Столичная штучка - Джуди Кристенберри

— В смысле отдыхал? — уточнил Сандерс.

— Я порядком устал от такого отдыха, — объявил партнер.

Обед протекал не как обычно. Каждый был занят своими мыслями, разговоры быстро обрывались. А после обеда, когда Рейчел, как всегда, раньше всех поднялась из-за стола, чтобы собрать посуду, а Дженнифер по уже заведенной привычке поспешила ей помочь, Сэм поймал дочь за руку и громогласно заявил:

— Дженни сегодня мне очень помогла. Будет правильно, если мы дадим ей отдохнуть! Позволь, дочка, я сам помогу Рейчел…

Дженнифер уже собралась пуститься в возражения, но тут ее осенило, и она столь же декларативно произнесла:

— Да, папа, ты прав. Я действительно немного устала, должно быть, с непривычки.

— Что это? — шепотом спросил ее Джейсон Уэлборн, когда Рейчел и Сэм удалились с грязными тарелками на кухню.

— Им нужно поговорить, — шепотом же ответила его Дженни.

— О чем это? — полюбопытствовал тот.

— Не наше дело, — назидательно произнесла молодая женщина.

— Странное что-то творится в этом доме, — заметил ковбой. — Давай хоть телевизор включим.

— Ты включай, а я должна позвонить Шейну. А то и впрямь забуду.

— Там телефон, — указал Джейсон на аппарат возле дивана в гостиной.

— Я позвоню из своей комнаты, чтобы не мешать тебе своей болтовней.

Джейсон с видимым равнодушием пожал плечами, рухнул на диван и включил телевизор.

— Рейчел, — осторожно начал Сэм Сандерс. — Дженни, она такая умница! Я ею так доволен…

— Знаю, Сэм. Твоя дочь — замечательный человек, — отозвалась Рейчел.

— Верно… — сказал мужчина и смолк, глядя на свою экономку, которая привычно хлопотала на кухне. — Мы с ней сегодня говорили обо мне, старике. Так приятно сознавать, что дочь тревожится за меня, тем более после всех тех лет, что мы были в разлуке.

— Да, — согласилась с ним Рейчел.

— Но я ведь никогда не был одинок. Мне грех жаловаться на жизнь. У меня есть Джейсон, который тоже беспокоится обо мне, хоть он мне и никто. Но главное — это ты, Рейчел. Ты всегда со мной.

— Это так, Сэм. Мы ведь с тобой друзья, — отозвалась женщина.

— Верно, друзья, — согласился Сэм. — А Дженни, со своим свежим взглядом, убедила себя, что я недостаточно тебя ценю. Но это не так, Рейчел. Я хочу сказать, внести ясность… — взволнованно проговорил он. — Я люблю тебя. И даже не за то, что ты делаешь для меня изо дня в день, а за то, что ты такая, какая есть.

— Ты это серьезно, Сэм? — отчасти испуганно, отчасти недоверчиво спросила экономка.

— Совершенно серьезно. И говорю я то, что давно должен был тебе сказать, потому что это правда, — осмелев, уверил ее мужчина. — Я люблю тебя, Рейчел.

Она с надеждой посмотрела на него, на человека, с которым были неразрывно связаны последние двадцать шесть лет ее жизни. Рейчел медленно подошла к нему и, взяв его лицо в свои руки, прижалась своей увлажнившейся щекой.

— Я тоже очень люблю тебя, Сэм, — прошептала Рейчел.

— Мы столько лет под одной крышей, — изумленно констатировал он, прижав женщину к себе. — И до сих пор ни словом, ни делом не выдали того, что могло изменить нашу жизнь!

— Я заботилась о тебе, милый, — проговорила Рейчел.

— Да, и я принимал твою заботу как должное, — тяжело вздохнув, отозвался он.

— Нет, ты всегда был очень добр и великодушен.

— Страшно представить, что если бы не появилась Дженни и не сняла бы шоры с моих глаз, я так бы и не понял, какое счастье упускаю…

— Страшно представить, что малышка Дженни могла так и не вернуться в нашу жизнь, — прибавила Рейчел, впервые оказавшаяся в объятиях любимого.

— К счастью, этого не случилось, дорогая. Мы с ней снова вместе, как в прежние времена… Рейчел, сокровище, как ты отнесешься к моему предложению руки и сердца? — воодушевившись, спросил Сэм Сандерс.

— А не торопишься ли ты? — усомнилась в благоразумии такого поступка Рейчел.

— Ты считаешь, я тороплюсь? — рассмеялся мужчина. — Или просто мои слова тебя не убедили? — рассудил он и горячо поцеловал свою верную подругу.

— Боже! — пылко отозвалась женщина. — Сначала девочка возвращается, теперь еще наша помолвка… Жизнь иногда преподносит сюрпризы…

— Определенно, — подтвердил Сэм и, стиснув любимую в объятьях, возобновил прерванный поцелуй.

— Да, это я, Шейн, — задорно проговорила в трубку Дженнифер Уотсон.

— Вот, ждал от тебя вестей, не дождался, решил позвонить и не застал… — вкратце изложил последовательность событий обстоятельный Шейн Паккард. — Ты в порядке?

— Да, все как нельзя лучше. Мы с отцом помирились, хотя никогда и не ссорились, — шутливо заметила Дженни.

— Рад слышать это. Значит, теперь вы восполняете пробелы?

— Именно, — подтвердила молодая женщина.

— Но это занятие не бесконечное. Когда ты наметила возвратиться домой? — осведомился ее приятель.

— Не могу ничего сказать с полной определенностью, Шейн… Я буду здесь столько, сколько смогу.

— Дженнифер, дорогая моя, смею напомнить, что мои родители пригласили нас обоих на семейное торжество, до которого осталось две недели. Что они подумают, если я явлюсь без тебя? Если ты не вернешься до намеченного срока, мы упустим исключительную возможность официально объявить родне о помолвке. А это будет означать, что свадьба опять будет отложена на неопределенный срок…

Дженнифер слушала его, затаив дыхание. Ей казалось, что теперь, когда она уехала из Нью-Йорка, этот этап ее жизни остался далеко позади. Она дала понять Шейну всю серьезность своих намерений осесть в Оклахоме, но, видимо, он не воспринял ее слова всерьез и ждал обратно, уверенный, что между ними все по-прежнему. Теперь уже и сама Дженни сомневалась, насколько она к месту на ранчо своего имени. Хоть все и шло лучше, чем она могла предположить, но предназначена ли она именно для этой жизни?

— Дженни, дорогая, почему ты молчишь? Мы же все это миллион раз обсуждали!

— Да, обсуждали. Но не уверена, что ты меня слушал. Шейн, я не знаю, когда я вернусь в Нью-Йорк и вернусь ли вообще. Мой дом здесь. И я точно не смогу присутствовать на вашем семейном сборе. И мы не объявим о нашей помолвке. И мы не сможем пожениться так скоро, как ты этого хочешь, — деликатно отказала ему Дженнифер Уотсон.

— Дженни, прошу тебя, не принимай опрометчивых решений! Неужели двух недель на ферме тебе мало? Вот увидишь, через пару дней ты уже будешь паковать вещи.

— Я ничего не могу обещать тебе, Шейн. Прости, — тихо проговорила она.

— По-моему, ты просто упрямишься, Дженни! — вспылил Шейн Паккард. — Решила показать мне свой характер? Я знаю, он у тебя есть. К чему все эти капризы?