Никогда не поздно - Айрис Джоансен

За столом прислуживал смуглый стройный юноша. Он был неназойлив и практически незаметен. Хрусталь и тончайший фарфор были выше всяких похвал, а подаваемые на стол блюда являлись воплощением самых дерзких мечтаний любого гурмана. Однако Серена всего этого не замечала. Она ощущала на себе пристальный, неотрывный взгляд Гидеона, а все остальное отступило на задний план и было словно окутано дымкой.

На долю Росса выпала трудная задача поддерживать светский разговор, однако ответом на любую его фразу оказывались лишь односложные реплики. После того как с едой наконец было покончено, он отодвинулся от стола, облегченно вздохнул и произнес:

— Кофе будет подан в библиотеку. Надеюсь, вы понимаете, что я намерен выдвинуть свою кандидатуру на награждение медалью. Я заслужил эту награду, рискуя своей хрупкой душевной конституцией в той молчаливой психической войне, которую вы ведете друг против друга.

— Войне? — удивленно вскинул брови Гидеон. — Я вовсе не ощущаю себя на фронте. — Он кинул салфетку на скатерть и встал из-за стола. — Хотя не могу не признать, что мысли мои носят весьма агрессивный характер.

— Подходящее определение, — откликнулась Серена. — Я тоже нахожусь в воинственном состоянии духа.

— Элеонор готовится к атаке? — улыбнулся Гидеон. — Жду не дождусь.

Серена словно загипнотизированная не могла оторвать взгляда от его глаз. Она не знала, сколько прошло времени, прежде чем она сумела отвести взгляд в сторону и принялась судорожно думать, что бы такое сказать, чтобы разрядить возникшее между ними напряжение.

— Я не Элеонор, и тебе придется ждать очень долго, Гидеон.

— Я очень долго ждал и теперь нахожусь на полпути к своей цели, — усмехнулся он.

— О чем ты говоришь? — недоуменно нахмурилась Серена.

— О той ночи в заведении Консепсьон. — Взгляд Гидеона немного опустился и остановился на ее груди. — Мои собственнические инстинкты оскорбляет осознание того, что я был не единственным, кто видел тебя такой, но воспоминание о том моменте дарило мне множество фантазий на протяжении долгих лет, прошедших с тех пор.

Серена вспомнила его нежные руки, натянувшие ей на плечо бретельку сползшей ночной рубашки, чтобы прикрыть обнажившуюся грудь. К щекам ее прилила горячая краска.

— А я уже забыла об этом, — прошептала она. Улыбка на лице Гидеона угасла.

— Похоже, ты постаралась забыть обо всем, что связано со мной, не правда ли? Вот только не пойму, зачем. Нам с тобой, Серена, предстоит обсудить много всего. Помнишь, я говорил тебе о тех, кто подстерегает нас, сидя в засаде? Мне кажется, один из них все же напал на тебя после того, как мы с тобой расстались.

Внезапно Серена почувствовала невыносимую усталость.

— На меня нападали многие, — сказала она с вымученной улыбкой, — но я справилась с ними так, как умела, и в итоге одержала верх.

— Не совсем, — качнул головой Гидеон. — Ты позволила им кое-что отнять у тебя. Посмотрим, что я смогу сделать, чтобы вернуть тебе похищенное.

Желая привлечь внимание спорящих, Росс нарочито громко кашлянул и проговорил:

— Эй, на тот случай, если я вдруг превратился в человека-невидимку, хочу напомнить вам: я, между прочим, все еще здесь.

Серена рассеянно улыбнулась ему и вновь обратила внимание на Гидеона.

— Единственное, что я хочу получить от тебя обратно, это Дэйн.

— Всему свое время, — сузил глаза Гидеон. — Я сообщил тебе, каковы мои условия. Стоит тебе согласиться, и я тут же запущу машину. Видит бог, я буду счастлив дать тебе все, что только ты пожелаешь. А ты дай мне шанс… — Гидеон умолк, не договорив, поскольку в этот момент возле него возник тот самый затянутый в белое юноша, который прислуживал им за столом, прошептал что-то на ухо хозяину и тут же растворился — так же неожиданно, как и появился.

Когда Гидеон снова повернулся к своим друзьям, на лице его было отсутствующее выражение.

— Мне надо идти, — лаконично бросил он. — Займи ее чем-нибудь, Росс.