Отыщи меня - Марьяна Сурикова

– Не нужно, Ирэн.

– Чего не нужно? – она бросила удивленный взгляд через плечо.

– Разве стоит обращать внимание на их злость? Они только себя ею травят.

– Прощаешь? – изумилась Ирэн. – Ну вот поэтому они тебя и изводят.

Она, конечно, была права, но для меня подобная жизненная позиция сформировалась уже давно и служила своеобразной защитой. Еще в детском приюте не выходило в полной мере постоять за себя, у меня не хватало на это ненависти и отчаянной злобы, я не испытывала радости, причиняя боль другим, мне становилось плохо от жестокости и возможности впустить ее в себя. Спасение заключалось в том, чтобы стать достаточно странной. Оказалось, если реагировать на чужие поступки не так, как люди к этому привыкли, то постепенно обретешь славу ненормальной, и тебя начнут сторониться. Подобные проявления моего характера в итоге сослужили свою службу, а неадекватность, как ее называли, стала второй натурой.

– Мелочные девицы! – вновь возмутилась Ирэн. Вот она реагировала адекватно, как положено и принято. Злилась в ответ на чужую злобу. – Все, пришли. Нам сюда!

Ирэн втянула меня в теплое помещение, где умопомрачительно пахло духами и средствами для ухода, судя по окружающему интерьеру, за волосами.

Прямо от порога девушка властно заявила:

– Нам нужен мастер Моринье!

– Нет, Ирэн, – я попыталась вытянуть руку из ее крепкого захвата, моментально сообразив, какие в подобном салоне могут быть цены, – нет.

– Зоя! И снова не время для странностей!

– Не могу позволить себе здесь остаться.

– Брось, я заплачу.

– Нет!

– Да сегодня же день скидок! Все намного дешевле. Деньги пойдут на благотворительность, Зоя. Представь, что благодаря твоему посещению этого салона каким-то маленьким детям в приюте на ужин дадут вкусные конфеты. Ведь у тебя скоро будет повышенная стипендия, Нейтон уже назначил тебя собственным заместителем в экспедиции. И ты постепенно все мне отдашь. Просто поверь: кроме Моринье никто не справится вот с этим.

Она ткнула пальцем мне в лоб, но тут же отвлеклась на подбежавшую девушку в светло-бежевом платье и накрахмаленном переднике.

– Нам нужен мастер.

– Простите, но сегодня такой ажиотаж. Все расписано. Можем предложить вам…

– Не нужно! – Ирэн прервала ее, выставив вперед ладонь. – Я постоянный клиент и знаю всех ваших мастеров. Вас же, вероятно, наняли только сегодня по сдельной оплате из-за наплыва посетителей. Так вот, предлагаю позвать мастера, и если он сам скажет, что не может взяться, тогда мы согласимся на другого.

Девушка поклонилась и убежала, а я вновь поразилась тому, как Ирэн умеет разговаривать с разными людьми и легко добиваться желаемого.

– Вот увидишь, – девушка толкнула меня в бок, – он не сможет отказаться. Твои волосы в нынешнем состоянии – это настоящий вызов!

Мастер и правда не устоял перед искушением. А я в уме подсчитала, сколько нужно отдавать Ирэн каждый месяц, чтобы покрыть долг. И хотя ужасно хотелось сбежать, но ведь деньги и правда шли не на какое-то сиюминутное удовлетворение собственных желаний. Никогда прежде я не участвовала в благотворительных мероприятиях, однако раз уж довелось, то разве можно было из-за собственного страха лишить сладкого детей в приюте? Я сама знала: там каждая конфета на вес золота.

Процесс начался с использования на мне специальных растворителей, но ни один из них не взял краску.

– Вот же стойкая гадость! – пробормотала Ирэн, бросив взгляд в зеркало. Над ее чудесными мягкими волосами колдовала изящная девушка-помощница, укладывая в элегантную прическу. А мой взмыленный мастер отбросил прочь еще одну баночку с наверняка ужасно дорогим средством.

Мужчина, который совершенно не походил на работника такой воздушной сферы, как красота волос: высокий, с ярко выраженной мускулатурой и огромными ручищами, – положил широченные ладони на спинку моего кресла и крепко задумался. Ирэн уже завили половину локонов, когда он вдруг щелкнул пальцами прямо возле моего уха. Я вздрогнула, а пара помощниц подскочили на ноги и помчались выполнять громкое повеление: «Краску сюда! Живо! Мне нужна фиолетовая, оранжевая и зеленая!»

У них и такие есть?

Даже если в салоне этого не было, помощницы нашли и принесли в рекордный срок.

– Взгляните, – обратился Моринье к Ирэн, вероятно как к единственной, кто способен был оценить его замысел, – растворители рассчитаны на то, чтобы убирать неудачный оттенок или неправильно подобранную краску вначале, спустя недолгое время после нанесения, ведь если брать что-то посильней, можно повредить структуру и испортить волосы. Однако сама краска обладает стойкостью, поскольку проникает под чешуйки. Таким образом, раз дело не исправить растворителями, решим проблему смешением цветов. Если к зеленому оттенку примешать фиолетовый и оранжевый и по тому же принципу добавить два цвета, но в другой последовательности, к оранжевому и фиолетовому, то получим благородный рыже-коричневый. Мы добьемся для нее равномерного и однотонного окрашивания и более привычного красивого цвета.

– Зоя станет рыжей? – удивилась Ирэн.

– Именно. Для той части волос, что не окрашены и остаются светлыми, я подберу все тот же рыже-коричневый цвет. – Я чуточку сползла с кресла, но Моринье уверенно ухватил меня ручищей за плечо и подтянул обратно. – Не вижу иных вариантов.

– Мастер, – Ирэн приложила руку к груди, – вам я доверяю больше, чем себе. Действуйте, вы можете ее спасти.

Сама я ответить ничего не успела, поскольку меня мигом замотали под самое горло непромокаемой тканью и стали намыливать волосы удивительно пахнущим шампунем, а затем, просушив, принялись колдовать над прической. Моринье брал то один тюбик, то другой, я слышала лишь, как щелкают крышечки. Что-то наносилось на волосы, что-то втиралось в кожу головы, мне же приходилось молча изучать потолок и ждать окончательного приговора.

Ирэн закончила со своей прической гораздо раньше, расплатилась и сказала: «Ты же не против, если я прогуляюсь? Нужно приобрести одну вещь. Встретимся позже».

Я одобрительно помычала в ответ, не рискуя открывать рот. Ирэн изящно махнула рукой на прощание и исчезла за дверью салона, а меня ожидали томительные минуты, за которые я успела утратить надежду на преображение в обычного человека. Мастер не переставал с досадой цокать языком и бурчать себе под нос. Наверное, вызов, как его назвала Ирэн, оказался не по зубам даже настоящему профессионалу. Под конец, когда волосы вновь промыли и высушили, Моринье вооружился ножницами, а помощница опрокинула кресло в положение лежа. Мастер накинулся на доставившие ему столько хлопот пряди с таким остервенением, словно это был его личный враг, девушка же велела мне закрыть глаза и принялась наносить на ресницы какую-то вязкую массу.

– Готово! – меня умыли и вернули в положение сидя, после чего мужчина эффектным жестом стянул с меня накидку и