Опасность для альфы - Рене Роуз

— Откуда? — спрашивает Трей. Его плечи напрягаются, как будто он собирается измениться. Джаред садится на стул лицом ко мне. Его спина напряжена, как у хищника в состоянии повышенной готовности.

И они правы, готовясь к обороне. Осведомленность Эмбер — это ответственность перед стаей.

— Остынь. — Я не могу сдержать рычание в своем голосе. — Она одна из нас.

— Что? — Джаред наклоняет голову.

— Ты рассказал ей? — спрашивает Трей, как будто не слышал меня, теребя пирсинг в губе. Он мыслитель стаи. Мне следовало заставить его поступить в колледж, потому что он парень, который до хрена исследует все, что его интересует. Он отличный советник и стратег. — Люди не могут знать о нас, Гаррет, правило…

— Заткнись, Трей, — обрывает его Джаред. Ни для кого из них неуместно подвергать сомнению любое принятое мной решение.

Я выпиваю пиво. — Нет, я ей не говорил. И я в курсе правил стаи. Этот конкретный закон не применялся в течение семидесяти лет.

— Да, потому что твой отец вывернул бы кишки любому оборотню, если бы он когда-нибудь рассказал человеку, — бормочет Джаред. Его глаза тоже серебристые.

— Я не мой отец. — Парни замирают от моего рычания, поэтому заставляю себя расслабиться. — Возможно, именно так мой отец ведет дела, но не думаю, что в этом есть необходимость. Как я уже сказал, она одна из нас.

— Оборотень? — спрашивает Джаред, хотя наверняка уже знает по ее запаху, что это не так.

Я качаю головой. — Экстрасенс. Я ей не говорил. Она догадалась. Или знала. — Я встаю и скрещиваю руки на груди. — Но мы поговорили, и она не собирается рассказывать никому ни слова.

Трей прикусывает губу.

Джаред наблюдает за мной. — Ты собираешься рассказывать Танку?

Мои пальцы сжимаются в кулаки. Танк теперь их гребаный лидер? — Нет необходимости. Она будет молчать.

— Всякий раз, когда ты говоришь о ней, в твоих глазах твой волк, — замечает Джаред. — Мы принимали ставки на то, как скоро ты заявишь на нее права.

Они принимали ставки. Что, вероятно, означает, что вся стая в курсе, что я неравнодушен к человеку. Придурки.

— Я хочу защитить ее, — признаюсь я. И трахать ее до бесчувствия. — Она хороший человек и не искала этих видений. — И мой волк хочет, чтобы она была в безопасности. Сначала я собирался отрицать правду, но по какой-то причине не желал ей лгать.

Я не сумасшедшая, настаивала она, и этим всё сказано. Я не мог позволить ей продолжать так думать. Не мог причинить ей боль. Я альфа. И защищаю слабых. Кем бы ни была Эмбер Дрейк, она одна из моих.

— Она одна из нас, — повторяю я. — Она поклялась никому не говорить, и я ей верю. И мой волк доверяет ей, так что… — Я пожимаю плечами, внимательно наблюдая за языком телодвижений парней. Большая часть моей стаи лояльна, но я нарушаю правила. Один намек на то, что они представляют угрозу для Эмбер, и я сделаю все, что должен, чтобы быть уверенным, что она в безопасности.

— Как скажешь, босс. — Трей опускается на сиденье рядом с Джаредом.

Я рычу в знак одобрения, но втайне рад, что они так хорошо к этому относятся.

— Да. — Джаред тоже откидывается на спинку стула, расслабленный и улыбающийся. — Самое время тебе завести себе пару.

Мои глаза чуть не вылезают из орбит. — Что?

— Мы последовали за тобой в Тусон, потому что влияние твоего отца было слишком жестким. Волку нет места разгуляться. Но вся эта холостяцкая жизнь давит на нас. Я готов догнать маленькую волчицу, укусить ее. Думаю, что многие парни тоже, но мы ждали тебя.

— Чушь собачья. — Эти парни — тусовщики. Мысль о том, что кто-то из нас в ближайшее время остепенится, смехотворна.

Джаред только усмехается. Почти уверен, что он подначивает меня, только чтобы выяснить, насколько серьезно я отношусь к Эмбер.

— Я не ищу себе пару, — твердо говорю. — Вы оба знаете, что я не могу спариться с человеком, даже если она экстрасенс. — Но мой волк не согласен. Многие волки спариваются с людьми — это возможно. Мне просто нужно быть осторожным, чтобы не укусить ее во время спаривания, иначе это может ее убить. Но спаривание с человеком означало бы, что я потеряю свое положение альфы. Это воспримут как признак слабости. У наших щенков была бы слабая кровь.

— Ну, я готов остепениться. — Трей зевает.

— Ты просто хочешь, чтобы твой член сосали регулярно, — бормочет Джаред.

— Да, и что? А кто не хочет? — Трей хватает подушку, на которой сидит, и бросает ее в своего брата по стае.

— Парни, — рассеянно предупреждаю я их. У меня голова идет кругом от идеи спаривания с Эмбер. Это смешно, но теперь, когда это обсуждается, мой волк не перестанет пускать слюни при мысли о том, что чопорный маленький адвокат станет моим собственным. Я хочу завалить ее, привязать к кровати и раздвинуть ей ноги. Долго-долго лизать ее киску, чтобы она кричала до хрипоты. Каждую ночь. Всю оставшуюся жизнь.

Этого не случится, приятель.

— Не волнуйся, — успокаивает Джаред. — Мы найдем другое место для жилья после того, как ты приведешь человека к повиновению. — Они с Треем обмениваются ухмылками, и мне хочется врезать им обоим. Им это слишком нравится.

— А пока мы купим затычки для ушей, — добавляет Трей.

— Мне уже нужны затычки для ушей. — Джаред бросает подушку в Трея. — Ты не даешь мне уснуть, воешь, пока дрочишь.

— Я не вою. — Трей откидывает подушку назад и бросается на своего товарища по стае.

— Парни, — предупреждаю я, и они останавливаются. — Сделайте мне одолжение. Сидите смирно. Эмбер под моей защитой, но это не значит, что она моя гребаная пара.

— Но она может стать твоей любовницей. — Джаред ухмыляется, как будто знает, что я пытаюсь придумать, как это сделать. — Мы позволим тебе сначала разогреть ее для нас. Когда придет время, мы заставим Трея надеть мешок на голову.

Удары начинаются снова. Я хватаю свою пивную бутылку, пока она не разлетелась, и смотрю, как они мутузят друг друга, надеясь, что грохот не