Мы встретимся вновь - Виктория Холт

Не могу описать мои чувства, когда мы с Виолеттой стояли в укрытии и я вдруг услышала голос из прошлого. Жак в Англии! И в такое время! Прошлое, которое, как я надеялась, было навсегда похоронено, настигло меня. Наверное, все, что мы делаем, остается с нами навечно, и этого нельзя избежать.

Я вспоминаю, как Виолетта цитировала что-то вроде этого:

Пишет и пишет рука,

Словно течет река…

И не повернуть ее вспять,

Даже буквы одной не убрать…

Виолетта всегда любила поэзию и часто цитировала стихи. Как правильно сказано. Сколько хлопот у нее было со мной еще в детстве. А последняя история, из которой она помогла мне выйти с наименьшими потерями для моего достоинства.

Война тоже помогла, поскольку с ее началом у людей появились другие заботы, и им было не до неверной жены.

Да, я в самом деле импульсивна и редко обдумываю свои поступки. Я никогда не думала о последствиях, когда выкидывала нечто сумасшедшее. И только потом…

Так было в Германии, когда на каникулах я впервые встретилась с Дермотом. Все было так естественно. Каникулярный роман кончился венчальными колоколами. Совершенно обычная история.

Я радовалась каждой минуте в то время. У Дермота были все характерные черты романтического героя — красивый, презентабельный, наследник большого состояния, и к тому же влюбленный в меня.

К тому времени, когда мы встретились, я уже слегка разочаровалась в отдыхе. Весь этот насыщенный национализм, все это щелканье каблуками, этот «великий» Гитлер, этот новый подъем Германии… в конце концов, все это становилось немного зловещим. Но это было так далеко от нашей жизни. Когда каникулы закончатся, мы уедем домой, и все, что происходит в Германии, не будет иметь никакого значения для нас. Думая так, я ошибалась, как ошибалась во многом.

Затем мы вернулись в Англию и посетили семью Дермота, и все шло гладко, и казалось самым естественным, что мы поженимся и будем счастливо жить до старости. Возможно, я чувствовала некоторые сомнения до помолвки. Странно, как различно ведут себя люди в определенных обстоятельствах.

В Германии Дермот был романтическим героем, спасшим нас, когда мы заблудились в лесу, защитившим нам, когда началась эта безобразная сцена в замке. Да, он был прекрасен в то время.

В Корнуолле он стал казаться менее героическим на фоне родового гнезда Трегарлендов. Он благоговел и трепетал перед этим странных стариком — своим отцом, терялся в тени Гордона Льюита. По правде говоря, было что-то зловещее в атмосфере этого дома. Совсем не так, как я воображала.

Я только потом поняла, что наделала. Такое часто случалось в моей жизни.

Приехала Виолетта, и мне стало лучше. Между нами существует прочная душевная связь. Когда сестры нет рядом, я не чувствую себя спокойно. Она словно часть меня, разумная часть. Никогда не приходило мне в голову, пока я не уехала, как важна она для меня.

Итак, я жила в доме, атмосфера которого давила на меня, с мужем, которого я быстро разлюбила. Но я была очень привязана к маленькому сыну. Хотя я не обладаю глубоким материнским чувством и ребенок никогда не заменит мне мужчину. От мужа я отдалилась не потому, что Дермот стал ко мне невнимательным, — он продолжал любить меня, но не волновал меня больше. Я чувствовала себя неуютно в Трегарленде, море действовало мне на нервы, я хотела уехать. И никому я не могла рассказать об этом, даже Виолетте.