Папина дочка - Виктория Романова

— Да чтоб я этих придурков больше никогда в жизни не видела!

Бормотала я, думая о Кате с Артёмом, пока добивала свой ноутбук туфлями на каблуках. Каблуком буквально пробила экран ноутбука. Правда, и туфли испортила. После того, как не смогла вытащить каблук из ноутбука, снова разозлилась. Кинула в стену лампу и продолжала крушить комнату. Туфля упокоилась с миром в ноутбуке, пришлось снять обувь.

Больше никаких Кать, к черту её! И её я считала своим другом? Даже не другом, лучшей подругой! Я то думала мы друг за друга горой. Да у нас столько компромата друг на друга было, что даже представить страшно. И вот она меня предала. И она туда же! С этими мыслями — запустила второй туфлей, которую сняла с себя, в зеркало. Попала, а оно разбилось. Да плевать. Зато мне полегчало.

Надела тапочки, а потом прошлась по комнате. Слишком нервно расхаживала из стороны в сторону, пока не ударилась об шкаф. Ударила и его, но тут больше повредила руку. Не знаю почему, но я подошла сзади и толкнула его. Когда вывалилась вся одежда, я поняла, что это не мой шкаф. Дешевые шмотки моей соседки вылетели из приоткрытых дверей шкафа, которые проломились, ударившись об спинку кровати.

Так, остановись, кажется, ты переборщила.

— Ты что натворила, неадекватная? — завизжала соседка.

Что? пришлось повернуться, чтобы увидеть соседку. Черт, а как её зовут-то, на самом деле? Я огляделась. Разбитое зеркало, куча осколков, переломанный надвое ноутбук с туфлей в экране, лампа с разбитой лампочкой и, конечно же, практически перевернутый шкаф с поломанными дверцами. Оу…

— Кажется, я перестаралась.

— Перестаралась? — визжала она, — Да ты сумасшедшая! Ты что с комнатой сделала?

— Да ладно, уберешь…

— Уберешь?! — визжала она, — Это ты всё это натворила! Какого черта убирать я должна?

Я нахмурилась. Чего-чего? Она хочет, чтобы я ещё и убиралась.

— Погоди, — прошептала она, почти шепотом, — Это что, мой шкаф?!

Она подбежала к шкафу и подняла с пола несколько своих тряпок, складывая их на кровать.

— Так, я с тобой даже разговаривать не буду! — заявила она, резко поднимаясь, — Я пошла к коменданту.

Она сдержала своё слово и куда-то ушла. Ну и черт с ней. Блин, ноутбук бы купить. Когда там папа снова деньги пришлет? Надеюсь, на этот раз сумма будет адекватной. Стресс лучше всего снимать с помощью покупок. Например, мне нужны новые туфли, вместо тех, что я похоронила в ноутбуке. Так, я же сегодня ещё не ела! Нужно срочно сходить и поесть, вот только…когда отец пришлет мне деньги? Что за ерунда? Ладно, пока что потерплю, всё равно после этой сцены у меня аппетита нет, а от мыслей о Артеме и Кати меня вообще тошнит.

Я уже хотела открыть свою коробку с вещами, как в комнату ворвались сразу несколько человек. Какая-то женщина в возрасте с короткостриженными красными волосами, моя соседка и мужик с вахты. Что за общий сбор? Кто-то горит?

— Вот, посмотрите, что она сделала! — продолжала говорить соседка, вернее, орать.

— Господи помилуй, — прошептала женщина, хватаясь за сердце.

— А вы все кто вообще? И что делаете здесь? Выйдите вон из моей комнаты!

Не до них мне сейчас, вот вообще. Однако, женщина лишь нахмурилась и строго посмотрела на меня.

— Я — Нина Егоровна Емельянова, комендант общежития. И то, что вы здесь устроили — просто недопустимо!

Ооой, ну началось. Я закатила глаза и скрестила руки на груди.

— За такое мы можем вас выселить!

— Не можете, мой отец заплатил за год вперед.

— Деньги за ваше проживание мы переведем в счёт ущерба, который вы только что нанесли.

— Тогда в чём проблема? — я развела руками, — Ну переводите, чините, убирайте. Мне плевать. Отец заплатит.

— Что ж, давайте тогда с ним и поговорим, — ответила мне комендантша, — Уверена, он будет разочарован в вас.

— Лучше закройте рот. — ответила я.

Сучка какая-то. Не могу с ними разговаривать. Охранник вообще стоял и просто смотрел на разгром, который я устроила, а соседка просто уставилась с открытым ртом. Кажется, она ещё никогда не посылала людей к черту. А вот коменда взяла телефон и приложила к уху:

— Добрый день, Сергей Иванович, у нас проблемы с вашей дочерью.

Она посмотрела на меня с превосходством. Надо же, кажется, мне объявили войну.