Смерть в наследство - Татьяна Алюшина

— Я подумаю.

И, зная, что сейчас последует, попросив мысленно прощения у Милки за обман, воплотила в жизнь план побега от ее вопросов.

— Ой, Милка, что-то мне плохо, голова сильно заболела. Мне срочно надо домой.

— Пошли, Никочка, я тебя отвезу! — засуетилась Милка. — Ты даже позеленела вся!

— Нет, я лучше на метро — из центра в центр, всего три остановки, а на машине мы час в пробках простоим.

— Ты опять права! Ну давай, хоть до метро довезу!

— Тишина, метро в пяти метрах. А ты лучше иди, ищи в себе дизайнера, а вдруг найдешь?

— Думаю, вряд ли, — вздохнула Милка.

— Спасибо тебе большое за помощь! Кстати, а что это за телефон Костик написал? — Она указала на визитку.

— Ой, я забыла, Костик предупредил, что по этому номеру можно звонить только в крайнем случае. Я его так уговаривала, придумала крутого мужа с неприятностями у своей начальницы.

— Спасибо. Мила, ты никому не рассказывай про наш разговор, если расспрашивать начнут, придумай что-нибудь.

— Кто начнет? — не поняла Милка.

— Не знаю, какие-нибудь люди, незнакомые тебе.

— Былинская, ты с ума сошла! Что у тебя происходит?! Немедленно признавайся! — перепугалась вдруг всерьез Милочка Тишина.

— Я же сказала, что пока и сама не знаю.

— Ника. — Милка ухватила ее за руку и придвинулась поближе. — Поживи пока у меня или вон у Костика, за городом, тебе не надо одной оставаться!

— Спасибо, Мила, но в этом нет необходимости.

— Ладно, иди, «интеллигентная пуговица», но я буду все время тебе звонить! — припугнула Милка.

Пока Ника добиралась домой, она уже продумала план дальнейших действий.

Сергей Викторович Кнуров пребывал в полном блаженстве, близком к нирване.

После жаркой баньки, в которой они с мужиками провели неспешные два часа, потягивая горьковатый морс, приготовленный Диной, Мишкиной женой, облаченный в теплый банный халат, он, в компании самых близких друзей, сидел на плетеном диване, находящемся на веранде дома четы Ринковых.

— По-моему, пора заняться шашлыком? — прервал общее умиротворенное молчание Антон.

— Шашлычок сейчас, да под водочку, в самый раз! — поддержал дельное предложение Мишка.

Стол накрыли на летней террасе, солнышко припекало, и только легкий прохладный ветерок напоминал, что все-таки еще не лето.

Жарить шашлык Антон не доверял никому, поэтому, передав жене в руки дочку Машку, стоял у мангала. Ната тут же перекинула Машку Сергею и включилась в суету накрывания стола. Маша и Саша были годовалыми близнецами семьи Ринковых, радовавшими родителей и близких необыкновенной сообразительностью, жизнерадостностью, почти полным отсутствием капризности.

Мария, будучи барышней энергичной и общительной сверх какой бы то ни было меры, с таким бездарным времяпровождением, как спокойное сидение на руках, была категорически не согласна, и посему господину Кнурову пришлось попотеть, поспевая за ней, стремительным ползком передвигающейся по всей террасе. Ее брат Саша, куда более спокойный парень, занимался настоящим серьезным мужским делом — сидя в манеже, который поставили здесь же, на террасе, сосредоточенно сопел, разбирая на запчасти большую пластмассовую машинку.

Пришла Дина и усадила к Саше в манеж Ивана, их с Михаилом сына.

— Они мальчишки спокойные, деловые, это не Машка шалопутная, с полчаса тихо посидят, пока машинку не разберут, потом начнут характер показывать, — сказала она Сергею, явно забавляясь его вынужденной ролью няньки.

Промычав что-то невразумительное, Кнуров, стоя на коленях, вылавливал за ногу Машку под столом. Машка хохотала, хрюкала от удовольствия и брыкалась.

Еще бы — так весело!

Она уже успела перепачкать свой желтый комбинезон, потерять ботиночек и схватить огурец со стола к тому моменту, когда Сергей, наконец выковыряв дитя из-под стола, поднял на руки.

— У этого ребенка генератор тока внутри? — ворчал вконец запарившийся Кнуров.

— Хуже, врожденное любопытство и море энергии, — веселилась, глядя на него, Наталья, она же счастливая мать энергичного чада.

— Ната, не мучай Матерого, выпусти ее на траву. Пусть гуляет, — предложил Антон, не отрываясь от шкварчащего шашлыка, мангал с которым установили рядом с террасой.

— Она будет тянуть в рот всякую гадость!

— В нашей траве нет гадости, — успокоил ее Антон.

— Машка найдет! — рассмеялась Ната. — Ничего, Сереж, потерпи, им всем уже пора спать, минут через пятнадцать Машка точно уснет и Амалия Леопольдовна их всех заберет в дом.

— А где сейчас эта няня? — понемногу сатанея, спросил Сергей, ловко перехватив Машку, собравшуюся сделать кульбит головой вниз.

— Она занята, у нее дневной чай, — сделав серьезное лицо, ответила Ната. — Чай по расписанию, когда дети спят, сегодня дети не легли вовремя, но чай пострадать от этого не может.

Машка уснула, когда все сели за стол, разлили в рюмки ледяную водочку, и Антон принес первую порцию горячего, издающего дурманящий запах шашлыка.

— Давай я ее отнесу в дом, — предложила Ната.

Он не успел ответить, у него в кармане куртки зазвонил сотовый. Сергей торопливо стал его доставать, испугавшись, что Маша проснется.

— Не волнуйся, — успокоил его Антон, — ее теперь даже артобстрел не разбудит.

Сергей кивнул и нажал кнопку ответа:

— Да, Кнуров! — ну очень, очень недовольно представился.

— Здравствуйте. Меня зовут Вероника Былинская. Ваш телефон мне дал Константин Тишин, он сказал, что вы специалист и можете помочь.

Сергей сразу вспомнил Костика Тишина — дельный мужик, не истерик, с ним приятно было иметь дело, и проблема у него оказалась непростой тогда. Кстати, Костик определенно знал, что это экстренный номер, все звонки делались в офис или на другой мобильный, который Сергей специально выключил и оставил в машине.

— Константин знает, что вы звоните мне по этому номеру? — спросил он холодно, желая отделаться от звонившей как можно скорее.

Она промолчала.

Эта Вероника Былинская вообще разговаривала интересно, странно и необычно — тщательно выговаривая слова, с каким-то легким придыханием, делая паузы, как будто обдумывала каждое слово, и тембр голоса у нее был необыкновенный, Сергей никак не мог подобрать определения.

— Нет, он не знает, что я вам звоню.

— Откуда вы знаете Константина?

— Он родной брат моей подруги. — Она помолчала. — Я попросила ее взять у Костика ваши координаты, сказав, что они нужны для ее начальницы.

— Значит, вы с подругой его обманули?