Чуть-чуть не считается! - Юлия Климова

Андрей сидел у бутафорского окна с видом на Париж и ждал. Бордово-коричневый декор ресторана как нельзя лучше подходил к настроению. Густой желтый свет лился из ламп, тяжелые деревянные стулья ровно стояли вокруг столов, из угла зала доносились тихие романтические звуки фортепьяно, и от малейшего дуновения подрагивали полупрозрачные занавески. Но, несмотря на таинственно-волнующую атмосферу, «Люмьеръ» очень располагал к деловому разговору. Именно к необычному деловому разговору.

Сделав глоток кофе, Андрей поставил чашку на блюдце, обернулся и увидел ее… Высокая, стройная, длинноногая. Короткая стрижка (волосы цвета горького шоколада лежат в художественном беспорядке), аккуратный носик, большой рот и… обжигающая уверенность в каждом движении. Она идет точно по прямой линии, вздернув подбородок. Юбка скользит вверх при каждом шаге, обнажая коленки, тонкий серо-серебряный свитер с высоким воротником обтягивает грудь… «Лифчика явно нет… наверное, она и не знает, что такое лифчик…»

На фотографиях она была другой… такой же красивой, но другой… Раньше она вообще не воспринималась как реальный человек, который дышит, улыбается, смеется или сердится. Но в реальности… Полина Шурыгина – шикарная девушка, которая пахнет цитрусом, ванилью и соблазном.

– Привет, – она села напротив и дерзко улыбнулась.

– Привет, – ответил Андрей и тоже улыбнулся. Знаменательная встреча! Еще бы! Сейчас ему даже жаль, что он почти все забыл и ее образ на историческом банкете размыт до дымки. Значит, он снимал с ее плеча тонкую бретельку, целовал теплую, наверняка шелковую кожу, касался пальцами губ… Не помнит он этого, не помнит… Хоть доставай газету, смотри в сотый раз на фотографии и вспоминай! – Я рад, что ты пришла, – сразу переходя на «ты», небрежно произнес он. Ну, по крайней мере его жена будет красавицей – это ли не повод утешиться? – Как насчет ужина?

– Только кофе.

Андрей подозвал официанта, сделал заказ и вновь посмотрел на Полину. Недовольство по поводу необходимости вступить в брак окончательно исчезло, теперь это, как ни странно, казалось увлекательным приключением. Во-первых, всегда можно развестись (через полгодика, когда Шурыгин успокоится), во-вторых, Полина хороша… удивительно хороша, и пожить рядом с ней будет м-м-м… неплохо, в-третьих, почему бы не побыть зятем короля алкоголя, в-четвертых тоже чего-нибудь найдется, если хорошенько подумать. Черт, а это отличная авантюра (да, именно так нужно относиться к ситуации!.. когда выхода нет…), и если мисс «Самая лучшая попка сезона» согласится на его условия, то впереди – вполне сносная жизнь, пропитанная адреналином.

На встречу Полина собралась быстро, особо не задумываясь, что надеть, но тем не менее сняла с вешалки любимую юбку и свитер. Немного поколдовала над укладкой волос, добавила пару штрихов косметики и крутанулась перед зеркалом, ловя удовлетворенно-восхищенный взгляд Кати. Да, пусть Стрельцов обалдеет, смутится и даже захочет ее – пусть! Ему ничего не светит, и это весьма приятно. Интересно, зачем он позвонил? Уверен в своем грандиозном обаянии? О! Она и не таких видала, и не такие бросали к ее ногам роскошные букеты роз, свое отчаяние и даже душу. Она вовсе не маленькая девочка, которую можно поймать на внешность. Блондин! Голубоглазый! С голливудской улыбкой! «Ха! Я вас умоляю!»

– Так откуда у тебя мой номер телефона?

– От твоего отца.

– Что? – Пожалуй, ему удалось ее удивить. Папочка встречался с ним… но зачем? Наверное, хотел прибить, но почему тогда Андрей Стрельцов не только жив, но еще и улыбается до ушей?

– Петр Петрович очень интересный человек, и методы борьбы с… врагами у него тоже своеобразные. Как ты понимаешь, ему не понравились фотографии в газете и он посчитал своим долгом найти меня и прижать к стенке. – Андрей подождал, пока официант поставит перед Полиной чашку с капучино, и продолжил: – Но уверен, ты никогда не догадаешься, что именно он потребовал.

– А кем ты работаешь?

– Мне принадлежит фирма «Чивас» – оптовая торговля алкоголем, и клуб «Гангстер».

– Алкоголь? Ну, тогда все понятно, – пожала плечами Полина. – Скорее всего, он объявил тебе мат и скинул с шахматной доски.

– Нет, пока только объявил шах…