Забвение Миров - Мирослава (Мира) Кулеш

и, достав коробку, решила её открыть сразу после полуночи, ведь тогда уже наступит день рождения и наконец-то она узнает, какое из её желаний исполнится. А их было так много, что она устала гадать и решила больше не ждать. Принцесса открыла коробку и нашла там живую розу и зеркало. Несмотря на то, что роза пролежала в коробке несколько дней, она не увяла и даже сохранила свой аромат. Принцесса достала из коробки зеркало и посмотрела в него. Сначала она видела отражение красивой молодой девушки, но потом оно стало меняться, и через минуту на принцессу смотрела сморщенная старуха с обвисшим лицом и седыми волосами, похожими на старую половую тряпку. Принцесса так сильно испугалась, что укололась о шип розы, которую держала в руке. Старуха в отражении засмеялась и скрипучим голосом сказала: «Все твои изъяны станут твоим проклятием. Ты будешь видеть всё и обо всех. Все беды мира предстанут перед твоим взором, но ты ничего не сможешь изменить и никому не сможешь помочь. Всё, что будет тебе дано, — видеть». Первое, что увидела принцесса, как отец выдает её замуж за старого короля соседней страны. Потом — войну и разрушенный город.

Через несколько месяцев в страну пришла война. Город был разрушен. И ради мира отец выдал принцессу за старого короля соседней страны. Ей пришлось со всем смириться и стать послушной. Оказалось, знать всё — не так уж весело. Умерла она, оставив наследников своего дара. Умирая, она была похожа на ту самую сморщенную старуху из отражения в зеркале.

— Это грустная сказка, — констатировал Павел.

— Да, есть немного.

Павел обнял Киру ещё крепче.

— Я на следующей неделе лечу к родителям, — сообщила Кира. — Полетели со мной.

— Ммм, — протянул Павел, размышляя о чём-то своём. — Нет, — коротко ответил он. — Не в этот раз, дел слишком много.

— Как скажешь, — согласилась Кира, почувствовав укол разочарования и обиду.

— Зато мы узнаем, попадёт ли наша «шалость» на нить. Если нет, то мы наконец-то сдвинемся с мёртвой точки, — он легко чмокнул Киру в губы и потянулся к её правой руке. Он стащил с её пальца кольцо, снял с себя своё и положил их на тумбочку у постели, не отрываясь от Киры. — Я больше не могу, — признался он. — Ты нужна мне… Я так люблю тебя… Я могу?..

Его поцелуй стал более настойчивым, он запускал пальцы в её волосы, тем самым контролируя поцелуй и их близость.

— Да, — выдохнула она свой ответ прямо ему в губы.

Он принялся неспешно освобождать Киру от пижамы. Каждая клеточка тела отзывалась на его ласки. Он был нежен и внимателен, покрывал поцелуями её грудь, живот и бедра, она тихонько стонала от его прикосновений. Всё вокруг померкло и заполнилось колким электричеством. Его горячее дыхание обжигало кожу, и вот, наконец, он вошёл в неё, заполняя, словно она была до этого невообразимо пуста. Это было слишком естественно, слишком правильно. Каждое его движение было размеренным и наполненным наслаждением, он глубоко дышал, «смаковал» каждое мгновение, каждое прикосновение. Кира тихо постанывала, гладила его плечи, оставляла поцелуи на его губах и шее, и, когда они оба были близки к пику наслаждения, он внезапно спросил.

— Ты ведь понимаешь, к чему всё идёт?

Кира посмотрела расфокусированным взглядом в его глаза, полные нежности.

— Я ведь могу? — снова прошептал он.

Она не ответила, лишь слабо улыбнулась, на что он тоже улыбнулся и снова припал к её губам с глубоким сладким поцелуем, во время которого его тело содрогнулось, он сдавленно зарычал и излился в неё… Она вздрогнула, тихо ахнула, и её тело накрыла волна удовольствия.

Павел, тяжело дыша, прижался лбом к её ключице.

— Надеюсь, я тебя правильно понял, — произнёс он. — Однажды ведь у нас будут дети.

— И ты решил начать работать над этим сразу, — улыбнулась Кира, целуя его в щёку.

— А чего терпеть, если и так всё ясно, — отозвался Павел.

То, что они всё решили, было понятно по тому, как они смотрели друг на друга, как говорили друг с другом, как дурачились. Всё было наполнено особой связью, тем, что называлось «идеальная пара». Но о том, что Павел планировал своё будущее с Кирой и она с этим согласна, было произнесено вслух только сейчас.

— Люблю, — прошептал Павел, целуя плечо девушки.

— И я тебя, — тихо ответила она, не скрывая улыбки.

========== Глава 7. Мама. ==========

Киру мелко трясло, кольцо на пальце игриво поблёскивало в пламени свечей, но тем не менее её глаза были плотно закрыты, а сквозь пальцы струилась алая нить с нанизанными видениями. Её видениями. Она слишком волновалась, от этого тошнота подступала к горлу, потом откатывалась назад в желудок, а там скручивалась в тугой ком. Скоро, очень скоро. Чем быстрее закончится пряжа в её руках, тем скорее она узнает, попала ли её личная жизнь на нить. Когда пряжа закончилась, Кира нервно сглотнула, в горле пересохло, она с трудом подавила кашель.

— Интересно-интересно, — прошептала Старшая.

Киру снова пробила дрожь.

— Это видение, — продолжила Старшая. — Огонь повсюду, взлетающий в небо золотой Дракон. Интересно-интересно. Судя по домам и их развалинам — это современный мир, такой, каким мы его знаем сейчас и каким он останется на ближайшие пару-тройку десятилетий. Это так удивительно. Почему только ты это видишь? Вполне возможно, это может случиться в твоей стране, и ты увидишь это своими глазами, — словно заезженная пластинка повторяла Старшая. Кира шумно выдохнула. — Но нельзя также отрицать, что ты единственная, кто это видит. Если бы твои видения имели отношение к реальности, то, скорее всего, они бы посетили каждую из нас.

— Дракон, — прошептала Кира. — Я увидела это, когда смотрела на Павла.

— Ааа, парень из Ордена, довольно странно, что в этот раз мы не увидели о нём совершенно ничего, — ответила Старшая. — Словно ты защитила его от нашего взора. Как я понимаю, ваши отношения стали более близкими, раз ты так волнуешься. Не волнуйся, мы же не звери какие, чтобы запрещать встречаться с человеком, который тебе по сердцу. К тому же времена вражды с ними давно прошли.

«А я так могу?» — удивилась Кира, размышляя о том, как у неё получилось защитить воспоминания о Павле от «нити» и «взора» других Видящих, она ведь ничего особенного не делала.

— Я надеюсь, что ваше дитя унаследуют твой дар. Словом, я надеюсь, что это будет девочка, — почему-то сказала Старшая.

— До этого слишком далеко, — отозвалась Кира.

— Надеюсь, — прошептала Старшая. — Не думаю, что ты сможешь надолго оставлять дитя, чтобы присоединиться