Сын могильщика - Даринда Джонс

давление на горле. Он прижал ее к полу, стиснув зубы, а его предплечье легло ей на горло.

— Квентин, — она едва смогла выдохнуть, но его глаза стали черными. Нет, не только

радужки. Его глаза целиком стали черными, и она наблюдала за этим. Черные, как ночь, нити покрыли его белки. Он выглядел… одержимым.

— Зачем ты здесь? — спросил он, и его голос стал глубоким, хриплым, звериным, сверхъестественным. Затем он замолчал. Моргнул. Потряс головой, словно пытаясь

привести себя в порядок, и снова посмотрел на нее. — Путешественница.

Она дернула его за руку и попыталась применить приемы, которые она изучала на

занятиях по самозащите, но все разумные мысли покинули ее. Поэтому она решила сказать

очевидное, с трудом выдыхая. — Квентин, я не могу дышать.

Он сразу отпустил ее, издав рычащий звук разочарования, и отвернулся. Она

перевернулась и легла в позу эмбриона, кашляя и пытаясь наполнить легкие воздухом. Ее

щеки, горячие и мокрые от слез, горели почти так же сильно, как горло. Она кашляла до

такой степени, что чуть не задохнулась и не вырвала все на пол Доры. Умершая женщина

стояла над Эмбер, ее лицо полно беспокойства.

Кайл тоже был рядом. — Мисс Ковальски, — сказал он, приседая рядом с ней, крепче прижимая к груди свой блокнот. — Чем могу помочь? — Он бросил яростный взгляд

через плечо.

— Ничего, — сказала она, прокашлявшись еще несколько раз и садясь. — Всё в порядке.

Правда.

Дора зажала себе рот руками. – Mija (исп. детка), ты вся в крови.

Она посмотрела вниз — действительно, кровь покрывала её майку, но это была не её кровь.

— Квентин! — воскликнула она, поспешив к нему, но не осмеливаясь прикоснуться. Он

изменился больше, чем она могла себе представить. Он резко отвернулся, не поворачиваясь

к ней.

— Прекрати вести себя как придурок и повернись ко мне.

Он отодвинулся, когда она попыталась увидеть, что происходит за его спиной. Он был

ранен. Сильно.

—Повернись ко мне, или я выйду из круга, достану свой телефон и позову на помощь. —

Она не хотела втягивать других людей в эту ситуацию, но все вышло из-под контроля, и

она уже не чувствовала себя в безопасности. Как бывший ангел, её отчим знал бы, что

делать.

Голова Квентина резко повернулась в её сторону, и гнев был очевиден в каждом его

движении. В каждом вдохе.

—Я так и думала, — сказала она, удовлетворенно улыбнувшись. — А своё отношение

можешь засунуть себе куда подальше.

Он взглянул на неё с яростью, а затем перевёл взгляд на ее горло. Вина накатила на него, и

она увидела это в каждой черте его изысканного лица. Его глаза снова были голубыми.

Может, немного темнее, чем раньше, но всё ещё голубыми, с белыми белками. О да. Им

определенно нужно было поговорить. Но пока что демон явно пытался разорвать его на

части.

Эмбер наклонилась вокруг него и сдержала всхлип. Вдоль его живота и рёбер шли

новые порезы. Его рубашка теперь была скорее красной, чем синей, передняя часть

насквозь пропиталась, густая жидкость просачивалась в джинсы.

— О, Квентин, — прошептала она, пытаясь поднять его рубашку, но он не позволил ей.

Он прикрыл живот рукой и с трудом поднялся на ноги.

— Подожди, Квентин, подожди, — сказала она, тоже вставая. Когда он посмотрел на неё, она положила руку ему на грудь. — Нам нужно перевязать это. — Крови было намного

больше, чем в прошлый раз. Его нужно было доставить в больницу.

Он покачал головой и показал жестами: — Я в порядке. Нам нужно выбраться отсюда.

— Я только за, — ответила она. Чем быстрее они уйдут, тем скорее она сможет доставить

его в больницу. Ближайшая, вероятно, была в Санта-Фе.

— У тебя есть план?

Он обошёл её, и она заметила, как он начертил чёрной солью на полу. Он создал внешний

круг вокруг всего дома, а затем, у задней двери, начертил две прямые линии, шириной с

дверь, которые соединяли внутренний круг, в котором они стояли, с внешним кольцом

вокруг дома. Круг, окружавший стол. Теперь стол лежал перевёрнутым на другой стороне

маленькой кухни, но кольцо из соли, к счастью, осталось нетронутым. Квентин подошёл к

части круга, где были начерчены две линии, и, бросив взгляд через плечо, посмотрел на неё.

Эмбер снова перекрестилась и сложила руки в молитве. Кайл крепче прижал к себе свой

планшет. Эмбер стояла слишком близко к обоим. Их эмоции смешивались с её

собственными, и она не могла понять, действительно ли её охватывал страх или же это был

результат воздействия её двух друзей. Наверное, немного того и другого. Без свитера и с

майкой, пропитавшейся кровью Квентина, она начала дрожать. На улице не было холодно, но достаточно прохладно, чтобы по её коже побежали мурашки. Хотя, с другой стороны, это могло быть и от страха. Квентин схватил кинжал, который лежал прямо на границе

круга, глубоко вдохнул и нарушил линию, проводя ботинком по её краю.

Все четверо стояли в ожидании,