Любовница без прошлого - Карен Бут

— То есть в драке с ним я бы уложил его на обе лопатки, вы это хотите сказать? — Алекс подмигнул и рассмеялся. — Шучу.

А в голове Джой пронеслось: «О, я была бы не против, если бы ты уложил меня на лопатки!» Да что это происходит? С того момента, как они с Алексом вошли в эту гардеробную, стало так сложно держать себя в руках!

Он снял с полки джинсы, и Джой тут же поняла, что затем последует. Ужасно хотелось остаться, но та крупица чопорности, которая еще осталась в ней, требовала зажмуриться или выйти вон.

Джой вскочила с пуфика.

— Дальше вы и без меня справитесь.

Затем следовало покинуть гардеробную. Но собственное тело, кажется, взбунтовалось, потому что ноги словно приросли к месту — наверное, они заключили сделку с глазами.

Алекс расстегнул шорты и снял их со словами:

— Я не из стеснительных, если вы собрались выйти по этой причине.

— Нет, все в порядке.

«За исключением того, что все это неправда, настоящее мошенничество, — пронеслось в голове Джой. — Это не мой дом, и мы с этим мужчиной — из разных миров. Черт, он даже не знает моей настоящей фамилии!»

Алекс открыл свою спортивную сумку и вынул из нее черные трусы-боксеры. Тут уж ноги Джой согласились, наконец, поддержать ее порыв уйти от соблазна. Она развернулась на каблуках и вперила взгляд в одну из стен с полками, на которых в идеальном порядке была разложена одежда Люка. Ее тут было, наверное, тысяч на десять долларов, не меньше. И все эти шмотки ждали тут, когда их хозяин соизволит провести в Вейле какой-нибудь из своих уик-эндов.

Такие размышления не помогли Джой отвлечься — она все равно невольно представила себе раздетого Алекса, и от этого ее бросило в жар.

— Все в порядке. Можете смотреть. Я больше не голый.

Джой повернулась, чувствуя, что еще немного — и от ее раскрасневшегося лица пойдет пар.

— Я просто не хотела вас смущать.

— Мы с вами не очень хорошо знакомы, но мне кажется, что вы нервничаете.

Алекс начал натягивать джинсы, и Джой, не удержавшись, украдкой кинула взгляд на его ноги, которые были под стать остальным частям тела, уже увиденным ею. Где-то на свете, без сомнения, должен существовать кусок мрамора, ожидающий, чтобы из него вырезали такую восхитительную фигуру. Если уж воплощать в камне идеальное мужское тело, то моделью должен служить Алекс.

— Надеюсь, вы нервничаете не из-за меня.

— Нет, все в порядке. Просто я всегда немного напряжена.

Джой вечно пребывала в состоянии беспокойства о чем-либо. Она знала, что, если в ее жизни и наступит момент, когда не нужно будет ни о чем волноваться, она все равно ухитрится найти себе новые поводы для переживаний — уж так устроен ее мозг.

Алекс сунул руки в карманы джинсов, чтобы расправить их, затем свернул снятую с себя одежду и заметил:

— Уже лучше. Позже я, возможно, приму душ.

— Да, конечно.

Он сжал рукой плечо Джой и нежно его помассировал. Ей показалось, что от жара его ладоней ее тело почти раскалилось. Плечи податливо опустились. Только бы Алекс не заметил, как напряглись от возбуждения ее соски!

— Вы уверены, что с вами все нормально?

При звуках его сочного голоса еще труднее было балансировать на грани реальности, не поддаваясь своим фантазиям.

— Да. — Джой кивнула, надеясь, что это простое движение поможет ей овладеть собой. Так хотелось чувствовать себя рядом с Алексом непринужденно, разрушить невидимые барьеры между ними.

— Чем займемся теперь? Мы застряли вместе в этом доме как минимум на целый день.

Теперь он массировал ее плечи обеими руками. До чего же приятно было ощущать его сильные и настойчивые пальцы. Вот бы Алекс прямо сейчас начал ласкать все ее тело! В этот момент Джой больше всего на свете хотелось закрыть глаза, склонить голову набок и попросить спустить топик с ее плеч. В этом красивом доме никого больше нет, так что лучшим времяпровождением было бы сорвать друг с друга одежду и упасть в постель.

— Я не знаю, — пробормотала Джой, мысленно умоляя: «Поцелуй же меня!»

— На носу Рождество, и немного печально, что дом совершенно не украшен. Как же вы собираетесь ощутить праздничный дух?

Джой об этом даже не думала. В этом году для нее двадцать пятое декабря было обычным днем, следующим за двадцать четвертым, а после просто наступит двадцать шестое.

— Я даже не в курсе, есть ли в этом доме рождественские украшения.

— Ну так давайте посмотрим.

— Не будет ли это чересчур бесцеремонно?

— Не думаю, что ваши друзья доверили бы вам свой огромный особняк, если бы сомневались в вас. Никто не пожелает, чтобы небезразличный ему человек провел Рождество в одиночестве и без праздничного веселья.

Ну почему у него получается так легко ее убедить сделать то, что кажется очень плохой идеей?

— Ладно. Мне кажется, в ваших словах есть смысл.

Джой повернулась, выключила свет в гардеробной и вместе с Алексом вернулась в его спальню.

— Наверное, мне стоит переодеться.

— Не знаю. Лично я — большой поклонник пижам.

Он улыбнулся, и Джой показалось, что она вот-вот растает и превратится в лужу на ковре. Кровать была всего в нескольких шагах от них.

«Будь благоразумной, хватит строить воздушные замки! — мысленно отругала себя Джой. — Это поможет тебе упасть на землю как можно безболезненнее после того, как Алекс Таунсенд исчезнет из твоей жизни — когда бы это ни случилось».

— Думаю, на сегодня я найду себе более традиционный наряд, если вы не возражаете, — сказала она.

— Как хотите. Вы ведь тут главная.

Пока Джой принимала душ, Алекс в гостиной смотрел по телевизору местные новости о ситуации на дорогах. Власти советовали населению округа оставаться дома, чтобы не мешать уборке заносов. В любом случае у Алекса не было выбора. Двадцать четыре часа присмотра за Джой истекут только вечером, а у «бугатти» слишком малый клиренс, чтобы ездить по снегу — от этого может накрыться двигатель.

Зазвонил сотовый. На экране высветился номер Пола. Алекс соскочил с дивана и выбежал из гостиной. Бросив взгляд в сторону лестницы на второй этаж, он ответил на звонок, стараясь говорить негромко:

— Привет! Выяснил что-нибудь?

Вернувшись в гостиную, Алекс подошел к дальней от входа стене, чтобы успеть завершить разговор, если внезапно появится Джой.

— Даже не знаю, как сказать. Женщин с фамилией Бейкер и именем, начинающимся на «Д» — пруд пруди. Вот только Джой среди них всего одна — семидесятидвухлетняя старушка из Флагстаффа, штат Аризона.

— Семьдесят два года? Это точно не она.