Мы встретимся вновь - Виктория Холт

— Как только вы заговорили. Он поморщился:

— Неужели так очевидно?

— Боюсь, что да.

Мы рассмеялись и должны были разойтись, но мужчина вдруг обратил внимание на упавшую книгу:

— Довольно тяжелая.

Он поставил ее на полку. Женщина спросила меня:

— Вы здесь на каникулах?

— Нет, я живу у друга.

— О, прекрасно…

— Надеюсь, что книга не поранила вас, — проговорил мужчина. — А почему бы нам не посидеть где-нибудь немного?

Я подумала, а почему бы и в самом деле не выпить с ним кофе. Они сообщили, что их зовут Джеффри и Дженет Бейли. Он работал в парижском отделении какой-то страховой фирмы, и они жили здесь уже около шести месяцев и не знали, сколько еще проживут… В Англии они жили в Уатфорде, недалеко от Сити. У них была замужняя дочь, которая жила рядом с ними.

Они спросили, где был мой дом.

— Ну… э-э… в Корнуолле.

— В Корнуолле! Восхитительное место. Мы с Джеффри подумывали о том, чтобы купить там дом. И в самом деле, мы, возможно, уедем туда, когда ты выйдешь на пенсию, не так ли, Джефф?

Он согласно кивнул.

— Лууи, — продолжала Дженет, — или Фауи… где-то там. Мы там много раз проводили отпуск. Это рядом с вами?

— Не так далеко… — я слегка опешила. Я не хотела говорить им, что жила в тех местах прежде, чем убежала с любовником.

Внезапно я ощутила какую-то неуверенность. Мне вспомнился дом в Трегарленде, который я оставила.

На меня сильно подействовали их рассуждения о будущем. У них было будущее, а у меня?..

Джеффри Бейли сказал:

— Не нравится мне, что происходит.

— Происходит?

— Я говорю о политическом положении. Этот Гитлер… что он сделает завтра?

— Разве мистер Чемберлен не подписал договор с ним?

— Вы имеете в виду Мюнхен? Вы доверяете Гитлеру? Нашим в Лондоне не нравится то, что происходит. Чехословакия и прочее. Следующей будет Польша… и думаю, что мы глубоко увязнем во всем этом.

— Будем надеяться на лучшее, — сказала миссис Бейли. — Я так рада, что мы разговорились в той книжной лавке.

— Моя неуклюжесть привела к хорошему концу, — добавил Джеффри.

Затем речь зашла о Париже, и я успокоилась, потому что они больше не расспрашивали обо мне. Они считали, что я живу у друзей, и, наверное, им все же показалось, что я что-то утаиваю.

Это было лишь случайное знакомство, и оно не зашло бы так далеко, до совместного распития кофе, если бы Бейли не чувствовали себя виноватыми передо мной из-за упавшей книги.

Я ошиблась, назвав это случайным знакомством, вернее, мимолетным. Бейли настояли на том, чтобы я посетила их, затем проводили меня до моего дома, но я не пригласила их войти, а попрощалась на улице.

Думаю, что именно после этого миссис Бейли твердо решила увидеться со мной вновь. И это было не трудно. В ней сильно было развито чувство материнства, и позже я узнала, что она почувствовала, что со мной происходит нечто непонятное. От ее внимания не ускользнуло, что я уклончиво рассказываю о своем доме. Да, я как-то неопределенно упомянула, что живу у друзей, но ничего не рассказала об этих друзьях. Должно быть, я произвела впечатление очень хрупкой женщины. Виолетта всегда говорила, что именно это привлекает ко мне мужчин. Я выглядела беспомощной, и они стремились защитить меня. Возможно, миссис Бейли почувствовала то же самое.

Как бы то ни было, но она явно проявила ко мне интерес, и ей пришло в голову, что я нуждаюсь в помощи.

Через неделю после нашей первой встречи, выйдя из дома, я наткнулась на нее. Дженет изобразила удивление, но это получилось у нее не очень искренне, и я поняла, что она искала встречи со мной. Она пригласила меня к себе на чашку чая. Конечно, это не настоящий дом, но все же там удобнее, чем в кафе, а ей доставило бы огромное удовольствие поговорить с кем-нибудь по-английски.

Я позволила себя уговорить. Тем более, что Жака не было дома, ну, а если он вернется в мое отсутствие, то пусть знает, что я могу и без него весело проводить время. Итак, я пошла в гости к Бейли.

Это была приятно обставленная квартира, принадлежащая компании. Мы с удовольствием провели два часа вместе, и я поняла, что Дженет ждет ответного приглашения. Я решила, что Жак не стал бы возражать, тем более что Бейли пришли бы в его отсутствие, поскольку была уверена, что они были не в его вкусе. Он любил жизнь и ее блага и был даже слегка извращен. Именно это привлекло меня к нему. Бейли успокаивали своим присутствием. Инстинктивно я знала, что в случае крайней необходимости они всегда придут на выручку. Я не была так уверена в Жаке. Такова правда. И это послужило началом моего возвращения домой — я начинала понимать, как опрометчиво поступила.