Валлийская колдунья - Патриция Грассо

– А я ничего не слышал.

– Ну ты и дурак! – начал распекать его Одо. – Конечно, ты не мог ничего слышать, потому что ветер шептал свои слова на ухо Кили.

Улыбнувшись, девушка внимательно посмотрела на небо. Его западный край пламенел в лучах заходящего солнца, а восточный горизонт был окрашен в темно-синие тона.

– А тебе удалось заглянуть за линию горизонта? – спросил Хью.

Кили кивнула. Она надеялась, что правильно истолковала свое видение и что хотя бы частица дара предвидения, которым обладала ее мать, перешла к ней по наследству.

– Мы должны вернуться в Лондон и оставаться в своих комнатах до рассвета, – сказала она.

– Но почему? – удивленно спросил Одо.

– В таверне, в которой мы остановились, мы будем под надежной защитой, – ответила она.

– Под защитой кого? Ты имеешь в виду какого-то человека? – не унимался Хью.

– Возможно, – неуверенно сказала Кили. – Я чувствовала его надежные руки, оберегающие меня.

– И чьи это были руки? – настойчиво продолжал расспрашивать Одо.

Кили пожала плечами:

– Я не видела лица этого человека.

– Вероятно, это был я, – заявил Хью.

– С чего ты это взял? – с негодованием спросил Одо. – Я сильнее, чем ты.

– Вовсе нет! – возразил Хью. – Я…

– Да ты… – перебил его старший брат.

Но тут Кили строгим взглядом остановила их перебранку. Она всей душой любила этих горячих, вспыльчивых парней, которые считали своим долгом оберегать ее.

– Но от кого мы скрываемся? Какая опасность нам грозит? – спросил Одо.

– Ты прекрасно знаешь, кого нам надо опасаться, – заметила Кили. – Сейчас время равноденствия. День и ночь находятся в гармонии, но скоро отец Солнце пойдет на убыль. Завтра лорд, которого вы ограбили в Шропшире, уже не сумеет найти нас.

– Мне очень дорога собственная шея, – заметил Хью, – поэтому я хочу знать, почему нам безопасно находиться именно в «Королевском петухе»? Тебе об этом сказали облака?

– Ответ на этот вопрос мы узнаем завтра, – сказала Кили. – Деревья, ветер и облака просили меня вернуться в эту таверну.

Хью фыркнул.

– А ну прекрати! – приказал Одо и дал брату затрещину. – Не забывай, что у Кили особый дар предвидения. Правда, малышка?

– Не знаю, у Меган он, во всяком случае, был, – уклончиво ответила Кили и вдруг призналась: – У меня такое предчувствие, что скоро должно произойти нечто очень важное.

– Этого достаточно, чтобы убедить меня, – сказал Одо.

– Я тоже считаю, что вполне разумно затаиться в таверне, – согласился Хью. – Если этот лорд схватит нас, нам несдобровать.

– У нас мало денег, – заметила Кили, когда они уже садились на лошадей. – Той суммы, которую вы выручили от продажи украденной лошади, надолго не хватит. Жизнь в Лондоне слишком дорогая. Может быть, мы сумеем подработать в таверне, если отец откажется признать меня.

Въехав на улицы Лондона, Кили и ее кузены увидели, что, несмотря на поздний час, здесь царит оживление. Многолюдная толпа и обступавшие со всех сторон здания производили на Кили гнетущее впечатление. Все трое ощущали подавленность. Кили задыхалась, ей не хватало воздуха, простора.

Сделав несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться, она вместе с кузенами миновала Чипсайдский рынок, проехала мимо собора Святого Павла и наконец оказалась на Фрайди-стрит, где стояла таверна «Королевский петух».

Вдали от родины Кили чувствовала себя очень одиноко, несмотря на то что рядом с ней постоянно находились кузены. Здесь никому не было дела до языческой жрицы с сомнительным даром предвидения или нищей принцессы из Уэльса.

Кили надеялась, что правильно истолковала свое видение и что таверна «Королевский петух» будет для них надежным укрытием от подстерегающей опасности.

Если бы Кили знала, кто в тот момент сидел в «Королевском петухе» и поджидал ее кузенов, она наверняка убежала бы вместе с братьями в Уэльс.

Таверна была на удивление просторной. Слева, рядом с узкой лестницей, ведущей наверх, где располагались комнаты для постояльцев, горел очаг. Справа находилась стойка бара. Посреди помещения стояли столы и стулья.

Ричард Деверо сидел в дальнем углу лицом к входной двери за одним столиком с Уиллисом Смайтом. Приятели пили эль и разговаривали.

– Если бы я знал, что ты собираешься угостить меня, я выбрал бы заведение подороже, – заметил Уиллис, – такое, куда ходят более приличные люди.

– Перестань, здесь отлично кормят, – сказал Ричард.

– Уже две недели ты не показываешься при дворе, чтобы избежать насмешек, – продолжал Уиллис. – Чем дольше будешь отсутствовать, тем труднее тебе будет вернуться.

– В последнее время я занимался делами, связанными с финансовыми интересами королевы, и не мог прибыть ко двору, – сказал Ричард.

Уиллис улыбнулся, понимая, что его друг лукавит.

– В том, что задета честь благородного человека, нет ничего смешного, – продолжал Ричард. – И если тебе дорого твое смазливое лицо, то перестань рассказывать каждому встречному и поперечному историю моего унижения. Берли сообщил мне, что ты охотно выкладываешь все, что тебе известно, каждому, кто готов тебя слушать.

– Прости меня, – принес свои извинения Уиллис, но его усмешка свидетельствовала о том, что он вовсе не раскаивается в своей болтливости.

– Хозяева таверны – друзья моей сестры Бриджитт, – сказал Ричард, переводя разговор на другую тему.

– Как! – изумленно воскликнул Уиллис. – Графиня водит дружбу с владельцами таверны?

Ричард пожал плечами.

– Много лет назад Бриджитт поссорилась со своим мужем и убежала в Лондон. Здесь она нашла пристанище и кусок хлеба, устроившись в таверну служанкой, пока снова не помирилась с супругом.

Уиллис расхохотался.

– Еще лучше! Графиня работает в таверне служанкой! – воскликнул он, заливаясь громким смехом.

– Насколько я помню, Бриджитт тогда было не до веселья, – сухо заметил Ричард и продолжал: – Кстати, какие еще слухи ходят при дворе, кроме разговоров о нанесенном мне оскорблении?

– Все говорят о том, что твоя помолвка с леди Морганой Толбот – дело почти решенное, – помолчав, ответил Уиллис.

Ричард удивленно посмотрел на приятеля.

– Советую тебе последовать моему примеру, – заметил он. – Найди богатую наследницу и женись на ней. Какие еще новости?

– Некий синьор Флавио Фаджиоли, недавно прибывший из Италии, устроил настоящий переполох среди наших дам, – сообщил Уиллис. – Ты ведь знаешь, что мужчина, сочетающий в себе силу и обаяние, неотразим. Фаджиоли привез с собой из Италии новое изобретение. Оно называется «вилка» и…