Одинокая звезда - Ирина Касаткина

Наконец, он встал и побрел обратно, ничего не замечая вокруг, – весь погруженный в свои мысли. И по дороге налетел на столб, внезапно выросший у него на пути.

Столб взял его за плечи и хорошенько встряхнул. Дима поднял голову. Перед ним стоял его приятель по классу Саша Оленин.

– Ты хоть смотри, куда идешь, – осуждающе сказал Саша, – а не внутрь себя. Так и под колеса угодить недолго. Что случилось?

– А ты чего в наши края забрел? – задал Дима встречный вопрос.

– Да я Ирку проводил – и решил пошататься. Голова кругом идет. Влипли мы с ней. Вроде, все делали, как надо, – и вот… Теперь главное, чтоб ее родители не пронюхали. Они же ей голову оторвут, а меня по осям координат разложат. Для них ее золотая медаль – священная корова. Если не получит, они ее из дому выгонят.

– И что теперь? Как будете выкручиваться?

– Ох, не знаю. Ирка ревет, боится к врачу идти. Слушай, у тебя нет знакомого гинеколога?

– Откуда?

– Ну, не знаю. Может, у матери твоей есть? Она же завуч – знакомств много.

– Да, ей только скажи! Сразу Иркиным родителям доложит. А почему бы Ирке просто не сходить к районному врачу?

– Несовершеннолетняя. Обязаны родителей поставить в известность. Вот влипли, так влипли!

– Да, вам не позавидуешь. Постой! Я с теткой поговорю. Она в роддоме работает – может, чего посоветует. Попрошу, чтобы матери не говорила. Она меня обожает.

– Спасибо!

Саша с чувством пожал Диме руку. Они помолчали. Потом Саша участливо спросил:

– А как у вас с Ленкой? Тоже не все гладко?

– С чего ты взял?

– Да вид у тебя… То все сиял, а сейчас – как-то скис. Идешь – ничего не видишь. Случилось что?

– Да чуть было не случилось. Не знаю, как остановился. Вовремя она заплакала – а то не знаю, что было бы.

– А ты что, силком хотел? Смотри, за это статья! Надо, чтоб она была согласна.

– Понимаю. Просто накатило на меня. Я же ее люблю до ужаса. А тут такое! Но теперь – все! Пока не женюсь, не прикоснусь.

– Ну, это тоже глупо. Сейчас все до свадьбы живут.

Саша внимательно посмотрел на Диму – потом, понизив голос, спросил:

– Димка, а ты вообще… имел дело с бабой? Хоть раз?

– А то как же! – солидно ответил Дима. – Хотя, если честно, – нет, ни разу.

– Тогда радуйся, что у вас с Ленкой ничего не было. Потому что, не умеючи, можно такого натворить. Она бы тебя потом возненавидела – и могла надолго потерять охоту к интиму. Я же через это прошел. Это сейчас у нас с Иркой порядок. А в первый раз – как вспомню! Тоже… без всякого опыта. И я вел себя, как первый идиот, и она – как последняя дура. Но ей простительно, она девчонка. А вот мне – нет.

Запомни: прежде, чем иметь дело с порядочной девчонкой – особенно нетронутой, такой, как Ленка, – надо приобрести опыт. И не из книжек, а на деле.

– Интересно, где я его приобрету? К проституткам идти, что ли? Да ни за что!

– Ну и напрасно. Среди них есть очень даже ничего. Я двух студенток знаю – они этим подрабатывают. Могу устроить.

– А ты что – с ними… тоже? Ирке изменяешь?

– И не только с ними. Ты что же думаешь – у меня одна Ирка? Да она бы мне через месяц надоела. Это все равно, что все время есть одни шоколадки. Сегодня шоколадка, завтра шоколадка, послезавтра… В конце концов, тебе так захочется простого борща! – на шоколад уже смотреть не сможешь. За мной же полшколы бегает. Есть такие, что на все согласны. Я их жалею.

– Нет, я Лене никогда не изменю! Мне никто, кроме нее, не нужен. Не хочу даже думать об этом.

– Ой, не смеши! Изменишь обязательно. Да это же нормально! Ты думаешь, твой отец матери не изменял? Или мой?

– Мой – никогда! Я в этом уверен.

– Наивный! Ну-ну, верь. Но помни: до Ленки найди опытную девку. Это не измена, а приобретение необходимого навыка. Без этого нельзя.

– А СПИД? Он, как известно, не спит. И другие нехорошие болезни можно подцепить. Нет уж, уволь.

– Да они же каждый месяц проверяются. У них свои врачи есть – знаешь, как за здоровьем следят!

– Ага, сегодня – один, завтра – другой. Они после каждого проверяются, что ли? После этого проверились, а после того – нет. И готово – заразились. И скольких заразят, пока до врача дело дойдет? Нет, приятель, я в эти игры не играю. Даже думать противно.

– Дело хозяйское. Но если ты с Ленкой… без опыта попробуешь – ох как пожалеешь! Помяни мое слово. Большую ошибку сделаешь. Хорошенько подумай над моими словами – я же тебе друг.

– Ладно, подумаю. Завтра, если что узнаю насчет ваших с Иркой дел, вечером позвоню.

– Смотри, не забудь – я буду ждать. Ты же понимаешь – горит. Только больше – никому!

– Да понимаю. Можешь не волноваться.

И они разошлись. Каждый пошел своей дорогой. Но совет Оленя сделал свое черное дело. Он зародил в Диминой душе неприятное беспокойство. Будто червячок поселился в ней и стал точить и точить.

Ах, если б он знал, к чему приведет этот разговор! Он вообще перестал бы общаться с Оленем, он за три версты обходил бы его. Но, как говорится: нам не дано предугадать, чем наше слово отзовется. И только одна судьба знает, какие волчьи ямы подстерегают нас за ее поворотами.

Утром следующего дня Дима задолго до назначенного часа сидел на заветной скамейке. Выражение его лица было таким сложным – смесь страдания и ожидания – что прохожие, кто с интересом, кто с сочувствием, поглядывали на грустного молодого человека. Какой-то малыш подошел и протянул Диме мячик.

– Дядя, не плачь, – участливо сказал он. – На, поиграй.

– Спасибо, зайчик, – улыбнулся Дима. – Я не плачу. Иди, играй сам.

И погладил малыша по льняной головке.

Стрелки нехотя ползли к десяти. Дима не сомневался, что Лена придет. Но что она скажет ему? И что он скажет ей? Терзаясь, он пытался найти ответ – но все слова, приходившие на ум, казались то глупыми, то откровенно пошлыми.

Две узкие ладошки закрыли ему глаза. Лена! Она пришла! Он счастливо вздохнул, поцеловал каждую ладошку – и ее руки обвили ему шею. Потом она обошла скамейку, села рядом и заглянула ему в лицо.

– Димка-невидимка! – пропела она. – Где твоя улыбка, полная задора и огня?

Она не сердится!

Гора Эверест свалилась с бедной Диминой души, и ему стало так легко, что, казалось, взмахни он руками – и полетит.

– Лена! – простонал он. – Леночка! Прости меня, я больше так не буду. Никогда, клянусь!

– Как никогда? – Она широко раскрыла глаза. – Что, совсем? Ой, Дима, не пугай меня!

Он посмотрел на нее непонимающе. Она закрыла лицо ладошками, и ее плечи затряслись от смеха.