Жених с браком - Вероника Лесневская

— Нет, потому что у меня на нее свои планы. Может, через месяцок? Я как раз решу все проблемы с ее друзьями, и заберешь себе… — слова Олега стали эпитафией на могиле нашей любви.

Горло сдавило стальными тисками, до острой боли и невыносимого жжения. Я не хотела верить собственным ушам.

Владислав, кажется, тоже опешил на секунду: даже он не ожидал такого поворота.

— Нет, сейчас, — сурово произнес Углицкий, словно выстрелил ледяными пулями, и Олег машинально сделал шаг назад, словно гиена, испугавшаяся льва. — Или ты соглашаешься, или… — отметила про себя, как Владислав резко перешел на «ты», словно подчеркивая таким образом свое пренебрежение.

— Хорошо-хорошо, — Олег поспешно сунул чек в карман и примирительно выставил руки перед собой. — Согласен. Забирай сейчас, — выплюнул небрежно.

Я почувствовала, как мои глаза наполняются слезами обиды. Слишком легко и подло он отказался от меня, как от старой, наскучившей вещи, перепродав выгодно, чтобы купить новую. Я не была готова к предательству, тем более такому…

Углицкий молча развернулся, направляясь к машине, но ехидный голос Олега заставил его замедлиться.

— Даже интересно, что в ней такого, — мерзко протянул он, а я продолжала наблюдать за всем словно сквозь туман, не в силах больше сдерживать слез, что крупными каплями падали на дисплей мобильного. — Может, зря я поторопился, надо было попробовать…

Владислав замер, бросил взгляд на машину и быстрым движением отключил свой телефон, лишая меня возможности слушать дальше. Теперь я могла лишь смотреть. Впрочем, я и так узнала достаточно и просто хотела скорее покинуть набережную. Отныне я возненавидела место, где испытала такое унижение…

Но Углицкий не спешил возвращаться. Наоборот, он плавно приблизился к Олегу, заставляя того испуганно попятиться назад, прямо к низкому ограждению, отделяющему набережную от мелководной реки. Буквально мгновение — и Владислав схватил моего уже бывшего жениха за грудки, словно тигр впился когтями в свою жертву. Думаю, он что-то говорил Олегу, но я не могла знать наверняка, ведь динамик телефона молчал.

Ахнула и испуганно прикрыла рот ладонью, когда Углицкий вдруг встряхнул мужчину, чуть приподнял — и легко, будто тот ничего не весил, перекинул его за ограждение, прямо в реку. Выскочила из машины, но было слишком поздно.

Владислав как ни в чем не бывало поправил свое пальто и с невозмутимым лицом двинулся ко мне, спокойно, уверенно, как герой боевика — только взрыва позади не хватает.

Застыла на месте, теряясь под его взглядом, и вцепилась одной рукой в дверь автомобиля.

— Не нужно было, — махнула головой в сторону реки, где барахтался сейчас Олег. — Он же…

— Утонет? — хмыкнул Углицкий, приблизившись ко мне. — Там мелко. И такое… не тонет.

Скользнул взглядом по моему заплаканному лицу и чуть заметно нахмурил брови. Я поспешно опустила голову, вытирая ладонью мокрые от слез щеки.

— Садись в машину, — тихо, с хрипотцой приказал Владислав, а сам направился к водительскому месту.

Прежде чем вернуться в салон автомобиля, я в последний раз устремила взгляд на набережную. В этот момент из-за ограждения показалась мокрая, в какой-то тине и мусоре, голова Олега…

— В машину! — грубее повторил Углицкий, и на этот раз я послушалась.

Всю дорогу Владислав молчал, за что я была искренне ему благодарна. Я бы морально не выдержала его издевок или нравоучений в стиле: «я же предупреждал».

События кошмарного вечера вновь и вновь прокручивались в моих мыслях, будто кто-то зациклил фильм, и это постепенно начало сводить меня с ума. Хотелось разреветься и выпустить отчаяние, но я не могла позволить себе эту слабость при Углицком. Злость на саму себя, на свою наивность медленно захлестывала мой разум, разрывала сердце, била изнутри так сильно, что душевная боль перерастала в физическую.

И в какой-то момент я сорвалась…

— Сколько? — всхлипнула я, не успев остановить саму себя, но Владислав проигнорировал мой вопрос. — Я хочу знать свою цену, — повторила громче и немного истерично. — Сколько? Просто назови цифру…

— Нет, — неожиданно рыкнул Углицкий, но мгновенно взял себя в руки, и ровным тоном проговорил. — Ты неправильно мыслишь. Я заплатил не за тебя, а за информацию. Теперь ты знаешь, что твой жених — подонок. Вот и все…