Последний фуршет - Вера Копейко

Какие глупости! Рассуждает о языке так, будто он состоит из сушеных сморчков, одергивала она себя.

— Будь ты парнем, Соломина, — сказал ей заместитель декана перед самым дипломом, — ты послезавтра улетела бы в Японию. Но девицы там не нужны. Хватает своих.

— А значит, — ответила Лиза, — я буду работать в Москве.

Он засмеялся:

— Если ты готова штурмовать эту крепость...

— Да, с мечом самурая.

— Правильно. Без него не обойтись. Но давай лучше поставим на другое, Соломина.

— На что? — Лиза выжидающе смотрела на породистое лицо нестарого мужчины.

— Ты красивая девочка, вот на что.

Лиза дерзко взглянула ему в глаза, но тут же покраснела. Хотела бы она пуститься с ним... в приключение? Нет, быстро ответила сама себе. Она готова по-настоящему, без оглядки, только с тем, с кем захочет остаться навсегда.

— И что же? — спросила она.

— А то, что мы столь эффектного во всех отношениях специалиста выгодно... продадим, — продолжал он.

— Продадите? — удивилась Лиза.

— А ты как думала? Для любой солидной фирмы хороший специалист — выгодное вложение денег. Отдать тебя за так — подарок. С какой радости я буду делать такие щедрые подарки японским буржуям? — Он засмеялся. — Я им тебя прода-ам.

— За сколько? — спросила Лиза. Потом, не дожидаясь ответа, нахально добавила: — Да, как насчет моей доли?

— Сообразительная девочка, — похвалил он. — Не обидим. А если говорить серьезно, для дорогой косметической фирмы, Лиза, ты очень хороша.

— Так сколько вы за меня получите? — не унималась она.

Он наклонил голову набок, словно желая увидеть в ней что-то, чего не заметил до сих пор.

— Ты, пожалуй, уже сейчас получишь... баночку крема.

— Негусто...

— Он густой, ты не права, — забавлялся мужчина. Потом лицо его стало серьезным. — Знаешь, Лиза, мне нужно, чтобы японцы участвовали в одном проекте. Выгодном для нашей кафедры.

— Ага, вы хотите от них грант?

— Назови это как угодно, но они получат тебя не за так, обещаю. Мы учим специалистов, на которых они станут делать деньги в России. Понимаешь?

— Ага.

— Ты своего рода — образец, приманка, на которую я их ловлю. А почему ты не спросишь, сколько они тебе станут платить?

— Платить? — удивилась она. — Наверное, не меньше, чем я стою.

Он посмотрел в ее зеленые глаза и засмеялся:

— Ах, девочка, ты совсем еще девочка. Хотя большая и красивая. И сама не понимаешь, как ты хороша, — он вздохнул и покачал головой. — Поосторожней, тобой захотят воспользоваться многие...

Лиза поморщилась, вспоминая тот разговор. Пожалуй. Хотя совсем недавно ей казалось, что эта она удачно пользуется другими. Например, своей любовью к Славику и его — к ней.

К Славику ее повлекло с первой секунды. Сильно. Как никогда и ни к кому. Когда Лиза отказалась пойти с ним в постель на третий день знакомства, тот удивился.

— Ты издеваешься надо мной? — спросил он. — У тебя... не было... ни одного мужчины? — Едва не задохнулся, произнося эту фразу. Отрывисто, словно его душил кашель.

— Нет, — сказала Лиза.

Тогда Славик сделал ей предложение. Потому что хотел ее заполучить, а другого способа, понял он, у него нет.

Он предложил ей сразу все — квартиру, себя.

Из японской косметической фирмы, менеджер которой не мог надышаться на Лизу, она ушла, хотя платили там больше, чем обещал Павел Лобастов в своей галерее.

Менеджер не хотел, чтобы она увольнялась.

— Не отпущу, если напечатаешь заявление об уходе на компьютере, — суетился он. — Ты напишешь его собственной рукой. — Она говорила, что уже разучилась писать, и он, видимо, поверил.

Лиза принесла заявление. Менеджер со вздохом принял его.

На прощание он подал ей набор косметики. Лиза засмеялась и покачала головой.

— Ты думаешь, тебе рано ею пользоваться?

— Это же против старения, — фыркнула Лиза. — Я знаю. А до старости она у меня протухнет.

— Во-первых, она очень высокого качества, — заметил он. — И во-вторых...

Лиза перебила его:

— Значит, к старости я куплю ее сама. Я знаю, она дорогая, но у меня хватит денег.

— Прекрасная надежда, — заметил он. — Но должен предупредить — тебе уже пора заботиться о коже. Иначе к тридцати годам ты можешь оказаться в паутине...

Она засмеялась:

— Хорошо, если только морщинок. А не в тенетах чего-то такого, что мне не понравится.

— Неплохая мысль. Лучше всего себя окружить тенетами самой.

— Я запомню.

Но менеджер уже оседлал любимого конька.

— Японцы мудры, они больше всего озабочены кожей вокруг глаз. Этот новый крем убирает морщинки и темные круги под глазами, — он снова совал ей в руки сумочку с кремами.

— Я все это знаю, — пыталась остановить его Лиза, принимая набор. — В их креме есть то, чего нет в других. Экстракт гамбира.

— Да-да, редкого растения из Южной Азии. Он-то как раз убирает морщины.

— А темные круги под глазами? — Лиза поняла, что лучше выслушать все, чем бросаться наперерез словесному поезду.

— Японцы обнаружили, что они возникают не из-за недостатка кислорода. Все дело в меланине, Лиза. В избытке коричневого пигмента, который с возрастом дает о себе знать...

— Ух ты, — она приникла к зеркалу. — По-моему, у меня уже...

— Надо раньше ложиться спать. И лучше — одной, — насмешливо добавил мужчина.

Лиза фыркнула.

— А я выхожу замуж, — сообщила она.

— Вот как? Тогда тебе этот крем в самый раз. — Он улыбнулся и быстро добавил: — Лиза, а теперь сделай мне ответный подарок — поработай на выставке. В последний раз.

— Ладно, — согласилась она. — Меня оденут в кимоно?

— А как же. Кимоно и все остальное будет. Тебе очень пойдет. Тебя поставят возле стенда с косметикой фирмы и...

— Меня будут нюхать? — перебила его Лиза.

— Уверен.

— Напишите, чтобы руками не трогали.

— На то и выставка, чтобы все трогать. Но если уж сильно вцепятся — кричи!

Они посмеялись. Лиза любила разговаривать с этим человеком, таким непохожим на мужчин, которые бывали у них дома, когда она жила с родителями. Он казался человеком без возраста. Наверное, все дело в косметике фирмы.

— Разберись с лаками для ногтей. Это новинка.

— Уже, — сказала Лиза. — Главная фишка — в нем нет толуола. Он вреден, особенно для беременных. Может дурно повлиять на плод.