В объятиях прошлого - Ливия Элиот

– Джекки! Сьюзи!

– Джина!

Минут через пять, когда восторги улеглись и три подруги устроились в креслах-качалках, Джина спросила:

– А где же Шилла?

Джекки и Сьюзи переглянулись.

– Так ты ее тоже не видела?

– Нет, конечно. Я ведь только приехала. А вы здесь давно?

– Да, наверное, с четверть часа. – Сьюзи бросила взгляд на простенький таймекс. – Нас здесь встретила какая-то женщина, по-видимому служанка. Проводила на веранду, попросила подождать – мол, госпожа задерживается.

– А раз так, – добавила Джекки, – то не выпить ли нам по случаю встречи шампанского. – Она кивнула в сторону сервировочного столика с двумя ведерками, из которых призывно выглядывали горлышки бутылок. – Между прочим, «Кристалл».

– Прекрасная мысль, – одобрила Сьюзи, переходя от слов к делу. – Подставляйте бокалы.

– Уж не собираетесь ли вы пить без меня!

Все трое замерли и повернулись на голос.

Появившаяся перед ними женщина была красива. Потрясающе красива. До сих пор Джина видела такую красоту только на экране. Шелковое струящееся платье не скрывало изгибы и округлости тела, но как будто обтекало их, подчеркивая все достоинства. Темно-голубые, почти синие глаза и высокие скулы. Безупречная кожа. Темно-красные губы, сложившиеся в приветливую улыбку.

– Шилла? – недоверчиво произнесла Сьюзи. – Черт возьми...

– Как же давно мы не виделись – вздохнула хозяйка, обводя взглядом подруг. – И как же я вам рада!

Через полчаса от первоначальной скованности не осталось и следа, чему в немалой степени поспособствовало шампанское. Воспоминания перемежались взрывами хохота, неприятности, подернутые дымкой ностальгии, выглядели забавными недоразумениями, нелюбимые преподаватели представали фигурами комичными и в худшем случае достойными сочувствия. Захваченная общим настроением, постепенно оттаяла и Джина. Человек не может пребывать в постоянном напряжении; защитные механизмы исподволь делают свое дело. Может быть, все еще обойдется. Может быть, это была чья-то злая шутка. Может быть...

– Ты ведь сейчас во Флориде, если не ошибаюсь? – спросила Шилла, предлагая Сьюзи сигарету и щелкая изящной золотой зажигалкой. – Я слышала, у тебя массажный салон?

– Проект в самом начале. – Сьюзи глубоко затянулась и выпустила в воздух пару колечек ароматного сизого дыма. – Рассказывать особенно не о чем. Вы, может быть, помните, что в колледже у меня был парень, Дикки. Он-то и предложил мне отправиться в Калифорнию. Говорил, что работы там много, каждый находит занятие по душе, а деньги просто валяются на земле – только не ленись подбирать.

– Дикки? Тот, что ходил в одной и той же рубашке? – уточнила Шилла. – И еще, кажется, играл на гитаре?

– Точно, – усмехнулась Сьюзи. – Он и носки менял нечасто. Предпочитал обходиться без них. Родители такому моему решению, понятно, не обрадовались. Откровенно говоря, мы стали почти чужими. Хвастать им было нечем – дочь-хиппи, что тут хорошего? Внуков они тоже не дождались, потому что мое замужество потерпело полный крах. Я пыталась с ними помириться, но ничего не получилось. Когда умерла мать, мне даже никто не сообщил. Узнала случайно, а когда приехала, отец разрешил только попрощаться с ней. Два года назад он тоже умер. Так что я осталась совсем одна. Попыталась еще раз стать примерным гражданином. Но снова не заладилось.

– Но теперь-то у тебя все в порядке. – Джекки взяла подругу за руку. – И у тебя есть друзья.

