Папина дочка - Виктория Романова

Увы, моим мечтам не суждено было сбыться.

Стоило мне только выйти на улицу, как я тут же наткнулась на испепеляющий взгляд отца. Он словно говорил мне, что я переступила какую-то черту, которую переступать не следует. Ну ничего, мы народ бойкий, как зайцы в лес не убежим. Расправив плечи, двинулись в сторону отца.

— Давай найдём удобное место, улица не подходит для такого разговора. — сейчас он снова не смотрел мне в глаза, вместо этого тщательно делал вид, что реально ищет куда можно зайти.

Так-так-так, кажется, нам нужен план для отступления. День, конечно, меня удивил, но прямого конфликта с отцом я точно не выдержу. Кукуха съедет раньше, чем я это замечу.

Мы нашли какое-то кафе недалеко от общаги, заказали по чашке кофе, а потом молчали. Я то понятно, я молчала потому что и говорить было нечего. Он уже знает, что я думаю о том ситуации, в которой я из-за него оказалась. Моя позиция по этому вопросу ничуть не изменилась, а значит, говорить должен был он. Вот только он молчал. Долго так, что я даже подумала, что он и вовсе забыл о том, ради чего привёл меня сюда.

— Я думаю, ты понимаешь, о чём я хотел с тобой поговорить.

— Понятия не имею.

Отец нахмурился, а следом за ним и я. Детская привычка — копировать его мимику. Как будто так правильнее реагировать. Всегда легче скопировать его, чем показывать свои собственные эмоции.

— Полина, это уже не смешно.

— Это изначально не было смешным! — отрезала я, — С тех самых пор, как ты выкинул меня из дома и поместил в этот клоповник.

— Ты провела там всего один день, — устало заметил отец, явно испытывая удовольствие от моей злости.

Однако, на это я отвечать не собиралась. Да, один день, и что дальше? Мне вполне хватило и этого, чтобы понять, что я туда больше возвращаться не намерена!

— Я хочу поговорить с тобой серьёзно, Полина, — он насупился, отчего по моей спине прошлись мурашки — Больше никаких шуток, раз ты претендует на роль взрослого человека.

— И о чем же?

Я приготовилась: сложила ногу на ногу, выпрямила спину, слегка нахмурилась и положила руки перед собой. Источаю уверенность и гармонию. Вот только отец не купился на это.

— Как ты заметила, вчера я пополнил твой счёт.

— Если это можно так назвать.

— Это были деньги на месяц.

Чего? Моргнула. Но нет, это реально мой отец. Уши что ли почистить? Какой ещё месяц? Он так шутит несмешно или что?

— В смысле на месяц?

—. В прямом, кажется, я тебе уже говорил что-то такое. — он покрутил чашку с кофе в руках, но не стал пить из неё, вместо этого снова заговорил, — На этот раз, это мой просчёт, забыл тебя предупредить, видимо, вот ты все и потратила. Но теперь ты знаешь, скоро я ещё раз пришлю тебе денег, но это будет последний раз.

— Папа, но…

Он выставил впелк руку, словно заставляя меня молчать:

— Сейчас ты только слушаешь, — перкчеркнул он и продолжил, — Сегодня в комнате устронят тот погром, что ты учинила. Тоже в первый и последний раз, далее уж не знаю, как ты будешь выкручиваться.

— Папа!

— Не смей меня перебивать! — и я замолчала, — Я не стану спрашивать, что послужило причиной для такой истерики, но впредь держи себя в руках. Сама же говоришь, что ты взрослый человек.

— Папа, но я же…

— А если ты, — перебил он меня, — Всё ещё считаешь, что я поступаю с тобой несправедливо, то у меня для тебя предложение. Заинтересована?

Сделка с собственным отцом? Звучит как-то…сериально, что ли? Не верю. Но безумно интересно.

— Какая сделка?

— Докажи мне, что я не прав. Что ты вовсе не капризна, не избалована и вовсе не высокомерна.

Я фыркнула.

— Я не такая.

— Вот и докажи мне это.

— Как?

— На твоё усмотрение.

Диалог зашёл в тупик. И что мне делать? Это как в сказке, знаете. Иди туда, не знаю куда. Найди то, не знаю что. Вот и у меня также. Докажи то, а как — не знаю.

И вообще, как можно сомневаться в том, что твой ребёнок — хороший человек? Я что, убийца, наркоманка или что-то в этом роде?

Вся эта ерунда меня оскорбляет, но…