Смертельные Игры Дона - Джуди Хейл

— Джордж не против полетать, но я сомневаюсь, что авиакомпания примет его на борт. И, честно говоря, он не очень-то любит, когда его едят.

Нико хмурит брови, явно не понимая, что происходит.

— Там, куда мы едем, его кинут на гриль, — добавляю я полушутя.

Это не самое лучшее их качество. Но, с другой стороны, они с такой же радостью бросили бы Нико на барбекю, если бы знали, что он преследовал меня, а затем пытался убить, так что они не совсем безнадежны.

— Увидимся в аэропорту, — говорю я, затем закрываю дверь машины и завожу двигатель. А может быть нет. В глубине души я очень надеюсь, что он бросит игру, в которую играет со мной. Я игнорирую ту небольшую часть себя, которая надеется, что он этого не сделает.

К сожалению, он остается в зеркале заднего вида, постоянно следуя за мной всю дорогу до аэропорта, и занимает парковочное место рядом с моим на долгосрочной стоянке.

Я выхожу из машины и, не удостоив его взглядом, открываю багажник и расстегиваю чемодан. Я сняла кобуру с ножом на бедре, пока ждала на светофоре, но теперь сомневаюсь.

Я не первый раз лечу домой, но впервые меня сопровождает опасный преступник. Отсутствие средств защиты на случай, если он решит, что ему надоело играть, заставляет чувствовать себя обнаженной и слишком незащищенной.

Я вздыхаю, сжимаю рукоять кинжала в последний раз и засовываю его в чемодан.

— Тебе тоже придется оставить оружие, мистер Вителли, — говорю я, не глядя на него. — Не думаю, что охрана пропустит тебя вместе с ним.

— Не волнуйся обо мне, — отвечает он, когда я достаю чемодан из багажника и ставлю его на колеса.

Я не собираюсь настаивать. Если он хочет, чтобы его арестовали, пусть будет так. На самом деле, звучит идеально.

Трансфер до аэропорта прибывает в течение минуты, и короткая поездка туда проходит в тишине.

Но когда я выхожу из автобуса и направляюсь к главному терминалу, Нико неожиданно хватает меня за руку и меняет направление моих шагов, его прикосновение вызывает непроизвольную дрожь, пробегающую по мне.

Ух, возьми себя в руки, Соф.

— Сюда, — Нико кивает в противоположном направлении. — Нас ждет самолет, — объясняет он так, будто в этом нет ничего особенного.

Я не могу скрыть своего удивления. Его способность обойти трудности традиционной туристической логистики граничит с абсурдом.

— Ты забронировал частный самолет за двадцать минут? Ты шутишь.

Он пожимает плечами.

— Ты бы предпочла стоять в очереди у службы безопасности в течение следующего часа?

— Нет.

Но я бы также предпочла не путешествовать с вооруженным красавчиком-психопатом, так что, похоже, мои предпочтения не занимают высоких мест ни в чьих списках.

Я вздыхаю.

— Хорошо.

Отдала пенни, придется отдать и фунт.

И действительно, если бы Нико хотел моей смерти, он мог бы сделать это у меня дома, имея в качестве свидетеля только Джорджа. «Убийство в полете» звучит как название плохого детективного романа.

Итак, я позволила ему провести меня через стоянку к частному терминалу, а за ним нас ждал шикарный самолет.

Нет никакой общей линии безопасности, через которую нужно пройти, только горстка людей, которые, я совершенно уверена, специализировались на том, чтобы «целовать задницу Нико Вителли» еще в колледже.

— Buongiorno20, синьор Вителли, — каждый из них приветствует его с яркой улыбкой, когда мы поднимаемся по ступенькам и садимся.

— Могу ли я что-нибудь принести вам, синьор?

— Мы поднимемся в воздух через несколько минут, синьор.

— Когда мы приземлимся, вас будет ждать машина, синьор.

Меня тоже приветствуют кивком и множеством слов «Buongiorno, синьорита».

Это похоже на приступ чрезмерной доброты, и от этого у меня слегка кружится голова, я с радостью киваю и спешу пройти мимо них, усаживаясь на плюшевый диван, стоящий напротив полированного деревянного столика в середине салона.

Нико задерживается в передней части самолета, разговаривая с экипажем на беглом итальянском языке, и меня охватывает осознание: это его команда, его самолет, его правила. Внезапно я оказываюсь на орбите Нико Вителли, среди его преданного окружения. Я смотрю в окно и подавляю нарастающую панику.

Когда самолет начинает взлетать, Нико садится напротив меня.

— Итак, кто этот человек, которого ты собираешься похоронить дома? — его вопрос разрывает тишину.

Я качаю головой, решив сохранить профессиональную стену.

— Это не так работает, мистер Вителли. Ты говоришь, я слушаю.

Я снова смотрю в окно, но чувствую тяжесть его взгляда, как физическое прикосновение.

Проходит некоторое время, прежде чем я решаюсь встретиться с ним взглядом.

— Если ты пытаешься общаться телепатически, боюсь, я забыла свое шестое чувство в аэропорту.

Его губы дергаются в улыбке, которую он, кажется, не может сдержать.

— Ты либо очень храбрая, либо глупая, fiammetta21, — размышляет он вслух.

— Нынешние обстоятельства указывают на последнее, — бормочу я себе под нос, мысли о больших кошках и охотничьих играх кружатся в моей голове.

Мне просто нужно вернуться домой. Нико ничего не сможет мне там сделать. Он может даже не вернуться. Я испытываю извращенное чувство радости, представляя, как хищник за несколько часов становится добычей.

Я удивляюсь, когда Нико начинает со мной разговаривать.

— Мария познакомилась с Лео, когда они учились в старшей школе. Ты это знала? — спрашивает Нико, подавая знак принести напитки.

Я смотрю на него и многозначительно молчу. Если это способ узнать что я знаю, то его план провалился сразу.

Он делает паузу, пока красивая брюнетка подает ему два стакана и открытую бутылку граппы. Я притворяюсь, что не замечаю взгляды, которым они обмениваются, пока она наполняет его стакан. Не взглянув на меня, она развернулась на пятках и оставила нас одних.

Мои кишки неожиданно скручиваются, когда я чувствую, как мои ноздри раздуваются от раздражения.

Почему, черт возьми, этот взгляд меня так беспокоит, является загадкой, в которую я не хочу вникать. Насколько я знаю, Нико, возможно, дает ей указание убрать меня, делая это очень небрежно.

Он продолжает, не обращая внимания на мое кипение.

— Для них это не было любовью с первого взгляда. Это было больше похоже на любовь, затем на ненависть, затем на любовь.

Он делает паузу, чтобы сделать глоток напитка, затем ставит стакан на стол.

— Лео не возражал. Примирительный секс того стоил.

Да, Мария упомянула про американские горки в сексуальной жизни между ней и ее мужем: ничего в течение нескольких недель после ссоры, а затем внезапно вспыхивала искра, и все заканчивалось часами занятий любовью.

— Я сказал