Удержать 13-го - Хлоя Уолш

Я не остановилась.

Стыдливо вздохнув, я спустила джинсы и воскликнула:

– Спаси меня!

– Какого хрена ты с собой сделала? – задохнулся Джонни, вытаращив глаза.

– Побрила…

Он уставился на меня, разинув рот.

– Всё?

– Всё, – всхлипнула я, бессмысленно взмахивая руками. – И везде была кровь!

– Кровь? – в ужасе прохрипел Джонни. – Господи!

– У меня что, какая-то повышенная чувствительность кожи? – спросила я, в окончательной панике отбрасывая джинсы. – Помоги мне!

– Детка, – он поднял руки, – у меня – член. Тут я без понятия.

– Но это ведь плохо, да? – в тревоге спросила я. – По-настоящему плохо? Так ведь не должно выглядеть, нет? Все так жжет… я как будто в огне!

– Я не знаю! – воскликнул он, и его голос стал выше на пару октав. – Откуда мне знать?

– Просто потому, что ты видел их больше, чем я, – прохныкала я. – Так что говори прямо, Джонни. Это плохо?

– Ох, нет. Нет, вообще-то. Я хочу сказать… – Джонни нахмурился и потер подбородок. – Не настолько плохо.

– Только не ври мне! – предупредила я.

– Дай-ка мне рассмотреть все как следует…

Я с ужасом наблюдала за тем, как он приседает на корточки, чтобы рассмотреть как следует, а потом снова встает во весь рост и качает головой.

– Да, Шан, все довольно фигово.

– Я так и сказала! – проскулила я, натягивая трусы и начиная стонать, потому что жжение стало сильнее. – Никогда больше не стану слушать Клэр Биггс, – добавила я. – Дурацкие бритвы за фунт!

– Бритвы за фунт? – то ли рассмеялся, то ли простонал Джонни. – Ты вообще знаешь, что для таких дел есть специальные салоны и мастера?

– Да, ну… я стесняюсь, – выдохнула я, снова падая на кровать. – Как можно это показывать посторонним?

Он недоверчиво глянул на меня.

– Ты не в счет, – разволновалась я.

– Бедная моя киска, – со вздохом произнес Джонни, садясь на кровать рядом со мной. – Ты просто мясник!

Судорожно вздохнув, я упала на спину.

– Так больно!

Джонни, повторяя мое движение, тоже лег на спину рядом со мной.

– Знаю, малышка. – Он положил ладонь на мое бедро и утешительно сжал его. – Но все отрастет снова.

– А скоро, как ты думаешь?

Он повернулся ко мне лицом.

– Хочешь, побрею мошонку?

– Что? – Я ошалело уставилась на него. – Нет!

– Тогда перестань спрашивать меня о том, о чем я не имею понятия, – ответил он.

– Извини… – Я густо покраснела. – Я просто… ты же всегда все знаешь. – Хныча, я перевернулась на живот и прижалась лицом к одеялу: оно пахло стиральным порошком, которым всегда пользовалась его мать, и самим Джонни.

– Мне так неловко… – Я помолчала, а потом пожаловалась: – Так жжет… и теперь так уродливо выглядит…

– Нет, не уродливо. – Я почувствовала, как его рука скользнула по моему заду. – Мой член сейчас стоит по стойке смирно.

– Не понимаю, как такое может быть, – с болезненным стоном ответила я. – Это ужасно…

Застонав при мысли о том, что я сотворила со своим несчастным телом, не говоря уж о безумном жжении между ног, когда трусы касались нежной плоти, я прошептала:

– Не представляю, как мне снова надеть джинсы… – Скривившись, я добавила: – Или снова посмотреть тебе в глаза…

– Штаны мне не нравятся, – засмеялся он, продолжая гладить мои ягодицы. – Ну же, Шан, посмотри на меня!

Я покачала головой.

– Не могу.

– Нет, можешь! – уговаривал меня он, проводя пальцами по моим бокам. – Если не хочешь повернуться ко мне, буду тебя щекотать.

Я легла на бок и украдкой взглянула на него.

– Привет…

– Итак… – Он наклонился и прижался губами к моим губам. – Можешь ты объяснить, зачем побрилась?

Я поежилась от стыда:

– Я не знаю…

Он повел бровями:

– Большие планы?

– Ох…

Я хотела снова уткнуться в одеяло, но Джонни поймал мои губы.

– Я сильно обгорел на солнце, когда прошлым летом ездил на соревнования, – сказал он, потираясь носом о мой нос. – И у меня до сих пор лежит в ванной крем с алоэ вера. – Он еще раз поцеловал меня. – Он может немножко охладить жжение.

Я покорно вздохнула и кивнула.

– Спасибо…

– Не за что. – Чмокнув меня в нос, Джонни сполз с кровати и быстро ушел в ванную, чтобы через мгновение вернуться с маленькой бутылочкой мази.

Открутив крышку, он дал мне в руки бутылочку и залез на кровать, а потом потянулся к моим трусам.

– Что ты делаешь? – задохнулась я, машинально приподнимая бедра, когда он потянул трусы вниз. – Джонни?

– Спасаю тебя, – с усмешкой ответил он. – Сама-то помнишь «Спаси меня, Джонни, пожалуйста, спаси меня»?

– Да, но…

Забрав у меня бутылочку, он капнул немного алоэ вера себе на пальцы и опустил руку.

– Ох, боже мой… – облегченно прошептала я, когда прохладный гель приглушил огонь. – Потрясающе!

Придвинувшись ближе, Джонни наклонился над моими бедрами и осторожно подул на мою обнаженную кожу. У меня даже перехватило дыхание; мне пришлось напрячь все мышцы, чтобы не дать бедрам двинуться навстречу ему. Поглядывая на меня сквозь густые ресницы, он продолжал дуть на нежную кожу.

– Хватит? – хрипло спросил он наконец, прежде чем легонько поцеловать горящее место. – Или еще?

Тяжело дыша, я села и вцепилась в его футболку.

– Сними ее…

Его синие глаза вспыхнули, когда он стянул футболку.

Нервно дыша, я закинула руки над головой, не сводя с него глаз.

– А теперь мою.

Не говоря ни слова, Джонни наклонился надо мной и мгновенно сдернул с меня футболку и тут же завел руки мне за спину, чтобы расстегнуть бюстгальтер. Он с почти пугающей скоростью справился с застежкой, но, когда он снял с меня лифчик и бросил его на пол, мне уже было все равно.

Упав назад, я потянула его на себя, впившись в твердые мышцы его спины. Джонни подчинился, навис надо мной, а я раскинула ноги, приглашая его.

– Как ты отлично выглядишь в моей постели! – Схватив мои бедра, он прижал меня к себе, громко застонав, когда наши тела соприкоснулись. – Когда лежишь на спине, – добавил он, – раскинув ноги…

И тут же крепко поцеловал меня.

Я со стоном закрыла глаза и обняла за шею, прижимаясь к нему. Его тело было таким приятным, и настоящим, и правильным… И его губы были везде – на моей шее, на груди, животе… Я ощущала его всей своей кожей, и все равно мне было мало. Беспомощно дергаясь, я вскрикнула, когда его палец скользнул в меня, делая уже нараставшую внутри боль почти невыносимой. Держась за его плечи, я раскачивалась под ним, желая всего, что только он мог дать мне.

– Плохая идея, – хрипло пробормотал Джонни, прежде чем снова впиться в мои губы; его