Двойное счастье для Сластены - Риша Старлайт

- Куда еще? – шмыгаю я носом.

- Как куда? В клубешник!

- Ты же выходная сегодня, Катюнь!

- Выходная, вот и пойдем туда. Отдыхать. Пятница, вечер, самое оно! И тебе уже отдохнуть не мешает – все лето пахала как мама Карло!

А может и правда, послать все к черту и отправиться потанцевать? Ну а что в этом плохого? И правда, засохла вся в торговом центре. И тетка та, секретарша Громова, калоша такая, взяла мне всю работу похерила… Так, не думать об этом, иначе снова расстроюсь!

- Я тебе свое платье дам, и прическу такую наваяю, и макияж! – впадает в раж Катюша, - все мужики твоими будут, вот увидишь!

Да не нужны мне все. Двое только, но они не в городе. И хорошо, что не в городе, иначе… нет. Стоп. Об этом лучше не думать.

Катька умело красит меня, не забывая заговаривать зубы. К тому моменту, когда она заканчивает, я уже нахожусь в легком трансе от всего происходящего. Предчувствие в последний раз отчаянно напоминает о том, что лучше всего посидеть мне дома, но пятая точка, жаждущая приключений, с удовольствие облачается в блестящую ткань Катькиного платья, крохотного, точно носовой платок. Волосы распущенны, достают почти до этой самой точки. И тут Катька несет главный козырь – огромные шпильки, на которых… А впрочем, хрен с ним, навернусь, значит судьба – лохушка по жизни!

Атмосфера в клубе все та же.  Как будто и не было этих месяцев, что отсутствовала тут. Я снимаю пальто, ослепляя все вокруг своими блёсточками, точно елка новогодняя!

И настроение тоже какое-то праздничное, дурное! Вляпаться в неприятности, вот такое настроение! Катька вытаскивает меня в самую гущу толпы. Мы танцуем так, словно десять лет взаперти сидели. Катька вообще отрывается, забыв, что в гоу-гоу сегодня не она зажигает. Ну и я, глядя на нее, дура такая трясу своей попкой. Ну и получаю соответственно и освистывания и вульгарное улюлюканье. Не обращаю на это никакого внимания. Потому что хочется отрыва. Праздника хочется! Хочется забыть обо всех неприятностях!

В какой-то момент теряю сестру из виду. Бегу глазами по трясущейся толпе. И выцепляю ее алую кожаную юбочку. Она с Асланом! С тем самым ублюдком, что уже однажды напал на меня, но Бадоев с Громовым, будь они не ладны, отбили у него.

Черт, вот оторва! Надо срочно ее выручать! Расталкиваю круг, что уже образовался около меня, когда я ушла в отрыв.

Подбегаю к Катьке. Трезвая. Пока еще. Веселая. Озорно смотрит на меня. Аслан вроде тоже в добродушном настроении.

- Какие люди! – перекрикивает он рев музыки. – Присаживайся, Ангел!

Освобождает мне место.

- Я сейчас вернусь!

Сажусь около Катьки.

- Сестрен, не надо, ты зачем с ним общаешься? – ору ей в ухо, потому что шум невыносимый.

- Да брось, Аслан – душка! Он нам за коктейлями пошел. Хочет поухаживать.

Я кошусь на тщательно замазанный тональником фингал на левом глазу сестры. А еще на ее новый винир, что блестит в свете софитов.

- Давно от Вадима не получала?

- Да пошел он, козел! – хихикает Катька. – О, Асланчик, дорогой! Вау! Мой любимый! – взвизгивает она выхватывая у него из рук один из высоких бокалов с двумя соломинками, украшенный фруктами и ягодами.

Второй бокал «Асланчик» заботливо подвигает ко мне.

- Угощайся, Настенька! – и улыбается так приторно, точно кило шоколада сожрал пока ходил, не меньше.

- Не хочу! – буркаю я.

- Да брось, я у тебя еще с того раза прощения не просил. Вот решил загладить вину. Да ты пей, Настюш! Я знаю, что ты алкоголь не любишь, там капелька мартини!

И так говорит он все это сладко, а я так раздухарилась на танцполе, разухабилась… а лед в бокале так и манит. И жидкость внутри очень зазывно мятным цветом привлекает.

«Не пей, идиотка!» – не унимается моя внутренняя чуялка, но… да пошло оно все к черту! Отрываться - так отрываться! С работы выгнали. В универ не поступила, ну и пох! Могу я хоть раз себе позволить быть бесшабашной? Конечно, детка! Беру бокал и радостно пью вкусный коктейль.

Аслан придвигается еще ближе. Любуется тем, как мои пухлые губы обхватывают соломинки. А в глазах его демоны отжигают сальсу.