– Да, друзья у меня отличные. В общем, я пошла работать в оздоровительный центр. Спа, грязевые ванны, сауна, разнообразный массаж, солярий, маски из водорослей, ароматерапия, акупунктура, шиацу... Боже, чего там только не было! Сияющая плитка, мозаика, позолоченные краны, пушистые полотенца, ковры... Когда я все это увидела, просто обалдела. – Сьюзи покачала головой и мечтательно улыбнулась. – Стала работать, приобрела опыт, отложила немного деньжат. Клиенты в таких местах щедрые и совсем не бедные.

– Значит, ты теперь босс? – поинтересовалась Джина.

– Можно и так сказать. Но я и сама продолжаю работать. Веду две группы йоги и еще делаю массаж с горячими камнями. Знаете, наверное, у меня талант. Я люблю медитировать, открывать чакры, трансформировать дыхание в прикосновение. На работе, конечно, времени не хватает, но дома я посвящаю этому часы. Представляю, например, небольшой островок, море вокруг, шум волн или дождя. Мы сидим на берегу, сосредоточиваемся на себе, отключаем все посторонние звуки, и иногда мне кажется, что я слышу чье-то дыхание. – По губам Сьюзи скользнула блаженная улыбка. – Но больше всего я люблю камни. Это мое сокровище. Я собирала их много лет и сейчас не променяю даже на красный «феррари».

Все рассмеялись, и Шилла потянулась за бутылкой.

– Массаж, ароматерапия – это ведь все от стресса, да? – полюбопытствовала Джина.

– В первую очередь. Стрессу ведь подвержены все. Это одна из жизненных сил. Я сама собираю травы, сама готовлю масла. Но прежде чем приниматься за ароматерапию, нужно обязательно выяснить, нет ли у человека аллергии.

– А как сделать побыстрее? В домашних условиях?

Сьюзи развела руками.

– Все, что мы едим без реакции отторжения, может быть использовано и для кожи. И необязательно покупать дорогие масла и кремы. Лаванда, ромашка, чай, даже обыкновенное растительное масло с добавкой апельсина или ванили помогают в самых тяжелых случаях аллергии.

– Что ж, в следующий раз поеду в Палм-Бич, – объявила Шилла и повернулась к Джекки. – Вот кто меня удивил, так это ты. Откуда такое увлечение лошадьми? У тебя ведь, если не ошибаюсь, целая ферма?

Джекки сделала глоток шампанского. В сравнении со Сьюзи, выглядевшей немного усталой и блеклой, она явно выигрывала. Промчавшиеся годы то ли обошли ее стороной, то ли отнеслись снисходительно, как относятся в семье к проказливому и шаловливому, но милому и всеми любимому ребенку.

Она поднялась, и Джина невольно залюбовалась подругой. Миниатюрного сложения, с роскошными волосами цвета белого вина, изумительной кожей, напоминающей густые сливки с легким розовым оттенком. Открытый лоб, чуть заостренный подбородок, слегка вздернутый носик и чувственный рот со сложенными в форме сердечка губами. Но самое сильное впечатление производили глаза – огромные, с густыми ресницами, ярко-василькового цвета. Джина помнила ее худенькой, но годы добавили ее телу округлости, убрали угловатости и как будто заполнили содержимое свежим лучащимся соком. В колледже Джекки называли Мессалиной – поговаривали, что в поиске идеала она готова перепробовать сотни мужчин. И не только мужчин, добавляли злые языки.

– Я бы не назвала это фермой. Когда-то там помещался монастырь, но потом монахи нашли более уютное пристанище, так что мы с Филом купили это место по дешевке, толком не зная, что с ним делать. Денег у Фила хватает, а вот деловой хватки определенно недостает. В общем, подумали, прикинули, оценили состояние рынка и местные условия – народ вокруг не бедный – и решили попробовать. Для начала купили в Денвере полтора десятка скаковых лошадей, наняли хорошего тренера и через год продали с неплохой выгодой. С того и пошло. Сейчас мы в основном покупаем перспективных жеребят и доводим их до ума. Клиентов хватает. В прошлом году открыли школу верховой езды. – Джекки обворожительно улыбнулась. – Признаюсь, я так увлеклась, что сейчас и дома почти не бываю.