Синдром Фауста - Джоэль Данн

– Охренеть! Я бы не дал себе даже шестидесяти…

– И я бы тоже, – усмехнулся я в ответ.

Руди посмотрел на меня более пристально и с осторожностью в голосе спросил:

– Ты можешь хоть что-то объяснить?

– Ты знаешь, что попал в аварию?

Он задумался, но ненадолго.

– Смутно… Да-да… Но все в каком-то тумане… Я побежал за пакетом для собаки. Его оставила эта дура – жена ректора…

– И тебя сбил полугрузовик, – направил я его в нужную сторону.

Руди кивнул, продолжая напряженно вспоминать, и я продолжил:

– Он несся на слишком высокой скорости и не смог затормозить.

– Водителя нашли?

Я покачал головой:

– Нет…

Руди снова бросил любопытный взгляд в зеркало, и по его лицу вновь пробежала лукавая усмешка:

– Выходит, авария пошла мне на пользу?

Теперь он застал меня врасплох. Что я мог ему ответить?

– С одной стороны, пожалуй, – да!

Руди сразу же встрепенулся:

– Что значит – с одной стороны? Ты что, шутишь?

Но на этот раз я был более решителен:

– Нет, – сказал я. – Нисколько…

– Что ты темнишь, Чарли? – поморщился он, будто попробовал что-то очень кислое.

– Ты болен, Руди…

– Все еще?.. Это что, безнадежно?.. – Он даже побледнел, а руки его беспомощно провисли на одеяле: – Рак, что ли?

Я раздосадованно пожал плечами:

– Да нет, конечно, – я тянул как мог, мучительно раздумывая, как ему все проще и безболезненней объяснить, и он начал злиться. – Никакого рака у тебя не было и нет. Но если мои догадки верны, ты будешь молодеть и дальше.

– Что? – хихикнул он и икнул.

Я неопределенно пожал плечами.

– Да? И что в этом плохого?

Я собрался с духом. Мне было нелегко:

– Видишь ли… Ты будешь молодеть и молодеть… Пока…

– Что – «пока»? Не тяни же ты! – взорвался он – У тебя что, язык отсох?

Я зажмурился. Сделал вид, что он меня обидел: мне требовалось время, чтобы удачнее выкрутиться. Я махнул рукой:

– Ладно, скажем так! Боюсь, что каждый месяц ты будешь становиться моложе на год…

Лицо у него было такое, словно он, услышав мое сообщение, сразу поглупел. Ситуации, в которой он оказался, Руди явно не понимал. Да и кто бы другой на его месте понял? Покачав головой и вздохнув, я продолжил:

– К сожалению, процесс уже начался…

– Но почему – к сожалению? – почти плачущим голосом спросил он.

Я вытащил из кармана незажженную сигару. Курить здесь было нельзя. Но я никак не мог собраться с мыслями:

– Видишь ли, за полгода в коме ты уже помолодел на шесть лет. А через год будешь моложе еще на двенадцать лет. Через два тебе будет на двадцать четыре меньше. И так – все время, пока… Продолжать?..

Руди пытался представить себе последствия этого внезапного открытия. Мысли проносились по его лицу, как огни курьерского поезда. Ему потребовалось несколько минут, чтобы окончательно прийти в себя. Я видел, что он совершенно растерян. Даже подавлен. Мне так хотелось прийти к нему на помощь, но как? Этого я, увы, не знал.

В глазах Руди мельтешили сполохи испуга.

– То есть как?.. Это что, выходит, через четыре года мне будет шестнадцать? А что через пять? А дальше? Я что, стану младенцем, что ли?

Я зажмурился: ведь я и сам понятия не имел, к чему это все приведет.

– Может, ты еще скажешь, что мне придется влезать в чью-то вагину?

– Не знаю, Руди, – сознался я. – Если бы я только знал…