Мой темный принц - Л. Дж. Шэн

— А еще... — Феликс облизывает губы. — Мы назвали тебя Оливером в честь фрукта.

При его заявлении Агнес растворяется в приступе хихиканья.

— Фу. — Олли фальшиво харкает в свою тарелку. — Гадость.

Его мама взбалтывает вино в своем бокале.

— Ты даже не знаешь, почему я смеюсь.

— А я и не хочу знать. — Он запихивает в себя тарелку, его губы кривятся в усмешке. — Насколько я понимаю, я появился у вас в результате непорочного зачатия.

Их спор продолжается, пока я выкладываю на подогретую тарелку свои плотоядные подношения Себастьяну. Индейка по-каджунски, начинка из андуя, кукурузный хлеб и будин.

— Брайар. — Даллас наклоняется к Ромео и Фрэнки, чтобы подглядывать за мной. — Ты припрятываешь еду на потом?

— Может быть. — Я мысленно готовлю оправдания по поводу мяса на моей тарелке, но Даллас расплывается в улыбке.

Она обмахивается веером, оттягивая воротник платья от шеи.

— Ты меня еще никогда так не заводила.

К тому времени, когда я возвращаюсь, чтобы отнести еду Себу, персонал уже убирает основное блюдо. Остатки тыквенного пирога и лимонного печенья лежат брошенными на подносе для обслуживающего персонала. Оливер исчезает в кладовой, чтобы порыться в настольных играх, а Ромео возвращается с коробкой размером с футбольное поле.

Гигантский подарок с грохотом падает на красное дерево, занимая все свободное место на столе. А на столе много места. Это зрелище само по себе. Завернутый в глянцевую изумрудную бумагу, которая сверкает под теплым светом.

— Открывай. — Даллас взмахивает концом шелковистой золотой ленты, закручивающейся вокруг коробки в идеальные петли. — Это от Ромео. Я вручу тебе свой свадебный подарок в день свадьбы.

— Я не думал, что он пройдет таможню, — объясняет Ромео, который вообще ничего не объясняет.

— Примерно так. — В столовую входит Олли и бросает Фэрроу колоду карт. — Меняем место.

Фэрроу открывает пачку и начинает тасовать карты для игры в румми.

— Это больше не в Науру?

Я не могу не вспомнить свое желание девятнадцать лет назад. О жизни, которая тогда казалась мне невероятной. Яростно преданные друзья. Домашняя еда. Раунды ромми в ленивые праздничные вечера.

Она существует, она прекрасна, и она твоя. Навсегда.

Фрэнки хмурится.

— Но я купила самую милую тропическую одежду.

— А я купил самый милый тропический остров. — Олли занимает место рядом с моим, обхватывая меня за спину. — Он в Карибском море. Там есть хорошая взлетно-посадочная полоса, так что мы все сможем летать частным самолетом.

— Оу. — Даллас сжимает сердце, практически растворяясь в своем кресле. — Для свадебного подарка Брайар?

Вообще-то, для Себастьяна. Если мы хотим, чтобы он был на свадьбе, нам нужно пронести его на место, а если мы хотим пронести его, нам нужно избежать таможни. Единственный способ сделать это включает покупку за 45 миллионов долларов сразу за Виргинскими островами.

Прежде чем кто-то из них успевает задать еще несколько вопросов, я дотягиваюсь до золотого банта и дергаю его.

— Я все равно открою подарок раньше времени.

Как только лента распутывается, боковые стенки коробки падают на стол, открывая нечто гладкое и металлическое. Я понятия не имею, что это. Вероятно, какая-то техника. С длинным гибким шлангом, идущим от резервуара к соплу. Он блестит, как будто кто-то только что его отполировал.

— Это... — Я почесала висок. — О...

— Огнемет, — говорит Ромео, изогнув бровь. — Для твоих кустов. Помнишь?

— Точно. — Я смотрю на чудовищную штуку, убеждення, что заслуживаю визита ФБР и всех остальных агентств из трех букв. — Спасибо.

Оливер наклоняется вперед, чтобы осмотреть его.

— Не это я имел в виду, когда говорил, что буду поддерживать твои увлечения.

— Хочешь демонстрацию? — Ромео добавляет круглый кубик льда в свой виски. — Мы можем сжечь весь утес дотла к закату.

К счастью, на кухню вальсирует Агнес, спасая утес. Она держит на ладони поднос, заваленный сладостями.

— Десерт, дорогая?

— Нет, спасибо. — Я помогаю ей поставить подносы на пол и останавливаюсь, когда она берет маленькую тарелку. — Не думаю, что смогу больше есть. Завтра мы с Оливером едем к Куперам на второй раунд Дня благодарения.

— О, Коннектикут прекрасен в это время года. — Агнес ставит тарелку, которую она зарезервировала, перед Оливером и сжимает его плечо. — Я приготовила это специально для тебя.

Затем она исчезает в тумане из переливающегося жемчуга и винтажного Jean Patou. Оливер молча смотрит на тарелку, пока Фэрроу раздает всем карты. Это сладкие картофельные кексы. Его любимые. О.

Я поворачиваюсь к нему, когда он бормочет что-то почти неразборчивое.

— Она не пекла мне мой любимый десерт уже пятнадцать лет.

Эти слова разбивают мне сердце, но кексы сшивают его обратно.

— Все меняется, Олли. Ты не один. На этот раз... — Я сжимаю его руку под столом, достаточно близко, чтобы слышали только мы. — Если небо упадет, я подниму его для тебя.

Оливер

Месяц спустя

Мой брат - ублюдок.

Садистский, беспринципный тролль во всех смыслах этого слова.

Винтажный бархатный костюм, который он мне купил, сидит на моей заднице, вытягивая пот из пор, о существовании которых я даже не подозревал. Себастьяну удалось убедить мою невесту последовать примеру с нарядами Барби, поэтому я испытываю дискомфорт. Несмотря на то, что на дворе декабрь, на частном острове сейчас тридцять два градуса и очень влажно.

Со своего места на песке я чувствую на себе пристальный взгляд Себа, который впитывает в себя романтику с соседнего маяка. Брайар предложила отложить медовый месяц. Вместо того чтобы мчаться в Сагреш-Пойнт, мы проведем здесь целую неделю, чтобы Себастьян мог насладиться островом ночью, пока все спят. Она всегда учитывает моего брата в наших планах - еще одна причина жениться на этой женщине как можно скорее.

Если не считать свадебной вечеринки, наш крошечный список гостей занимает четыре стула - мама, Мелинда, Констанс Сан и тетя Селеста. Оно и к лучшему, учитывая, насколько вирусным стало мое предложение. К тому же, по крайней мере, все, у кого есть интернет, знают, что Брайар похищена. Маленькие милости.

Скрипач начинает играть «Красавицу и чудовище», давая сигнал свадебной вечеринке маршировать. Фрэнки идет с Хейзел, останавливаясь у самых дальних ступеней алтаря со стороны невесты. Затем Ромео сопровождает Фэрроу, поскольку