведь вам уже говорила: мне нужно поговорить с кузеном.

– Должно быть, вы с ним... очень близки. Может быть, любите друг друга?

Вспыхнув и сердито сощурив глаза, она холодно бросила:

– Джон мой кузен, и только. Вы ведете себя весьма бесцеремонно, сэр.

– А что вы должны обсудить с Данди? Или вы еще с кем-то должны встретиться? Может быть, с кем-то, кто служит в полку вашего кузена?

Она молча сверлила его взглядом.

– Ну, что скажете?

Она плотно сжала губы. Должно быть, она сдерживает ярость. Так и оказалось.

– Вы решили, что я собираюсь встретиться со своим любовником? – дрожащим от гнева голосом процедила Эллин. – Вам что – ничего другого в голову не приходит? Заводить интриги в то время, когда Вильгельма Оранского, того и гляди, провозгласят королем и уже идут разговоры о восстании? Да у кого сейчас есть время любить, мистер Маккарри!

– У многих.

– Только не у меня.

– А вот это жаль, Эллин Грэм.

Эллин открыла рот, чтобы что-то сказать. Должно быть, обдумывает ответ, подумал Джеймс. Все лучше, чем плакать.

– А сами вы зачем направляетесь в Данфаллэнди, Маккарри? – спросила она. – На любовное свидание?

Несколько секунд понаблюдав за ее искаженным от гнева лицом, Джеймс расхохотался, да так громко, что Дункан обернулся и посмотрел на них.

– Нет, моя милая, я еду в Данфаллэнди для того, чтобы обсудить будущее Шотландии, о чем вам наверняка известно. И я никак не могу понять, почему это кузина Данди разъезжает по окрестностям без надлежащей охраны.

– Меня сопровождали двое мужчин.

– Да уж, они отличные защитники!

Пришпорив лошадь, Эллин умчалась вперед. Джеймс задумчиво смотрел ей вслед, наблюдая за тем, как покачиваются ее бедра. «Да у кого сейчас есть время любить?» Джеймс перевел взгляд на тела убитых врагов. А ведь она права. Пришпорив лошадь, он догнал Эллин.

– Простите за оскорбление, Эллин Грэм, – повинился он, склонив голову в покаянном жесте.

Эллин не ответила.

– Я совершенно искренне говорю. Простите меня.

Она наконец кивнула.

– Спасибо, – поблагодарил Джеймс. – А теперь ответьте мне на вопрос: зачем вы едете в Данфаллэнди?

– Мне нужно поговорить с кузеном, – в который уже раз повторила она.

– Мы все надеемся это сделать. Но неужели вам настолько это необходимо, что вы готовы рисковать жизнью ради разговора с ним? И почему вас кто-то хочет убить, Эллин?

– Я не знаю, почему меня хотели убить.

Несколько секунд он смотрел в ее глаза.

– Наверняка знаете.

Эллин снова умчалась вперед, однако на сей раз Джеймс не стал ее догонять. Он задумчиво смотрел ей вслед. Эллин что-то скрывает. Это ясно. Он пожал плечами. Что ж, скоро он все будет знать.

Наконец перед ними возник замок Данфаллэнди – огромный и мрачный, с отлично укрепленными стенами и башнями, едва различимыми в наступающих сумерках. Изяществом это сооружение не отличалось, но зато с первого взгляда можно было догадаться, что эти стены не единожды с честью выдержали осаду неприятеля.

Въехать в замок можно было сквозь массивные ворота, которые были сейчас закрыты, и за которыми велось постоянное наблюдение со стены. Подъемный мост был освещен факелами, как и зубчатые стены с бойницами, на которых стояли, наблюдая за их приближением, вооруженные воины. Дав знак Эллин и остальным остановиться, Маккарри один подъехал к воротам и остановился перед ними. Подняв голову, он расправил плечи и крикнул часовым:

– Я Маккарри из Торридона! Приехал на съезд! И привез с собой тех, кого убили на этой земле! Позовите Фергюссона!

Он ждал ответа, сидя в седле и подбоченившись, его волосы тускло поблескивали в свете фонарей, а с зубчатых стен доносились возбужденные голоса. И лишь некоторая скованность выдавала его напряжение.

Эллин с удивлением наблюдала за ним. Кто этот человек, которому, судя по всему, неведом страх? Сама она изрядно трусила. Она перевела взгляд на Бритту с Недом. Глаза служанки были широко распахнуты, губы дрожали, однако, встретившись взглядом с Эллин, она сделала вид, будто ей все нипочем. Нед с тревогой наблюдал за толпой деревенских жителей, окруживших их маленький отряд. Нет, все-таки нужно было ехать одной, раздраженно подумала Эллин.

Не обращая внимания на любопытные взгляды, она с интересом, следила за Маккарри и Дунканом. «Маккарри из Торридона»... Он сказал это с такой гордостью, что Эллин поняла: для людей Фергюссона это значит намного больше, чем для нее. Она скользнула взглядом по его спине, широким плечам, тонкой талии. Такого красивого мужчину не скоро забудешь. Встретила бы она его в других обстоятельствах, запросто могла бы влюбиться. В этот момент со стены раздался зычный голос:

– Торридон, шельмец ты этакий, зачем ты притащил мне эти трупы?

– Это не я шельмец, Фергюссон, – крикнул в ответ Маккарри седовласому мужчине, голову которого Эллин рассмотрела в свете фонарей, – а тот, кто убивает мирных путешественников на ваших землях. Я подумал, что вам необходимо об этом узнать!

– Это верно, хотя, надо признаться, не люблю слушать плохие новости. Подожди-ка минутку, парень, мы откроем ворота.

Оказалось, что во дворе полным-полно мужчин, большинство из них красовались в одежде шотландских горцев. Они с нескрываемым интересом уставились на Эллин и ее спутников, подъехавших к подножию лестницы. Стараясь не обращать внимания на шуточки в ее адрес, Эллин поискала в толпе Джона, но не нашла – а больше она никого тут не знала.

Спрыгнув на землю, Нед помог спуститься Бритте. Дункан тоже слез с лошади. Эллин вздрогнула, почувствовав на своем бедре чью-то руку, и оглянулась: на нее в упор смотрели синие глаза Маккарри. Он протянул к ней руки:

– Давайте, Эллин, я вам помогу.

Эллин кивнула и положила руки ему на плечи. Обхватив ее за талию, он вытащил ее из седла и, прижав к себе, начал медленно опускать на землю. Прежде чем она успела возмутиться, ее ухо оказалось на уровне его рта, и она услышала тихий шепот:

– Не говорите всего, что знаете, Эллин. Расскажите только Данди о том, что случилось и кто, по-вашему, на вас напал. Помните: люди, пытавшиеся вас убить, могут находиться здесь. Фергюссона можно посвятить в то, что произошло, но больше никому ничего не говорите, пока не обсудите все со своим кузеном.