Хозяйка кофейни - Никола Марш

— Потому что ты был вечно голоден!

Его глаза затуманились, и Кэмрин поняла, что для него голод — не только еда. Она поспешила сказать:

— Кстати, о голоде, бери попкорн, — протянув ему пакет, она не удивилась тому, что ее рука дрожит, — Блейн всегда так действовал на нее.

— Спасибо, — он подкинул в воздух несколько зерен и поймал их ртом.

Нельзя, нельзя ей погружаться в прошлое, надо выбираться из воспоминаний и возвращаться в сегодняшнюю реальность. Прекрасное, разумное решение, если бы только тело согласилось с этим и не проделывало бы фокусов с ее душевным равновесием.

Изобразив зевок, она выпрямилась и сказала:

— Похоже, я здорово устала. Пожалуй, обойдусь сегодня без фильма.

— Кэм, ты не можешь все время избегать меня. Мы живем под одной крышей, а я почти не вижу тебя. Что нам мешает быть друзьями? — Он накрыл ее руку своей.

— У меня было очень много работы, в этом все дело, — невнятно пробормотала она.

Блейн мог бы продолжить этот разговор, вынудить ее признать правду, но он был настоящий мужчина, и она это знала.

Он мягко потянул ее за руку, так что ей пришлось придвинуться, и тихо спросил:

— Ты не боишься?

— Чего?

— Нас.

Нас. Всего три буквы, коротенькое слово в один слог, но как много может значить.

Мы — легкомысленные, импульсивные юные существа, безоглядно влюбленные, такие, какими были тогда? Или мы — повзрослевшие, поумневшие, более зрелые и опытные люди, какими стали сейчас?

Последнее пугало ее больше, потому что если она по уши влюбилась в двадцатиоднолетнего начинающего предпринимателя со склонностью к легким авантюрам, то какие могут быть надежды, что она устоит против его более сексуальной, более совершенной версии?

Кэмрин замерла, наслаждаясь его близостью, его дыханьем рядом с собой, тем, что он держит ее за руку.

— Ты хочешь сказать, что нет нас? — В его голосе звучала обида и разочарование.

— Мы друзья, так что, так или иначе, мы есть.

— Друзья. Ну да…

Он ей не верил. Знал, что она говорит неправду. С каждым днем ей становилось все трудней скрывать от него свои мысли и настроения.

Блейн встал, сложил руки на груди, изобразив макиавеллевскую позу, и сказал:

— Тогда ты не будешь возражать, чтобы мы выступили как друзья в следующие выходные. В конце концов, у тебя первые выходные за долгое время. Я был очень терпелив и…

— Ладно, ладно, ты изложил свою позицию, я все поняла. И что же именно ты придумал?

— Предоставь все мне. И будь уверена, что бы я ни придумал, все будет исключительно дружественно.

Не улыбнуться было невозможно.

Блейн смотрел, как Кэм снимает водные лыжи. Он чувствовал стеснение и боль в груди.

Но это никак не сердечный приступ. Сердечного приступа просто не может быть. В прошлом месяце он проходил ежегодное медицинское обследование, и заключение докторов гласило, что он очень здоровый молодой человек двадцати семи лет, который много занимался физическим трудом, прежде чем перешел к офисной работе.

Если его маятник в полном порядке, то это стеснение и боль могут означать только одно. Любовь к жене с каждым днем становится все сильнее.

Он никогда не верил во всякие глупости про любовь с первого взгляда. Не верил до тех пор, пока случайно не заглянул в старомодный кофейный магазин на одной из улочек Радужного Ручья, принадлежащий родителям Кэмрин, и не увидел за прилавком юную бунтарку с непокорными вихрами, с дерзкой улыбкой и сверкающими светло-карими глазами.

Все. Блейн был сражен. Убит наповал. Он с удовольствием колесил по городам страны, пока не влюбился в бойкую шатенку с улыбкой, которая преображала все вокруг.

Их побег был импульсивен, безрассуден и опрометчив, учитывая возраст и то, как мало времени они знали друг друга, но Блейн никогда не пожалел об этом, ни единого дня. Он жалел только о том, что ушел от Кэмрин, хотя сделал это только ради нее.

Сейчас пора покончить с сожалениями. На этот раз он отдаст ради спасения их брака все, что только возможно. Их брак стоит того. И Кэмрин того стоит.

Она помахала ему рукой, потом туго закрутила волосы, смахнув с них водную пыль. Это создало что-то вроде сияния вокруг головы, солнечного ореола, неземного нимба.

Нимб? Но Кэмрин никак не ангел — с ее дразнящими взглядами, врожденным очаровательным женским кокетством и добродушным остроумным подшучиванием. И пусть она говорит, что они только друзья. Ха-ха! Да она сводит его с ума, и ничего с этим не поделаешь.

Блейн так боялся, что Кэмрин не захочет иметь с ним что-то общее после его ухода шесть лет назад. И одновременно надеялся, что ему удастся поразить ее своими успехами. И что эти успехи лучше всяких слов докажут: он делал все возможное, чтобы восстановить их брак.

Она продолжает твердить, что ей нужно заново привыкать к нему. Но она сама, ее реакции, ее манера вести себя намного более убедительны, чем слова.

Кэмрин называет их жизнь в одной квартире просто временным совместным проживанием? Пусть. Но он-то видит, что это проба семейной жизни. Его жена осторожна и скептически относится к сексу между ними? А вот он готов с головой нырнуть в семейную жизнь.

В этот момент Кэм быстро шла к нему по песку пляжа. Костюм для водных лыж облегал тело молодой женщины, подчеркивая изысканное изящество фигуры. Блейн смотрел на нее, и сердце его наполнялось теплом, восторгом и благодарностью судьбе, которая подарила ему это счастье. Он спрятал руки в карманы, чтобы побороть желание обнять Кэмрин.

— Тебе нравится наше свидание?

— Технически — это вовсе даже не свидание. Ты мне привел какое-то невнятное объяснение, что твой пентхаус нужно дезинфицировать от комаров, я сделала вид, что поверила. Очевидно, мы найдем укрытие на выходные в каком-нибудь твоем доме в пригороде, чтобы не страдать от пестицидов. Так что дело не в свидании, а в моей хрупкой конституции, ведь так?

— Хо! Хрупкая конституция, говоришь?

Она смахнула оставшиеся капли с волос.

— Сказать по правде, я первый раз каталась на водных лыжах. Фантастика!

— Рад!

Да, все идет прекрасно, но они как будто встретились заново, и рано говорить о длительных отношениях. Но он-то знал!.. Знал, что их брак жив и крепок.

Блейн верил в свою интуицию. Интуиция еще не подводила его. Она помогла ему сделать карьеру в строительстве, взойти на вершину этого строительного мира и стать миллиардером. А сейчас интуиция говорила ему, что Кэмрин, так же как он, хочет их воссоединения.

Сейчас они сделали к этому первый шаг, они друзья. Но эта восхитительная женщина пройдет с ним все оставшиеся шаги к их долгой счастливой жизни вдвоем.