Моногамист - Виктория Мальцева

— Эммм, в каком смысле?

— В том смысле, что мне нужен срочный вылет в Сиэтл.

— Распорядиться о подготовке вашего самолёта?

— Нет! Это слишком долго! Плевать на комфорт, пересадки — я должен в самый короткий срок добраться домой. Поняла меня?

— Да, мистер…

— Работай!

— Хорошо, перезвоню.

Набираю Габриель:

— Габи, привет.

— О привет, любимый! Ты…

— Молчи. Я не хочу слышать твои трели, ответь на один единственный вопрос: скажи, я просил ставить меня в известность обо всех происшествиях?

— Да, но я не понимаю…

— Тогда какого чёрта я не знаю, что Лера в больнице?

— А какого чёрта ты должен знать? У неё есть муж, пусть он и печётся о ней!

— Дорогуша, ты будешь наказана и знаешь как.

— Алекс…

— Что с ней?

— Почки.

— Что именно?

— Не знаю, ночью ей было плохо, и её забрала машина emergency. Она сейчас в клинике.

— Насколько всё серьёзно?

— Я должна знать? Звони её мужу!

Отключаю звонок.

Набираю Артёма:

— Что с Лерой?

— Привет, Алекс.

— Привет, повторяю, насколько серьёзно положение Леры?

— Серьёзно.

У меня немеет язык, я молчу не в силах задавать свои вопросы дальше.

— У неё гидронефроз последней стадии.

— Что это значит?

— Это значит, что отказывают обе почки — таков предварительный диагноз. Её лечат, но результата нет, предлагают трансплантацию, но я ещё не говорил с ней об этом. Для этого придётся лезть в деньги на её карте, ну на той, которая твоя. Она будет против, наверное, хотя теперь уже даже не знаю…

Смартфон выскальзывает из моих рук… Лера, что ж ты творишь, мать твою!!!

Чувствую руку на своём плече. Это Хелен:

— Мистер Соболев! Алекс!

— Да, Хелен.

— Что произошло? Вам плохо?

— Да, мне плохо. Закрой свой этот… наряд, мне не до тебя, ни до кого. Моей жене плохо. Понимаешь? Моей, чёрт возьми, жене плохо, а я здесь! Понимаешь??? Понимаешь или нет! Я не заслужил даже звонка от неё, не заслужил права помочь ей, а на хрена мне эти деньги, всё это, зачем мне всё это, для чего я пашу тут как проклятый, зачем, если ей плохо… а она даже не хочет моей помощи!

Меня трясёт, Хелен в ужасе от этой сцены, но мне плевать…

— Алекс, я… чем я могу помочь?

— Ты билет заказала?

— Ещё нет, хотела уточнить, самый быстрый — лоу-кост с 3 пересадками и…

— Бери.

— Там невозможен багаж.

— На черта мне багаж, ты подумала?

— Хорошо, я выкупаю бронь.

— Выкупай. И, пожалуйста, прошу тебя, перестань пытаться соблазнить меня, или я тебя уволю, клянусь. Да как же вы все достали меня уже! — истерика снова накатывает на меня, но я вдруг вспоминаю о вылете, и тут же прихожу в себя: — А когда вылет?

— Через два часа, — отвечает Хелен ледяным голосом.

А мне плевать на её голос, мне вообще на всё и на всех плевать.

— Собери мои вещи.

— Хорошо.

Вообще-то она моя помощница только в работе, а не прислуга. Но мне опять плевать. Сижу на полу, сжав виски руками — пытаюсь сосредоточиться, сканирую варианты. Мне нужен Тони.

— Тони, привет.

— Здравствуй, Алекс.

— Лера серьёзно заболела, ты в курсе?

— Нет!

— Тони, я буду в Сиэтле в течение суток. Пожалуйста, найди её, выясни серьёзность проблемы и продумай все варианты, что мы можем сделать. Тони, любые деньги, ты слышишь меня, любые! Если не хватит миллиардов, я свои почки отдам ей!

— Я понял, Алекс. Всё сделаю. Жду тебя.

— Мистер Соболев, ваш вылет в 5 утра. Багаж я упаковала — только дорожная сумка, как я и предупреждала.

— Спасибо, Хелен, извини, что накричал.

— Ничего. Удачного полёта, и… на какой срок переносить все Ваши встречи?

— Я не знаю ещё, свяжусь с тобой.

Хорошо.

Спустя время осознаю, что сижу на полу совершенно голый. Чёрт, ну и сцену я закатил перед Хелен, обидел её, а сам тоже хорош!

Anatoliy Zubkov. Love Theme.

В самолёте я много думал обо всём: о нашей истории, об измученной любви, о том, самом счастливом в моей жизни времени, когда мы были семьёй… Как много счастья и любви она подарила мне, сколько волшебных, незабываемых ночей было в моей жизни, благодаря ей! Только ей… О моей болезни и её силе, о том, как съедаемая страхами и отчаянием она упорно боролась за мою жизнь, единственная верила в меня и, несмотря на мою немощь и упадок, не сдавалась, никогда не сдавалась… О том как мы познакомились, и о том как я впервые увидел её на набережной огромного сада со странным названием Карасан, как она прыгнула вслед за мной в море, копируя меня, уже тогда доверяя моим решениям свою жизнь, ведь я был мужчиной, предназначенным ей… О том, как долго и упорно она снилась мне, будучи лишь обликом, видением, старательно дорисованным моим воображением. Но как же оно бездарно в сравнении с её реальным воплощением… Сегодня она снилась мне другой: взрослой, мудрой, полной доброты и материнской заботы, как много смыслов было заложено в тот сон теми, кто послал мне его…

Она никогда не попросит у меня помощи. Это простое понимание убивает меня и злит одновременно. Почему? Люди совершают куда более серьёзные ошибки, но прощают друг друга, особенно когда приходит беда и нужна поддержка. Почему же она так низко думает обо мне? Неужели так велика её гордость, что сердце не может докричаться до разума и потребовать попросить меня о помощи, ведь я тот, кто всегда и в любой ситуации будет на её стороне, всегда поможет… Как же мне не помочь, ведь я погибну без неё…

Guitar theme. Анатолий Зубков

Я уже устал вытирать свои глаза — совсем сошёл с рельс, не могу контролировать эмоции. Сосед по лоу-косту смотрит на меня нездоровым взглядом. Как хорошо, что это хотя бы не соседка!

— Моя жена серьёзно заболела, — объясняю ему.

— О, это большое горе! — отвечает мне пожилой японец, кивая своей седой головой.

Упорно называю Леру женой, а ведь это нисколько не правда. Я отказался от неё сам, ослеплённый ревностью, ненавистью и злобой к той, которая стала моим смыслом жизни, к той, которая была мне матерью однажды, той, что подарила мне моё первое дитя…

А ведь она просто ошиблась. Просто приняла неверное решение, и отчасти в том была и моя вина.