Пламя в моем сердце - Рита Трофимова

— Тем не менее, ты здесь. Ты преследуешь меня, Леон. Зачем?

— Так и быть, я отвечу. — Он проводил взглядом юную продавщицу, нацелившись чуть пониже её спины. — Могу я достойно выдать замуж свою любимую бывшую? Я помню, что обещал тебе платье, пышное, с жемчугами и с бриллиантами.

— Пфф… С чего ты взял, что я приму от тебя такой подарок? От тебя! — Эла так и стояла перед ним в свадебном платье, гордо вздёрнув подбородок, а он сидел напротив неё.

Они смотрели друг на друга. Глаза в глаза — кто сдастся первый? А Элу не покидало ощущение, что он играет, прячет своё истинное лицо под маской обольстителя и наглого бандита. И чего он, собственно, добивается? Измором её берёт? Ну что ж, так и быть, она тоже может быть стервой!

— Скучно тебе? Развлекаешься? — невольно слетело с её губ.

— Есть немного. С тобой всегда было непросто, но тем и лучше.

— Хорошо, — зло улыбнулась Эла. — Я согласна. Только учти, тебе придётся раскошелиться. Платье я выберу самое дорогое, а ещё мне нужно манто из горностая, хотя и соболь сойдёт, бриллиантовое ожерелье и свадебные туфли от Stuart Weitzman, — она загибала пальцы для пущей наглядности.

— Как ты прекрасна в гневе, — сухо рассмеялся он. — Ну что ж, дерзай, царица, деньги не проблема.

Ей показалось, что он облегчённо выдохнул. А может, наоборот, ужаснулся, представив масштаб своих растрат?

Отлично — один ноль в её пользу! Если бы она только знала, что проиграет ему этот поединок по всем раундам!

Вадим подозвал продавщиц, и они принялись носиться по залу, снимая с вешалок платья одно за другим.

Эла из вредности выбирала самые вычурные, с нагромождением страз, перьев и прочей мишуры. Вадим расхаживал рядом и понимающе усмехался.

— Что, не нравится? — съязвила она, представ перед ним в очередном наряде.

Он быстро оглядел её с головы до ног.

— Сюда бы подошла вот эта фата, или как она там называется, — он с издёвкой кивнул на манекен, утопающий в белоснежной пене органзы и увенчанный пышным коконом из перьев.

— Леон, ты правда думаешь, что мне подойдёт? — спросила Эла делано капризным тоном. — Может мне стоит её примерить?

— Элеонора, ты испытываешь моё терпение. — Он сунул руки в карманы, предупреждающе покачав головой.

— Что, утомила? А кто сказал, что будет легко?

Сказать по правде, Эла и сама изрядно вымоталась, перемерив с десяток платьев, но её подстёгивала злость, давно она не испытывала такого азарта.

— Зря вы так, Леон Александрович, — защебетала девушка-консультант. Она так и крутилась возле него, то улыбаясь, то краснея. — Эта модель из новой коллекции известного дизайнера, на неделе высокой моды в Париже пользовалась большим успехом.

— Никогда не понимал высокую моду, — хмыкнул Вадим, скосив на девчонку взгляд. И та снова смутилась. Он вёл себя с ней снисходительно, но при этом внимательно слушал и слегка улыбался, правда, совсем не так, как Эле.

И сколько у него припрятано таких улыбочек — коварных и озорных?

«Попалась рыбка на крючок опытного ловеласа, — усмехнулась про себя Эла. — И как его только терпит Мила, молоденькая любовница? Тоже мне, ходок!»

Девчонка о чём-то рассказывала, кажется, о показе моделей в Москве. Вадим отвлёкся на её болтовню, а Эла словно прозрела, внезапно осознав всю нелепость ситуации, которую сама же и создала.

И что на неё нашло, в самом-то деле? Пора кончать с этим глупым фарсом. Порезвились и хватит. И с платьем что-то нужно решать.

Эла полезла в сумку, проверила сотовый и разочарованно выдохнула. Она провела в салоне больше трёх часов, а Эдик ни разу ей не позвонил, не поинтересовался даже, где она, и с кем. От обиды на глаза навернулись слёзы, но Эла задержала дыхание, сумев побороть эмоции. Осталось сделать последний рывок.

Эла прошлась вдоль рядов, выбрав изящное платье цвета айвори. Она запомнила его ещё с прошлого раза, когда приходила в салон с Лариской, но так и не решилась его купить. Кусалась цена.

— Отличный выбор. Очень красивое. Отнести в примерочную? — поинтересовалась вторая продавщица.

— Да, пожалуй, — кивнула Эла.

Вадим так и болтал с девчонкой, между прочим, совершенно невзрачной на вид. «Ему, похоже, вообще всё равно, кого клеить, — возмущённо подумала Эла. Ей так и хотелось крикнуть: 'Эй, ребята, вы там не заигрались?»

Продавщица достала платье со стеллажа и понесла в примерочную. Эла отправилась следом.

Нежное, элегантное с длинной летящей юбкой, оно как вторая кожа облегало лиф и руки Элы, напомнив ей то самое белое бальное платье, в котором они с Вадимом танцевали венский вальс в квартире Альтман, и в котором она потеряла девственность.

Эла загрустила, на минуту забыв о том, что Леон где-то поблизости. Она никак не ожидала, что он посмеет войти в примерочную, но он вошёл. Стоял позади неё, привалившись плечом к стене, и задумчиво смотрел на её отражение в зеркале. И столько эмоций пронеслось на его лице в тот миг, когда их взгляды пересеклись: сожаление, разочарование и даже боль! Но это лишь на секунды. Он снова натянул кривую ухмылку, лениво оторвался от стены и встал рядом с ней.

— Из нас бы получилась красивая пара, — как ни в чём ни бывало, сказал он.

— А вот это вряд ли, — спокойно возразила Эла. — Прежде всего, я ценю в мужчине надёжность и порядочность.

— Чем же я для тебя был ненадёжен?

— Да всем, — фыркнула Эла. — Вспомнить хотя бы твою сестрёнку.

Он укоризненно покачал головой, всё так же ухмыляясь.

— Щипачка Маня по кличке Виола? Она никогда не была моей девушкой. Мы работали в паре, дружили.

— Она утверждала обратное. У тебя ведь всё с ней было!

— Какая теперь разница? У Виолы судьба не сложилась. Она спилась, изменилась до неузнаваемости.

— Тяжёлый случай. — Эла припомнила резвую девчонку Виолу и даже немного посочувствовала ей. — Впрочем, ты тоже мне постоянно врал! Не знаю, что из твоего рассказа было правдой, а что нет.

— Я почти никогда тебе не врал.

— Почти? Этим всё сказано.

— Уверен, ты судишь обо мне очень