Невольница любви - Мэхелия Айзекс

Звонить, конечно, может и Эрмина, но Джун не могла представить, чтобы сестра стала тратиться на международный звонок в первой половине дня, когда действуют самые высокие тарифы.

Оставался только Анри ле Брени, а с ним Джун разговаривать не хотела. После вчерашнего она искренне надеялась, что больше не столкнется с этим человеком, и даже мысль о том, что он станет по-прежнему преследовать ее, наполняла Джун ужасом и отвращением.

Поставив пакеты с провизией на кухонный стол, Джун принялась выкладывать покупки в холодильник. Она купила телятину и нежнейшую ветчину, а также сыр, овощи и все необходимые ингредиенты для салата. К немалому ее облегчению, телефон вскоре смолк, и Джун, убрав свежий хлеб в контейнер, вышла на балкон.

Солнце поднялось уже высоко, и чугунные перила обжигали тонкие пальцы. Джун почти готова была увидеть на улице темно-зеленый кабриолет, но вокруг не было ни души. Это еще ничего не значит, сказала она себе. Анри может звонить откуда угодно.

Джун тяжело вздохнула. В походе по магазинам она почти сумела убедить себя, что изрядно преувеличила значение вчерашних событий. Господи, да Анри всего лишь поцеловал ее! Он даже не пытался пойти дальше.., а все, что он наговорил о своих отношениях с Синтией, тоже легко объясняется: хотел запудрить мозги ей, Джун. Не слишком красиво с его стороны, да ей-то какое дело?

Если Синтия готова связать свою судьбу с гулякой и сердцеедом — на здоровье.

Увы, теперь все эти здравые мысли улетучились без следа. Телефонный звонок напомнил Джун, что здесь, в Сен-Рафаэле, ей от Анри не укрыться. Нельзя же вообще не подходить к телефону! Или можно? Джун угрюмо усмехнулась.

Как бы то ни было, принимать решение нужно до того, как вернется Синтия.

Послеобеденное время она посвятила чтению.

Джун привезла с собой несколько романов, и, хотя до сих пор особого настроения читать у нее не было, сегодня ей отчаянно захотелось на время унестись в мир грез и чужой, придуманной жизни.

Когда вернулась Синтия, Джун дремала в бамбуковом шезлонге на балконе. Услышав шаги, она испуганно встрепенулась и вскочила.

— Господи, неужели уже вечер?!

Синтия покачала головой и растянулась на соседнем шезлонге.

— Успокойся, только половина пятого.

Джун сразу заметила, что подруга возбуждена, и это помешало ей последовать совету и успокоиться. Наоборот — она вспомнила, что так ничего и не успела решить.

— Я думала, что не застану тебя так рано, — продолжала Синтия. — Значит, ты не ездила в Ниццу?

— Э-э.., нет, не ездила. — Джун надеялась, что ее румянец Синтия припишет чересчур яркому солнцу. — Я вообще не выходила из дому, разве что ненадолго. Было так жарко…

Синтия нахмурилась.

— То есть как, совсем не выходила?

— Только за покупками, — пояснила Джун.

— Но я звонила тебе, и никто не ответил.

— Так это была ты! — Джун ощутила облегчение и одновременно злость. Ну что ей стоило снять трубку! — Я слышала звонок, когда возвращалась из магазина, но…

— Но не успела добежать до телефона. Ясно.

Слушай… — Синтия умолкла, крепко обхватив себя руками за плечи. Этот жест всегда был у нее признаком величайшего волнения. — У меня есть для тебя одна новость. Совершенно невероятная. Представляешь, Анри пригласил нас обеих на уик-энд к себе!

Только не это! — ужаснулась Джун.

— Ты.., ты имеешь в виду — на виллу ле Брени? — слабым голосом уточнила она, стараясь не выдать своего замешательства. Опять Анри сумел перехитрить ее!

— Ну да, — подтвердила Синтия, которая слишком была поглощена собственными эмоциями, чтобы обращать внимание на волнения подруги. — Я-то была уверена, что после прошлого уик-энда и всех фокусов старой карги мне туда дорожка заказана.., но Анри сказал, что я слишком близко приняла все к сердцу и что графиня ждет нас с нетерпением. — Она лукаво покосилась на Джун. — Нас обеих, представляешь?

Может быть, этим приглашением я обязана тебе?

Джун остолбенела.

— Я не думаю, что…

— Да я тоже так не думаю, глупышка! — нетерпеливо прервала Синтия. — Просто я пошутила. Тебя явно пригласили потому, что ты моя гостья. Вот и все.

— Тогда я не поеду.

— Нет, поедешь! — Синтия взглянула на нее почти с мольбой. — Ну пожалуйста, Джун! Пригласили нас обеих и я ни за что на свете не хочу опять разозлить старуху!

Джун обреченно вздохнула, понимая, что теперь ее отъезд откладывается надолго. Нет, но каков Анри! У меня и впрямь нет никакого опыта в общении с мужчинами. Я-то ждала, что он станет поджидать меня на улице или изводить телефонными звонками! Экая наивность! Вместо того чтобы дожидаться от меня очередного отказа, Анри взял да и обошел меня, использовав Синтию.

Отвертеться от визита никак нельзя — разве что напрямую высказать Синтии, что я думаю о Анри и о его приглашении. Какой же он негодяй и наглец, как безмерно уверен в себе! И как жаль, что Синтия беременна, — ведь я просто не решусь сказать ей правду…

— Ты ведь поедешь, правда? — взмолилась Синтия. — Вот увидишь, тебе там понравится! Окрестности — просто чудо, а дом — настоящий дворец!

Кто знает, может, ты сумеешь замолвить за меня словечко перед старой графиней…

Джун подавила тяжкий стон.

— Ох, Синтия…

— Будем считать, что ты согласилась! — ликующе объявила подруга. — Ох, я просто жду не дождусь! Целый уик-энд с Анри — чудесный сюрприз!

Смотря для кого, мрачно подумала Джун. А может быть, я все же ошибаюсь? Неужели я заразилась самоуверенностью Анри и сочла, что эта поездка — интрига, устроенная исключительно ради меня?

Джун стиснула кулаки с такой силой, что ногти впились в мякоть ладоней. Так или иначе, а она узнает правду.