Твой ход - Дания Аувэст

— Осторожнее, — прошептал Яр и погладил меня по спине.

Спасибо, не ударил, этого бы моё хрупкое тело не пережило. Как, впрочем, и позора: за мной опять все наблюдали с особым интересом.

И как я не заметила, что этот гад вошёл в столовую, да ещё и подкрался ко мне со спины?

Почему именно ко мне?! Влада вон тискал бы!

Наверно, я бы задохнулась. Вот была бы ирония, в комнате два заслуженных врача, а мне никто не оказал первую помощь, потому что все были поражены явлением, мать его, Яра.

А он, сама невозмутимость, обошёл меня и сел рядом на свободный стул, налил стакан воды и подал мне.

Вырвав его, судорожно начала пить предложенную воду.

После ещё немного покашляла и, повернувшись к Яру, зло прокаркала:

— Спасибо.

— Не за что, куколка. — Ответил он мне, смотря так нежно-нежно. Фальшиво. — Нужно быть осторожнее.

— Я и так всегда осторожна! — Разозлилась я.

Ненавижу его. И взгляды всех присутствующие тоже. Бесит всё и все!

— Какое явление! Неужели сам Яр решил почтить всех своим присутствием, — вклинился Влад, схватив почему-то нож. Опасно так схватив.

Спасибо ему, теперь все пялилась на него и на Яра.

— А я так надеялся, что ты где-нибудь по пути потеряешься или и вовсе не придёшь! — Нож в его руке заскользил по тарелке, разрезая несчастный блинчик.

Послышался скрип тарелки.

— Ярослав! — Почему-то закричала Катерина.

— Что, мам? — Спокойно спросил Яр, пробегаясь взглядом по столу и выбирая что бы поесть.

Высказывания Влада он пропустил мимо ушей, что явно разозлило младшего брата. А страдала, кстати, тарелка.

— Что ты опять сделал брату? — Катерина села.

— Ничего. — И все.

Приметив что-то на столе, он потянулся за этим через всю конструкцию.

— Почему ты не сказал, что приедешь? — Катерина вернулась к вопросу, который задавала утром.

— А нужно? Ты сама просила приехать меня и вот он я собственной персоной, так к чему вся эта истерика и рукоприкладства, неужели тебе не хватает внимания? — Ярослав отвлекся от предыдущего занятия и многозначительно взглянул на мать.

Весь их диалог все молчали и даже не ели. Почему-то мне показалось, что под последней фразой Ярослав подразумевает что-то большее, чем говорит.

Катерина хотела что-то сказать, но потом резко прикусила губу и отвернулась от своего старшего сына, бросила быстрый взгляд на моего отца и уткнулась в свою тарелку.

Повисла тишина, в которой слышались только постукивания приборов о тарелку. Даже наши родители не спешили заводить разговор.

Я скосила взгляд на парня, из-за которого-то и повисла эта тяжёлая тишина.

Ярослав спокойно ел, тщательно пережёвывая. В тарелки он ловко орудовал ножом и вилкой. Я заметила татуировку на правой руке с внутренней стороны указательного и среднего пальцев. На первом пальце был изображён штрих код, а на другом какие-то римские цифры.

Интересно, что это значит?

— Теперь, когда все в сборе, думаю, можно рассказать о наших ближайших планах. — Начала моя мама. Она как будто святилась вся изнутри.

Вообще, я надеялась все время проводить в комнате, изучая привезенные с собой книжки и по возможности избегать Яра.

— Завтра с утра мы пойдём в поход. — Сообщила моя мама с радостной улыбкой на лице.

— Какой ещё поход, мам? — Воскликнула недовольная я.

Затворница во мне кричала, рвала и метала, а также требовала отвоевать мне кровать в безраздельное пользование. На очень долгое пользование.

Ещё меня пугала перспектива шарахаться в компании Ярослава по лесу. Хуже не придумаешь.

— Мирослава, это не обсуждается. Можешь взять с собой свои книжки, по пути почитаешь. Точка. — Этими словами папа убил во мне все зачатки назревающего скандала.

Но в комнате были ещё недовольные перспективой потратить свое время на прогулку по лесу.

— Что за ерунда, зачем нам этот поход? — Вступил на этот раз в дискуссию Влад.

Я активно закивала, поддерживая ещё минуту назад раздражавшего меня парня.

— Чтобы развеяться, Влад. Ты и так сидишь постоянно у себя в комнате, непонятно чем занимаясь. — Ответил на ранее поставленный вопрос Андрей. Его чёрные брови сурово сложились домиком. Хотя с его добрыми синими глазами все потуги казаться грозным сводились на нет.

— Всё мы прекрасно знаем, чем занят в комнате маленький извращенец. — Сказал Ярослав, откидываясь на стуле и скрещивая руки на груди. С едой он закончил.

— Заткнись! — Зло сказал младший брат.

Назревал очередной конфликт. А я откровенно не понимала, что стало с этими двумя. Раньше младший брат разве что в рот старшему не смотрел.

— Молчу, молчу. — Поднял руки, показывая, что сдается, Яр, а потом повернулся ко мне и доверительным шёпотом сообщил, да так, что услышали все. — У малыша переходный возраст, а тут ещё огромную роль играет один фактор, один очень большой фактор. Знаешь, тяжело ему приходится.

— Замолчи! — Взревел Влад и вскочил на ноги; тарелка полетела на пол и разбилась.

Этот дом определённо наполнен психами. Здесь нельзя держать бьющееся предметы.

— Какой же громкий, — раздражённо сказал Ярослав, откидывая с глаз непослушную челку.

— Быстро сел! — Ранее я подумала, что дядя Андрей не может казаться грозным. Я ошиблась. Его тихий и звенящий голос, которым он угомонил Влада, мне до жути напомнил Ярослава. От это было даже в два раза страшнее.

— Эм, думаю, стоит перенести этот разговор на вечер… — Робко сказала моя мама, беря стакан с соком.

— Нет, Оль, все уже решено. Завтра в восемь утра выдвигаемся. — Сказал Андрей.

Класс, ещё и не высплюсь. Сплошные плюсы.

Начавшийся после этого спор между Владом, качающим права и отчаянно пытающимся отстоять свое право остаться дома, и Андреем в дуэте с Катериной я слушала в пол-уха.

Уже понятно: походу быть, как бы Влад не боролся. И это подтверждал многозначительный и вездесущий взгляд отца, в котором читалось: «не обсуждается».

Подловив момент, когда никто не видит, я наклонилась к Ярославу, который лениво сидел на стуле со скучающим видом и прошептала: «ненавижу тебя».

Я желала сказать ему это ещё с момента, как он вручил мне стакан с водой, сопроводив его «нежным» взглядом. Просто случая не было.

Наблюдать, как Ярослав застывает, словно громом поражений, было приятно. Правда, я ждала ещё каких-либо эмоций на его красивом лице. Но их не было.

— Врешь. — Было мне ответом. Таким желанным и вызывающим бурю эмоций ответом.