Варрэн-Лин: Узы Стаи - Юна Ариманта

— А как ты думаешь? — с улыбкой спросила Динка, поворачиваясь к Хоегарду и отводя с его лица упавшую на него русую прядь волос.

— Попробовать определенно стоит, — прошептал он, склоняясь к ее губам и касаясь их невесомым поцелуем.

Динка вскочила на ноги и, ухватив его за запястье, потянула за собой. Хоегард встал, повинуясь ее желанию, но взгляд его оставался прикованным к порталу. Динка понимала его чувства — это был труд всей его жизни, и вот сейчас он, как никогда, был близок к разгадке этой тайны.

Сзади неслышно подошел Дайм и положил ей на плечи свои большие теплые ладони. Она замерла, наслаждаясь его близостью. А Дайм притянул ее к своей груди и мягко поцеловал в висок.

Новые ощущения

— Пойдем? — тихо спросил он над самым ухом, и Динка ощутила как шею защекотало его дыхание. Она обернулась и посмотрела на его лицо, слабо освещенное сиянием портала. И почувствовала, как от любви к нему перехватило дыхание. Она снова была маленькой хрупкой девочкой в его сильных руках. Как приятно было снова спрятаться в его объятиях и ни о чем не тревожиться. А он смотрел на нее так нежно, и его золотые глаза сияли в темноте. Динка потянулась руками к его шее, и Дайм, чуть наклонившись, подхватил ее на руки и, прижав к груди, понес на расстеленную постель, где их уже ждали Тирсвад и Шторос.

— Динка! — едва Дайм разжал руки, опуская ее на шкуры, с противоположной от него стороны к ней прижался Шторос. Он дышал так часто, будто бежал целый эреше без остановок, и глаза его возбужденно сверкали. — Динка, сегодня я первый! Скажи, что сегодня выберешь сначала меня!

Тирсвад недовольно заворчал, запустив пальцы в Динкины волосы. Он лежал у ее головы, свернувшись клубочком и уткнувшись носом ей в макушку. Он был еще слишком слаб для любовных утех, но тоже не упускал возможности прикоснуться к ней. Дайм вытянулся рядом с другой стороны от Штороса, не выпуская Динку из своих объятий и прижимая ее к своей груди. Тихо подошел Хоегард и, устроившись у нее в ногах, раздвинул ей колени и улегся щекой на внутреннюю поверхность ее бедра.

— Ну же Динка! Скажи им! Я так хочу тебя, что скоро с ума сойду, если ты меня не выберешь, — не унимался Шторос, и Динка почувствовала, как его возбужденный член трется об ее ягодицы.

— Идиот! — зашипел Тирсвад. — О чем ты просишь? У нее же внутри ребенок, а ты собрался пихать туда свой член?

— Сам ты идиот! — не остался в долгу Шторос. — Ребенок в животе, член не достанет до него!

— Шторос, — осадил его Дайм. — Тирсвад прав. Нам стоит поберечь Динку и нашу малышку. Возможно, до родов стоит воздержаться от проникновения.

Динка молча слушала их препирательства, наслаждаясь близостью всех четверых. Она прижималась к груди Дайма, вдыхая его запах и скользя губами по его гладкой коже. Она чувствовала спиной тело Штороса, и его член между своих ягодиц. Обнимала бедрами притихшего Хоегарда. И зарывалась закинутой за голову рукой в гладкую гриву Тирсвада, проводя кончиками пальцев по шершавой поверхности его рогов.

— Беременность — не болезнь! — парировал Шторос. — Ни одна Варрэн-Лин не отказывает себе в близости с мужчиной только из-за того, что в животе у нее ребенок! Наоборот, ей будет еще приятнее, чем раньше. Просто вы трое и женщин-то беременных не видали.

Он сжал ладонями талию Динки и снова настойчиво потерся об ее попку своим подрагивающим напряженным органом. Динка прерывисто вздохнула от удовольствия. Его необузданная жажда ее тела волновала.

— Кайра сказала, что ласки мужчин пойдут Динке на пользу, — вступил в спор Хоегард.

— Вот! Вот, даже лекарь так говорила! — воодушевленно подхватил Шторос, до крови прикусывая кожу на Динкиной шее острым клыком, и тут же страстно зализывая ранку. Динка чувствовала, как дрожь возбуждения волнами пробегает по его телу, и наслаждалась этим ощущением, не спеша прерывать их спор. Место укуса неприятно саднило, но его горячий нежный язык, скользящий по ее шее, отвлекал от боли и пробуждал в теле сладострастный жар.

— Однако, — продолжал Хоегард. — Динка у нас не простая Варрэн-Лин. Она оборачивается в человека. Она многое пережила, и имеет ослабленные нити силы вокруг женских органов. Она уже однажды скинула ребенка по нашей вине. Мы должны быть осторожны.

Но Шторос уже не слушал его тираду.

— Не слушай этих идиотов. Они ничего не понимают! Доверься мне, я сделаю хорошо и тебе и нашему ребенку, — он наклонился к Динкиному уху и, обжигая его своим дыханием, жарко шептал ей о том, что он с ней сделает, в каких позах и сколько раз, если она его выберет. Динка с улыбкой слушала его страстный шепот, чувствуя, как в теле от его фантазий зарождается возбуждение.

Дайм молчал и ласково скользил своей большой ладонью по ее плечу и груди.

— И я о том же, — отозвался Тирсвад. — Мы можем просто ласкать ее так, как она захочет. А сами обойдемся и без этого. Мне достаточно будет того, что Динке хорошо.

— Смотрите, как изменилось ее тело! — пробормотал Хоегард. Он вытянулся на животе между ее бедер, повернув ее на спину, локтями упираясь по обе стороны от ее тела и водя кончиками пальцев вокруг ее пупка.

Динка опустила глаза, чтобы посмотреть, что именно он имеет ввиду. И с удивлением обнаружила, что ее вечно впалый живот возвышается над ребрами мягкой окружностью. Неужели там и вправду ребенок? До сих пор в это не очень-то верилось.

— На таком сроке беременности она должна уже чувствовать движения ребенка, — вдруг мечтательно проговорил Шторос, выныривая из своих эротических фантазий, и тоже накрывая Динкин живот ладонью. — Шевелится он внутри тебя?

— Н-не знаю… — растерялась Динка и тоже хотела потрогать свой живот, но места на нем уже не было. Все четверо мужчин прижали к нему ладони со всех сторон и напряженно прислушивались к ощущениям.

— Да! Он шевелится! Я чувствую его! — торжествующе завопил Тирсвад. И Динка тоже ощутила,