Возвращение из ночи - Елена Свиридова

— Еще как слушает! — усмехнулся Белов. — А ты что такой мрачный?.

— Тошнит меня от всего этого, — проворчал Джек. — Знаешь, почему бабы идут в ведьмы?

— Да кто их знает... — неуверенно сказал Белов.

— Оттого, что их никто не трахает! Нормальной бабе надо, чтобы мужик ее трахал, и все у нее в порядке. А эти! Посмотри, какой у них голодный взгляд! Либидо так и прет наружу! Ущербные, закомплексованные! Но гордые. Не хотят меня мужики — пойду в колдуньи! Околдую, приворожу, а потом встану в позу и не дам! Я не женщина, я сверхчеловек. Пытаются сублимировать свою похоть, и такой энергетический мусор вокруг сеют, что жить невозможно!

— Ну, ты суров, Джек!

— Но справедлив. Да ты посмотри, послушай только!

— Если ваш магический предмет недостаточно зарядился через экран, я сделаю это для вас лично, — продолжала брюнетка на экране. — Приходите, мы вам поможем! Только в нашем центре вас примут опытные ворожеи и прорицательницы, магистры белой магии, квалифицированные астрологи и психологи. Мы составим ваш гороскоп, проведем диагностику вашей кармы, очистим и скорректируем ваше биополе... Жанет всегда с вами!

— Наверное, ты прав, — сказал Белов. — Но скажи, если бабы идут в ведьмы от сексуальной неудовлетворенности, но уж мужики-то зачем? Все импотенты, что ли?

— С мужиками все просто. Им бабки нужны. Но стыдно обманывать людей. Ах, мы провидцы, мы выше вас, лучше вас! Мы видим ваше прошлое и будущее, блин, а вы доверьтесь нам и бабки валите! А если что и не сбудется — не наша вина, высшие силы изменили вашу судьбу, вместо космических пар занялись косметическими препаратами! Аум, гербалайф, как ты выражаешься! Все в одной куче... Язычество дремучее... Перед Богом стыдно! Но больше я в этом не участвую. И вообще ухожу из Центра к чертовой матери!

— Не поминай в суе, — тихо сказал Белов.

— Ладно, хуже не будет, — произнес Джек с горечью.

— Чем будешь заниматься? — спросил Белов Джека.

— Не знаю, посмотрим. Во всяком случае, не массовым отуплением с экрана в угоду потребителю!

— Но ты же никогда не проводил сеансы гипноза по телевизору!

— С телевизором — без телевизора, гипноз — это тоже зомбирование, даже без телевизора, а потому — величайший грех!

— Но ведь люди сами к тебе приходили, ты их не заставлял.

— Это и скверно! Человек должен сам решать свои проблемы, мы ему только мешаем, и бабки за это гребем.

— Но кому-то помогает, — сказал Белов.

— Никому это не помогает! К нам парень один ходил, чего с ним только ни делали! А вчера выбросился из окна!

— Вернись в клинику. Ты талантливый психиатр, — сказал Белов.

— Был. Пока не занялся этой чертовщиной. Пять лет обманывал людей, спекулировал на человеческих слабостях! Вместо того, чтобы медицину развивать, опустились в пещерный век! Расплодились, как нечисть! Отстреливать нас надо, причем серебряными пулями! Только вот стрелков хороших не видно! Попробую начать все сначала. Параноики, алкоголики, наркоманы — все лучше! Может, с ними займусь гипнозом, только без всякой корысти...

— Послушай, Джек, а ты можешь мне помочь, как психиатр?

— Тебе? — удивился Джек.

— Ну, с этой девчонкой. Надо бы ее всерьез обследовать.

— А зачем тебе это? — спросил Джек, уставившись на Белова. — Все спит, и спит? Да пусть себе спит!

— Что-то с ней странное, право. Похоже, у нее и вправду амнезия. Она уже третий день живет у меня, но так ведь не может вечно продолжаться.

— Врешь ты все, — сказал Джек напрямик. — Сам себе врешь.

— С чего ты взял? — удивился Белов.

— С того, Ленька, что ты втюрился, а признаваться в этом не хочешь. И она в тебя втюрилась, только она, в отличие от тебя, не пытается бороться с собой и скрывать свои чувства. А ты, ей богу, такой бабник и такой рационалист! Как это в тебе уживается?

— Вообще-то, ты, наверное, прав, — сказал Белов задумчиво. — Здорово ты меня расколол.

— Сам же говоришь — я хороший психиатр! А вот ты — хреновый психолог. Зачем тебе ее мучать? Она, кстати, очень опасный тип — роковая магическая женщина. Я сразу это понял, как только ее увидел. Правда, она сама этого не знает, но тем хуже для тебя. Такие начинают с тела, а потом душу крадут. Причем совершенно бессознательно. Никакого расчета.

— И что же мне теперь делать?

— А сам не знаешь? — удивился Джек. — Живи себе с ней и радуйся, что судьба тебе послала эту женщину. А не хочешь, отдай ее мне. Я о такой, может быть, всю жизнь мечтал.

— Ну уж нет! — возмутился Белов.

— Да я пошутил, собственник хренов! — усмехнулся Джек. — Я чужих женщин не отбираю, если только для опытов! Ладно. Вообще-то я уже не принимаю, но до конца недели еще буду в Центре. Привози ее... в пятницу, да, в пятницу, часам к одиннадцати.

— Привезу.

— А ты не держи ее взаперти. Вытащи из дома, отвези в кино, в кабак. Хочешь, в выходные на дачу рванем, пикник устроим. Ты ее обязательно с собой возьми.

— Я подумаю, — сказал Белов.

А Юля и правда спала, но во сне ей казалось, что все это происходит с ней наяву...

...Тишина... Полумрак... В коридоре раздаются чьи-то невидимые шаги, затихают, и снова, как замедленное тиканье часов, звучат в тишине...

Тише — тише, спать ложитесь...

Кто-то ходит, тихо шепчет,

Кто же это?..

Тихо в доме, свет погас,

Тихо в комнате соседней...

Только кто же так, в передней?...

Крепче спите, до рассвета...

Только кто там?

Нет ответа...

Или просто показалось?

Или кто-нибудь из нас?...

...В комнате, освещенной слабым призрачным светом, кто-то лежит на полу в нелепой позе и неподвижным взглядом смотрит в пустоту... Бледное лицо, растрепанные волосы... Боже, ведь это я, или не я? Я смотрю на себя со стороны, я вижу сама себя... В коридоре раздаются негромкие размеренные шаги, они то приближаются, то совсем затихают, замирают у самой двери... Дверь приоткрыта, я хочу встать, запереть ее, но не могу... Непреодолимая тяжесть сковывает тело... Я не могу подняться, не могу шевельнуть рукой, словно что-то придавило меня к полу... Темный коридор, бледный серовато-коричневый свет... Покачиваются пустые серые стены, а между ними продолжают звучать шаги... Или это не шаги, а звук воды, падающей из крана? Кап — кап — кап... Редкие капли равномерно ударяют об умывальник...

...Тише — тише... Тихо в доме.

Потеплей тебя укроет

Одеяло шерстяное...