Медовый месяц взаперти - Мелисса Джеймс

Однако через несколько мгновений Амбер поняла, что Харун прикрывает ее собой.

– Кто здесь?! – грозно крикнул он. – Я слышал, что дверь открылась. Выходи!

Амбер попыталась закутаться в пеньюар, но тонкая прозрачная материя не спасала.

Из-за шторы, прикрывающей дверь, вышел человек, мягко ступая босыми ногами по потертому ковру. Он был в традиционной арабской одежде песочного цвета, лицо его было прикрыто шарфом. Не сказав ни слова, он поклонился им, что выглядело нелепо в этой ситуации. Затем, не глядя на Амбер, он накинул простыню на ее почти обнаженное тело и разрезал маленьким ножиком веревки на их руках. Когда Харун был освобожден, неизвестный жестом пригласил их к столу, стоявшему возле окна. На нем стояли два подноса с едой и напитками.

Харун вскочил на ноги в ту же секунду, как только руки его были развязаны, однако мужчина поднял руку, недвусмысленно предупреждая его о том, чтобы он не пытался что-нибудь предпринять. Он хлопнул в ладоши, и в мгновение ока из-за штор появились два стражника с револьверами в руках. Дула были направлены на Харуна.

Сжав кулаки, Амбер опустила руки, хотя ей хотелось прижать их к губам. Если похитители поймут, как она испугана, они почувствуют себя еще увереннее.

Если Харун и испугался, внешне это никак не проявилось.

– В чем дело? – требовательно спросил он. – Где мы находимся и чего вы хотите от нас?

Мужчина стоял молча. Лицо его оставалось бесстрастным.

– Значит, ты шестерка. Тебе заплатили за то, чтобы ты нас похитил, – язвительно бросил Харун. – Ты молчишь, и я не могу распознать, откуда ты родом, но деньги, которые ты надеешься получить, не принесут тебе счастья.

В ответ мужчина прошелся по комнате. Он открыл все двери, поднял занавески и все так же молча пригласил их посмотреть, что находится за окнами.

Возле каждой двери стояли вооруженные мужчины, а на крышах зданий, видневшихся далеко внизу, сидели стрелки, направив оружие на них.

Амбер вскочила, прижав к груди простыню, и спряталась за мужем, который вдруг оказался гораздо выше и крепче, чем ей казалось прежде.

– Это снайперы, – прошептала она.

– Не думай об этом, Амбер. Возможно, у них даже нет патронов, – шепнул он ей на ухо. Затем, взглянув на стражника, громко и решительно произнес: – Обещаю тебе, Амбер, что мы выйдем отсюда живыми и здоровыми. Эти люди знают, кто мы такие. И они не станут рисковать нашими жизнями, потому что за нами стоят деньги. Трусы, организовавшие похищение, боятся зайти в эту комнату.

В глазах стражника мелькнула улыбка, и в ней было нечто уважительное. Поклонившись, он покинул комнату. Послышался глухой тяжелый стук.

Дверь не просто была закрыта. Ее заперли на засов!

Амбер вздрогнула.

– Мне… страшно. – Едва осознавая, что делает, она протянула к Харуну дрожащую руку.

Амбер забыла о решении не показывать свою слабость. Он сжал ее руку, и это пожатие было теплым и сильным.

– Они хотят запугать нас, чтобы подчинить себе, – сказал Харун. В его спокойном голосе вибрировал гнев. – Помни, что мы заложники. Они хотят получить за нас выкуп, поэтому не тронут нас.

– Но зачем они окружили нас снайперами? – Амбер, поежившись, придвинулась к нему. – Неужели мы представляем для них угрозу?

Секунду поколебавшись, Харун обнял ее.

– Шаббаты продолжают борьбу, – тихо произнес он.

Больше Харун ничего не сказал. Он не напомнил о том, какую победу одержал три года назад. Он никогда не говорил об этом и о том, что все называли его «любимым тигром». Однако его героические деяния стали легендой. Народ Аббас-аль-Дина боготворил своего шейха.

– Ты считаешь, они боятся тебя?

Харун презрительно хмыкнул:

– Они хотят продемонстрировать, что готовы на все, но даже молчание стражника говорит о многом. Они скрывают от нас, где мы находимся. И понимают, что, если стражник заговорит, я угадаю его национальность и клан, к которому он принадлежит.

Амбер нахмурилась, взглянув на Харуна:

– Каким образом?