Самый достойный герцог - Полия Белгадо

— Оказывается, можно смотреть не только в темное время суток, как я полагала, а даже днем.

Действительно, с помощью телескопа можно было разглядеть предметы, находящиеся на очень значительном расстоянии, например весь парк и даже ферму за ним. При движении трубы изображение теряло четкость, приходилось его настраивать.

Кейт разглядывала то, что видела, размышляя: что-то случилось с телескопом или с ее зрением?

Перед ней был герцог Мабери, помогавший одному из арендаторов класть каменную стену. Одет он был почти так же, как вчера, в льняную рубашку, расстегнутую сейчас почти до талии, позволяя увидеть темную поросль на груди. Значит, загорела не только его шея.

— Да… вижу… — протянула в ответ Кейт. — Замечательное устройство.

Жар ударил в голову и стал разливаться в животе. Она не могла оторваться, с интересом глядя в телескоп и раздумывая, зачем герцогу уподобляться простому рабочему и трудиться вместе с арендатором?

— Кейт?

На плечо легла рука. Она вздрогнула и резко отпрянула.

— Да?

— Все хорошо? Ты покраснела.

— Я? Да, все хорошо.

— Что ты увидела? Вероятно, это весьма любопытно, если ты не слышала, что я зову тебя уже не первый раз. Можно и мне посмотреть?

— Нет! — Кейт заслонила собой телескоп. — Я… хотела сказать, что… она уже улетела, это была красивая голубая сойка на дереве.

— Голубая сойка? — Мэдди нахмурилась. — Мне казалось, они водятся только в Америке.

«Вот незадача!»

— Правда?

— Мне так казалось. Дай, я посмотрю.

— Подожди, позволь, я еще раз. — Кейт приблизила глаз к окуляру. До того как подруга поймет, куда она на самом деле смотрит, девушка последний раз полюбуется красавцем-герцогом. — Минутку… — Изображение вновь стало четким, Кейт увидела, как стала рушиться каменная стена, едва не задев людей. — Это же… О нет!

— Что случилось?

Кейт развернулась.

— Мне надо идти.

Герцог не пострадал, но что могло стать причиной разрушения? Вероятно, ошибки в кладке. Неужели в поместье нет каменщика?

— Идти? Но куда?

Кейт поджала губы. Перед чем она никогда не могла устоять в жизни, так это задача, требующая решения.

— Пока не могу сказать. — Она взяла руки Мэдди в свои и пожала. — Но мне нужна твоя помощь.

Мэдди активно закивала, отчего ее кудряшки вновь запрыгали.

— Все, что скажешь.

— Если кто-то спросит, скажи, что эти часы мы провели вместе. Пожалуйста.

— Ладно, — с неохотой ответила Мэдди.

— Спасибо. — Кейт выпустила ее руки и помчалась к выходу. — Я скоро, — бросила она на бегу.

Глава 6

— Говори уж, — пробормотал Себастьян, стряхивая пыль с недавно еще безупречно белой рубашки.

— Что, ваша светлость? — спросил Джон Лоуренс, протягивая ему кусок чистой ткани.

Себастьян вытер ею пот со лба.

— Что ты был прав. Следовало дождаться каменщика, пусть бы он клал твою стену. — И кивнул на груду разбросанных камней.

— Жена постоянно жаловалась, что овцы приходят к нам через дыру в заборе и щиплют траву. Вы ведь знаете, как непросто справиться с моей Мэри в гневе. — Лоуренс усмехнулся. — К тому же как отвергнуть помощь самого герцога? — Мужчина поскреб подбородок. — И работа казалась несложной, ваша светлость, — клади себе камни один на другой. Но я все равно очень благодарен за помощь, милорд. Ни один рабочий не трудится с таким усердием, как вы. Может, когда устанете от обязанностей герцога, будете работать на меня, ваша светлость?

Себастьян улыбнулся в ответ:

— Подумаю над твоим предложением, Джон.

Тот покачал головой:

— Не понимаю, что вы с нами возитесь столько лет? Уже ведь всем помогли, все отремонтировали и починили. На фермах все самое лучшее. Старый герцог ничего для нас не делал, даже не пожелал с нами познакомиться.

При упоминании отца Себастьян замер, сжав тряпку.

— Простите, ваша светлость. — Джон снял шляпу и поклонился. — Простите за неуважение к памяти отца. Я благодарен вам за помощь.

— Все в порядке, Джон, — произнес Себастьян, но плечи его опустились, когда напряжение отступило.

Мужчины его положения для поддержания формы посещали фехтовальные или боксерские клубы. И он когда-то занимался тем же, хотя уже не помнил, когда последний раз выходил на ковер. Сейчас он был в лучшей физической форме, чем когда-либо в жизни, и все благодаря посильному труду. Многие сказали бы, что загар и выраженная мускулатура плеч — это не модно для джентльмена, но его уже лет пять как перестало заботить мнение общества. И начинать беспокоиться об этом сейчас он не намерен.

Давно, только приступив к управлению поместьем, он обнаружил, что физическая активность позволяет отвлечься от грустных мыслей. Если тело лишено сил, то и разум не станет горевать. Теперь труд стал ему необходим, он желал этого не только телом, но и душой, труд становился бальзамом для старых ран.

Себастьян искал, чем заняться, и находил. Сегодня надеялся достаточно утомиться, чтобы быстро и крепко заснуть, а не лежать и думать о том, о чем не следует: о тех необыкновенных глазах василькового цвета, волосах, лежащих красивой волной, тонком аромате пудры и цитруса. Именно предаваясь мыслям об этом, он водрузил последний камень, от веса которого стена и рухнула.

«Проклятие!»

— С вами все хорошо, ваша светлость? — Джон выглядел обеспокоенным.

— Да, да, все хорошо. — Себастьян отбросил тряпку и застегнул рубашку. — Полагаю, нам лучше подождать каменщика. Не хотелось бы сделать хуже, чем уже есть.

— Ничего страшного, я пока поставлю повозку так, чтобы загородить путь этим надоедливым овцам. Не желаете умыться, милорд, и выпить воды?

Себастьян оглядел себя и увидел прилипшие к одежде комья грязи. Для камердинера не станет сюрпризом такой вид герцога, он к этому давно привык, а вот выпить холодной воды было бы неплохо.

— Пройдемся до колодца вместе.

Он последовал за Джоном Лоуренсом, обошел дом и помог вытащить полное ведро. Смыл пыль с лица и рук, насколько это было возможно, остальное вполне терпит до ванны.

Затем они обсудили, что еще требуется арендаторам, что необходимо сделать в последующие недели, а что может подождать. Надел земли Джона и ферма располагались ближе всего к особняку, поэтому Лоуренс стал своего рода связующим звеном между арендаторами и герцогом Мабери.

— Я подумаю, как раздобыть несколько овец для Роберта Таллинга, — произнес Себастьян и мысленно добавил еще один пункт к списку дел. — А теперь я пойду. Сообщи, если надо будет еще что-то построить.

Джон кивнул:

— Спасибо вам, ваша светлость.

Они вместе прошли к переднему входу в дом, где был привязан конь Себастьяна Гром. Но теперь во дворе он был не один. На фоне разрушенной стены появилась хрупкая женская фигура. Себастьян сразу