Подкова на счастье - Элис Детли

— Ничего, если я войду?

— Конечно, проходи. — Эльвира заметила боль, промелькнувшую в его глазах, но не поняла ее причины.

— Папа, Эльвирита говорит, что ребенок пинается! — сообщил ему Марко.

— Это всегда так бывает.

— И я тоже так делал?

— Конечно.

Леонардо поставил поднос на тумбочку. Он не предвидел, что его любознательный сын так заинтересуется беременностью Эльвиры.

— Твоя мама говорила, что ты станешь звездой футбола, когда появишься на свет.

— Эльвира то же самое сказала о своем ребенке!

Блестящие черные глаза Леонардо встретились с ее глазами.

— Правда? — спокойно спросил он и, взяв в руки кофейник, начал разливать кофе.

Эльвире стало не по себе. Ей захотелось встать с кровати и привести себя в порядок, или сделать еще что-нибудь, чтобы обрести душевное равновесие. Она взяла с подноса чашку.

— Спасибо.

Леонардо вгляделся в ее лицо, но не увидел ничего необычного.

— Хорошо спала?

— Угу.

На самом деле, когда после ночного разговора они разошлись по комнатам, она еще долго слышала его беспокойные шаги за стеной, пока не заснула.

Марко посмотрел на отца.

— А куда мы сегодня пойдем, папочка?

— Эльвире нужно к врачу.

— Нет, не нужно! — возразила она.

— А я говорю, что нужно.

— Но я была на осмотре неделю назад! — воскликнула Эльвира.

— Тебе нужен опытный врач, который будет тебя наблюдать. Я знаю такого, мы друзья, а кроме того, это наш соотечественник. — Леонардо бросил сахар в свой кофе. — Он лучший врач в округе! Я уже с ним беседовал. — Заметив недовольное выражение на ее лице, он с улыбкой повернулся к сыну. — Принеси Эльвире печенья, ладно, Марко? Беременные женщины должны хорошо кушать.

Как только мальчик убежал на кухню, Эльвира поставила свою чашку и недовольным взглядом посмотрела на Леонардо.

— Я не нуждаюсь в твоей помощи и могу сама позаботиться о себе!

— Охотно верю. Но почему бы хоть немного не облегчить себе жизнь? — насмешливо спросил он. — К тому же ты можешь поговорить с ним по-испански.

— Но я отлично владею английским! — парировала Эльвира.

В его черных глазах заплясали озорные искорки.

— Я знаю. И тем не менее не успокоюсь, пока тебя не осмотрит опытный специалист.

— Ты считаешь меня дурочкой! Какого бы врача я ни выбрала, это мое дело, Леонардо, а не твое.

— Ага. — Он сверкнул глазами. — Но теперь это стало и моим делом.

— Ты сам все это подстроил! Мой отец просил лишь навестить меня, и больше ничего, а ты настоял, чтобы я переехала в этот дом.

— А ты согласилась, так что теперь я буду тебя опекать. И не сопротивляйся, Эльвирита, — спокойно произнес Леонардо. — Я несу ответственность за твое моральное и физическое состояние, и это автоматически дает мне некоторые права.

— Что?! — Эльвира недоуменно уставилась на него, и от волнения у нее засосало под ложечкой. — Какие права?

— Ну, например, я должен быть уверен, что ты хорошо питаешься и достаточно отдыхаешь. Кстати, свежий воздух и несложные физические упражнения тебе тоже не повредят.

Не схожу ли я с ума? — мысленно спросила себя Эльвира. В голосе Леонардо ей отчетливо слышалось желание, а взгляд, казалось, только подтверждал это предположение. Однако Эльвира напомнила себе, что мало знает о мужчинах вообще, а о таком, как Леонардо Ортис, в частности.

Отпив кофе, он продолжил:

— А теперь, дорогая, поговорим насчет детских вещей.

Эльвира озадаченно посмотрела на него.

— Каких детских вещей?

— У тебя ведь ничего не приготовлено? Ни детская кроватка, ни коляска, ни даже подгузники. А маленьким детям еще нужны игрушки.

Она покачала головой.

— Нет, им нужна только семья и забота, — мечтательно возразила она. — Все остальное лишь дополнение.

— Спустись на землю, Эльвира, — сухо посоветовал Леонардо. — А где же они, по-твоему, спят? Или ты просто не хочешь ходить по магазинам?

— Дети могут спать и в ящике комода!

— Неужели? — воскликнул Марко, появляясь в дверях с тарелкой печенья.

— Конечно! — Эльвира взяла печенье и с воодушевлением продолжила: — Когда люди жили в пещерах, разве у них были специальные колыбельки для детей?

— Когда люди жили в пещерах, слово мужчины считалось законом, — веско произнес Леонардо. — А в этом доме мужчина — я, поэтому мы сегодня же отправимся по магазинам и купим все необходимое.

— А мы зайдем в отдел игрушек, папа? — с энтузиазмом спросил Марко.

— Если Эльвира не слишком устанет. — Леонардо забрал у нее пустую чашку и, нахмурившись, спросил: — А как, интересно, ты планировала все обустроить там, где жила? Неужели действительно собиралась пользоваться ящиком в качестве кроватки?

— Конечно нет. — Эльвира подождала, пока малыш перестанет толкаться, а потом пояснила: — Миссис Рассел сказала, что я могу воспользоваться старыми вещами близнецов, которые хранятся у нее в гараже. Она сказала, что их можно отмыть!

— Как это мило с ее стороны, — мрачно отозвался Леонардо. — Ну ладно, советую тебе принять душ и одеться. — Он посмотрел на свои наручные часы. — Врач ждет тебя в полдень.

С ним просто невозможно спорить, думала Эльвира, стоя под душем в роскошной ванной, примыкавшей к ее спальне. Она с удовольствием вымыла голову, вытерлась и, тяжело ступая, прошла в комнату, где натянула свое бесформенное платье.

Она купила два таких, не желая да и не имея возможности тратиться на вещи, которые никогда больше не будет носить. Это ей даже по-своему нравилось, потому что его веселенький желтый цвет шел к ее смуглой коже и темным волосам.

В последний месяц беременности она стала делать все гораздо медленнее. Сев за туалетный столик, Эльвира взяла расческу. Хватит ли ей сил, чтобы высушить и расчесать свои длинные густые волосы?

Почувствовав на себе чей-то взгляд, она повернулась и увидела в проеме открытой двери Леонардо. Эльвира невольно отметила, как прекрасно сидят на нем темные брюки, но тут же одернула себя. Как можно сейчас думать о ногах Леонардо?

— Хочешь, я тебе помогу? — предложил он.

— Высушить волосы?

— Конечно. — Он подошел и взял у нее расческу. — Расслабься.

Как она могла расслабиться, когда всем телом ощущала его близость, а черные глаза насмешливо смотрели на нее из зеркала?

Но вскоре успокаивающие движения расчески по волосам словно ввели ее в транс. Она подняла затуманенные глаза и снова столкнулась с проницательным взглядом Леонардо.