Чуть-чуть не считается! - Юлия Климова

«Полина, вставай, уже семь часов…»

День начался точно так же, как и предыдущий, правда, удалось подняться в восемь. И причесаться, и накраситься – бодренькое получилось утро. Ольга донимала не слишком сильно, папочка был спокоен, а творожная запеканка, оставшаяся с вечера, показалась волшебной. Вполне приемлемая новая жизнь, и если почаще заниматься самовнушением, то можно и поверить в это.

В «Анни» Полина отправилась в приподнятом настроении, напевая веселый мотив.

– Вы рано, – улыбнулась Леночка и с отрешенным выражением лица свернула в косметический кабинет.

«Влюбилась, – поставила диагноз Полина и тут же взмолилась: – Нет-нет, только не сейчас, пожалуйста, только не сейчас…»

Выпив кофе, она прогулялась по салону, прикидывая предстоящий фронт работ.

Подсобка заставлена оборудованием, которое так и не нашло применения, значит, необходимо выяснить, для чего нужны эти агрегаты и не отправить ли их обратно в магазин? Хотя, наверное, не возьмут… Ничего, можно еще куда-нибудь пристроить или все же применить по назначению.

Куча мазей-грязей – просрочена. Позор… и наверняка этими коробочками и баночками продолжают пользоваться…

Журналы для клиентов чуть ли не прошлогодние.

С каталогами та же ерунда.

Полнейшая бесхозяйственность… Полина вздохнула и вернулась в свой кабинет. Не получится чуть-чуть поучаствовать, немного поправить дела, много заработать и взять очередной годовой отпуск. Не получится.

– Ну и не надо, – бросила Полина и, подняв руки, сладко потянулась. – Ну и не надо, проживу как-нибудь.

– А-а-а!!! – донесся из зала визг. – Бу-бух!!! Бу-бух!!! – добавился к этому глухой грохот.

Дверь распахнулась, и Полина увидела на пороге плотную даму в чопорной английской шляпке. Остальное облачение разгневанной женщины, наоборот, было весьма фривольным и кричало об отсутствии у хозяйки вкуса. Короткая клетчатая юбка, открывающая пухлые ножки, короткий бирюзовый свитер крупной вязки, напоминающий дырявую кольчугу, бело-черный пятнистый полушубок нараспашку и красный шарф с лохматыми кисточками. Возраст дамы не поддавался определению, ей могло быть как тридцать, так и сорок лет.

– И не думайте, что вы от меня так просто отделаетесь! – Она рухнула на стул и шмякнула на стол сумку-кошелек. Неприятно запахло валокордином.

В дверях показалась Леночка. Она пожала плечами, покусала губы и бочком переместилась к шкафу-пеналу.

Раньше Полине не случалось сталкиваться с разгневанными клиентками, было несколько инцидентов, но столь незначительных, что в памяти они не остались. Никто никогда не орал и не громил салон, а тут… интересно, кто так насолил клиентке и в чем, собственно, дело? Плохой маникюр? Некачественный спа-массаж? Эпиляция на грани нервного срыва?

– Здравствуйте, – четко произнесла Полина, надеясь разом сбить спесь с «чопорной шляпки» и заодно прекратить истерику. – Шурыгина Полина Петровна – владелица салона, какие у вас претензии?

– А меня зовут Валерия Викторовна. – Дама сняла шляпку и положила ее на колени. Ее пережженные бело-желтые волосы тут же встали дыбом.

«У-у-у, – подумала Полина, – это кто же тебя так, милая… у-у-у, уволю к чертовой матери…»

– Ваши претензии мне понятны, – кивнула она, – и мы, конечно, все исправим, я приношу свои извинения.

Получилось очень искренне, ну нельзя же человека так… м-м-м… портить.

– Что вы! – Валерия Викторовна стукнула кулаком по столу. – Я еще не начала высказывать свои претензии! Я знаю, мне мама рассказывала, что раньше этим занимался комсомол и партком, а я, значит, к вам пришла. Требую разобраться и вернуть мужа в семью! – Она еще раз стукнула кулаком, подтверждая серьезность намерений.

Полина с надеждой посмотрела на Леночку. Клиентка с тяжелым психическим расстройством? О каком комсомоле вообще идет речь?

Но ее заместитель молчала, как партизан.

– Какие претензии к нашему салону? – терпеливо поинтересовалась Полина у Валерии Викторовны. – Вам не нравится прическа? Плохо покрасили?

– Что вы, у меня специальная длительная укладка! Хотя вам не понять, такого в вашем салоне не делают! Потому что у вас работают… мерзкие ехидны! Верните мужа, я сказала! – Она подскочила и гневно посмотрела на Леночку. Шляпка упала на пол и колесом покатилась в сторону. – Она, – Валерия Викторовна вытянула руку и ткнула пальцем в ненавистную особу, – она любовница моего Павлика!

«Когда только успела… – подумала Полина, – ведь еще вчера ходила совершенно нормальная… это болезнь… это болезнь… как алкоголизм…»

– Лена, что произошло?

Леночке хватило пяти минут на то, чтобы пережить шок, потому что она вдруг выпрямилась, откинула с глаз кудрявую челку, одернула жакет и без волнения и даже с гордостью сообщила:

– Павлик любит меня, и я его не отдам.

«Трындец», – подумала Полина.

– И я требую не только возвращения мужа, – вдруг перейдя на спокойный тон, опускаясь обратно на стул, произнесла Валерия Викторовна, – но еще хочу пройти основательный курс омоложения в вашем салоне, бесплатно, разумеется, и пусть змея эта… – она вновь ткнула пальцем в разлучницу, – мне лично педикюр делает.

– А бамбуковыми палочками по пяткам не пройтись? – поинтересовалась Леночка.

Затягивать удивительный бред Полина не собиралась – вот только этого ей не хватало! Пошли все вон и не мешайте думать! О-о-о, как же тяжело работать…

– Значит, так, – строго сказала она, – жизнь – штука сложная, и вы прекрасно об этом знаете. Все с неба никогда не падает. Поэтому выбирайте: или муж, или бесплатный трехмесячный абонемент на спа-процедуры. Я бы на вашем месте выбрала абонемент, потому что наш массажист из вас сделает такую красавицу, что вам захочется другого мужа – покруче. Ну, как?