Время для наград - Татьяна Алюшина

От греха.

— Завтра, может, послезавтра, как дела сложатся, я позвоню, и мы встретимся. И прошу тебя еще раз, не придумывай себе страшилок и телефон не отключай. Ладно?

— Ладно. А что у тебя за дела такие в Крыму? — грустной Аленушкой поинтересовалась Наталья.

— Так, бизнес, ничего особенного, контракт на установку охранных систем. В Крыму такого уровня систем нет, вот мы и будем ставить.

— Неубедительно. Здесь же президентская резиденция, уж у них-то системы любые есть.

Антон, в который раз, удивился ее проницательности. Он так ее хотел, что все время забывал, какая она умненькая. Хотя, не будь она такой, вряд ли бы так хотел. Черт! Совсем запутался!

— Ну у президента есть, а для частных лиц либо в Киеве, либо в Москве. Наш клиент частное лицо, сам из Москвы, ему так удобней.

Они поговорили о работе и его, и ее, допили вино, все время пересиливая себя, чтобы не кинуться целоваться.

Обнаружилось, что совсем скоро поезд прибудет, и они заспешили собираться. Вот уже и вокзал Симферополя, все собрано, пора выходить.

И в последние минуты они вдруг бросились в объятия друг к другу, совершенно бездумно, сильно прижимаясь, цепляясь, постанывая, гладя, как будто прощались навсегда!

Антон наконец нашел в себе силы, чтобы оторваться от нее, отстранился, потом опять прижал к себе, потерся подбородком о макушку.

— Ну все, все, девочка! — И отодвинул ее окончательно, придерживая рукой. — Все будет хорошо! И не вздумай выключить телефон. Роуминг у тебя оплачен?

— Конечно, оплачен. Не отключу. Вон меня встречают. — Она показала в окно, на перрон, где стояла Вета с детьми, высматривая ее на выходе.

— Пошли. — Антон подхватил ее и свои сумки.

На улице была жара, вовсю шпарило солнце.

Как только Наталья вышла из вагона, на ней повисли Сашка с Машкой, через их головы Вета пыталась дотянуться до нее и поцеловать. Все говорили одновременно, смеялись. Конечно, дети что-то рассказывали — как доехали, где стоит машина, как чуть не опоздали из-за Димки, который спрятался, и его все искали, а нашли в шкафу, и ведь умудрился дверцу закрыть! Как все хохотали, потом спохватились, и пришлось очень быстро ехать по трассе, чуть не опоздали.

«Слава богу! — подумала Наталья. — А то бы наблюдали «прощание славянки» в окно, от Ветки ни за что не отвертеться, пришлось бы рассказывать. А что рассказывать?»

Все это время она не выпускала из поля зрения Антона.

Его встречал толстенький бодрячок, одетый в легкий летний костюм. Он что-то без умолку говорил, забрал у Антона вещи, пухлой ручкой махнул в сторону выхода, пошел вперед, остановился, когда Антон ему что-то сказал.

Она с замиранием сердца увидела, что он идет к ним. И перепугалась: что он скажет, как поведет себя, еще полезет с прощальным поцелуем.

— Здравствуйте, я Антон Александрович, попутчик Натальи Александровны. Мы с ней очень подружились. А вы, как я понял, Светлана Александровна, а это Александр и Мария. Она о вас рассказывала, — тоном светского тусовщика представился Ринков.

— Надеюсь, не семейные тайны? Мама ей этого не простит! — тут же подхватила Вета, глаза у нее загорелись от любопытства.

— Нет, об этом она пока умолчала. Я надеюсь, мы все еще увидимся. До свидания. Счастливо доехать, — попрощался он со всеми.

— До свидания, Антон Александрович, и вам тоже счастливо, — ответила Наталья.

Ну все, теперь ее Ветка живой не отпустит! «Спасибо, Антоша!»

Он слегка наклонил голову, прощаясь, и пошел вперед.

— Что за музчина? — через «з», с явной издевкой спросила Вета. — А походочка у него отпад!

Он действительно очень красиво двигался. При таком мощном теле походка была на удивление легкой, стремительной.

— Отстань, Ветка, тебе же сказано — попутчик. Поехали, я есть хочу, к маме хочу, и Димка там!

— Да, да. Дети! Взяли сумочки и понесли!

Вета все время что-то цитировала из фильмов: афоризмы забавные, присказки.

Это у нее Наталья переняла любовь к цитатам, с детства, когда еще была совсем маленькая и старалась подражать старшей сестре. Вета что-нибудь цитировала, а потом, чтобы объяснить Нате, что и откуда, рассказывала весь фильм. Став постарше, Ната и сама запоминала интересные высказывания из кино — ей хотелось перещеголять Вету.

Перещеголять не удалось: у Веты была прекрасная память, а привычка сыпать любимыми фразами закрепилась навсегда.

Они сидели вчетвером в кафе на набережной, естественно с Машей и Сашей — куда ж без них, хотя было около девяти вечера.

«Мы другое поколение, — поясняла Маша. — И будем везде ходить с вами, нам с вами интереснее, мы же не будем употреблять спиртные напитки».

Никто и не спорил.

Вета была мудрой матерью на отдыхе, глупостями типа «у детей режим» голову ни себе, ни им не забивала. Когда учеба, они его и сами соблюдают, так как загружены, помимо школы, выше крыши.

Ребята у них замечательные: умные, веселые, юморные, легкие. И ужасы подросткового периода — сплюнуть три раза, чтоб не сглазить! — обошли их семью, что со старшим Иваном, что с младшими. Им было хорошо вместе — собираясь большой семьей, все время хохотали, хохмили, разыгрывали друг друга. Заводилами были Ната и Вета, а вся семья за ними подтягивалась.

Вот и сейчас они сидели за столиком вчетвером, дети ели какие-то сложные десерты из мороженого, а Вета с Натой потягивали легкое сухое вино. Машка изображала в лицах диалог со своим одноклассником, тайно в нее влюбленным, Сашка добавлял комментарии, а Вета с Натой хохотали до слез.

Конечно, Вета с мамой у нее все выпытали. Ну естественно! В первый же вечер.

Уже когда закончилось застолье, немного притупилась радость первой встречи, рассказаны были все главные новости, ушли родственники и друзья, перемыли посуду. От Натальи наконец оторвали Димку, который тетку обожал и весь вечер висел на ней, и уложили спать. Дети убежали во двор, к своей компании — догуливать. Они уселись с Ветой на кухне, пили чай, рассказывая то, что можно рассказать только друг другу.

— Так, что это был за мужик, у поезда, я что-то не поняла? — как кошка перед атакой на мышку, «мягко» поинтересовалась сестра.

«А я думала, пронесет!» — безнадежно вздохнула Ната и стала что-то лепетать о попутчике, неразберихе с билетами в СВ. Но у Веты хватка будь здоров! И Наталья сдалась.

В середине рассказа на кухню подтянулась мама, которая, по обыкновению, все слышала из своей комнаты и пришла поддержать разговор и оказать посильную моральную поддержку младшенькой.

Мама у них с Веткой бесконечно добрая и очень мудрая.

У нее была такая тяжелая, страшная жизнь, что хватило бы не на один роман. Но, несмотря на все трудности, всю жизнь она оставалась веселой и жизнерадостной. Вокруг нее всегда были люди, к ней тянулись, как к солнышку.