Девичник - Карен МакКаллах Лютц

В субботу ей предстояли дела похуже, чем ехать в Санта-Барбару и есть на пристани крабовый салат.

— Я не могу. У Лисси выступление. Дориан родила близнецов, когда ей было двадцать шесть. Это, вероятно, была вторая причина, по которой Зейди не общалась с ней так часто, как следовало бы. Маленькие дети такие, черт возьми, жалкие.

— Ты слышала, что бойфренд Оливии оказался женатым?

— У Оливии есть бойфренд?

Ей действительно стоит чаще перезванивать.

— Что ты делаешь сегодня вечером?

— Ничего.

— Тогда садись в свою машину и вези свою задницу сюда, обедать. Я не могу разговаривать с тобой по телефону. У тебя всегда такой голос, как будто ты смотришь телевизор с выключенным звуком.

— Вовсе нет.

Зейди врала. На канале «Е!» показывали повтор «Мелроуз-плейс» каждый божий день, как она могла их не смотреть?

— У нас будет лазанья.

Зейди нахмурилась:

— Ты ее приготовила или Дэн?

Дориан не была известна своей доблестью на кухне.

— Зейди?

— А-а?

— Садись в свою долбаную машину.

К тому времени когда она добралась до Санта-Барбары, стало темнеть. Она въехала на холм и припарковалась на подъездной дорожке Дориан, за мини-вэном. Она схватила бутылку кьянти, купленную по дороге, и уже собиралась постучать в дверь, как ей навстречу явились два маленьких существа в клоунских париках и шапочках. Они стрелой выбежали из дома и вертелись у ног Зейди.

— Джош! Лисси! Дайте мисс Зейди войти в дом.

Дориан тяжело прислонилась к дверной раме в своем махровом тренировочном костюме, она выглядела усталой и раздраженной. Она выглядела так с того самого дня, когда из нее вышли эти два неиссякаемых источника энергии и волнения. Как только они отстали от нее, Зейди, обойдя их, направилась в кухню.

— Они растут.

— Наверно, мне надо перестать кормить их.

Дориан вынула из волос кусок пластилина и открыла вино, разлив его в два стакана. Зейди села за кухонный стол, отодвинув в сторону цветные карандаши и безголовых Барби. Дети помчались в игровую комнату, вероятно, чтобы надеть другие костюмы.

— Так я сказала тебе, что Грей и Хелен женятся?

Дориан отставила свой стакан, едва успев отхлебнуть.

— М-м, нет… Ты в порядке по этому поводу?

— Не уверена, что у меня есть выбор.

— Это так грубо с их стороны.

Дориан хорошо умела представлять события так, чтобы они казались проявлением неуважения.

— Как ты будешь общаться с Греем, если они станут жить в одном доме? Она всегда будет там.

— Угу, я уже думала об этом.

— Неудивительно, что ты подавлена. Дориан выловила ложкой кусок пробки из своего вина и заботливо посмотрела на Зейди.

— А я подавлена? — спросила Зейди. — Я не заметила.

— Ты не перезванивала мне, так что, черт возьми, лучше тебе быть подавленной. — Она встала из-за стола, чтобы вытащить лазанью из духовки. — Черт, она подгорела.

Вошел Дэн, один из близнецов сидел у него на спине, другой обвился вокруг пояса, как ремень.

— Пахнет обедом, или мне кажется? — Дэн был из тех парней, для описания которых более всего подходит слово «рослый». Он наклонился, чтобы поцеловать Зейди в щеку. — Как пробки?

— Нормально.

Зейди никогда не понимала озабоченность мужчин пробками.

Дориан посмотрела на Дэна и кивнула в сторону детей:

— Посади их. Чем раньше они поедят, тем раньше мы сможем засунуть их в ванну.

Теперь, присмотревшись поближе, Зейди увидела, что Лисси вся была изрисована Волшебным Маркером. А у Джоша на лице было какое-то инородное вещество, идентифицировать которое у нее не возникало желания. Дэн отлепил детей от своего тела и усадил их за стол, а Дориан тем временем раскладывала обугленную лазанью. Джош уставился на Зейди, явно обеспокоенный чем-то.

— Что у тебя на глазах?

Зейди понятия не имела. Что, на нее птица нагадила?

Дориан вступила в разговор с объяснениями:

— Косметика, дорогая. — Она посмотрела на Зейди и пожала плечами. — Он никогда не видит ее на мне.

Учитывая, какое криминальное количество косметики Дориан использовала в старших классах, это показалось Зейди забавным.

— Итак, Зейди. Как дела в школе? Много гадких деток в этом году?

Дэн всегда был таким учтивым. Его вряд ли интересовал ее класс, но он всегда спрашивал.

— Не могу сказать про них ничего плохого. Они все довольно хорошо себя ведут. И у них у всех по-настоящему хорошие наркотики, так что это всегда плюс.

Она шутила, но едва эти слова сорвались с ее языка, ей захотелось запихнуть их обратно.

— Мам, что такое наркотики? — спросила Лисси.

— Это взрослая штука, Лисси. Мисс Зейди просто по-взрослому пошутила. — Дориан посмотрела на нее с выражением: «Заткнись со своими взрослыми шутками». — Почему бы тебе не рассказать мисс Зейди про свое танцевальное выступление?

— Да, да. Расскажи, пожалуйста.

— Я хочу стать балериной.

— Это здорово, Лисси. Какого цвета у тебя пачка?

Как часто в жизни вам приходится спрашивать у людей, какого цвета у них пачка? Зейди решила воспользоваться такой возможностью.

— Розовая!

— Ты покажешь мне свой танец?

Лисси встала и закружилась, несмотря на то что в руках у нее была вилка с лазаньей, которая теперь разлетелась по всей кухне. Дэн нагнулся, чтобы вытереть пол.

— Я уберу.

Он был хорошим отцом. И хорошим мужем. Дориан повезло в тот день, когда она села рядом с ним в Эконе. Люди, встречающие своих супругов в колледже, должны платить взнос в пользу тех, кому это не удается.

После обеда Зейди и Дориан сели в кресла «Эдирондэк» на заднем крыльце, вдыхая запах распускающегося по вечерам жасмина и допивая вино, покуда Дэн купал детей. Зейди всегда удивляло, что отсюда видно звезды. По крайней мере, несколько. И океан вдалеке.

— Думаю, тебе надо пойти на свидание, — сказала Дориан.

— И для чего мне это надо?

— Для начала это вытащит тебя из твоей затраханной квартиры.

— В действительности на данный момент это не затраханная квартира: в ней давно никто не трахается. И это часть проблемы.

Зейди не спала ни с кем семь месяцев. Она мудро подвергала Джека воздержанию в течение двух предсвадебных недель, чтобы медовый месяц показался им чем-то особенным.