Я твоя пленница - Алёна Рю

– Ниада! – воскликнул он, пересекая шатер широким шагом. – Что ты удумала? Ханниган уверяет, ты пыталась сбежать.

– Ее подставила твоя рыженькая любовница, – ответил за меня Алтимор.

Кириан сжал челюсть.

– Это правда? – спросил он.

– Она показала мне пленных, – я встала с кресла. – Вы везете их в империю.

По лицу жениха я поняла, что он прекрасно об этом знал. Зря, зря я считала, что он лучше остальных.

– Давай вернемся ко мне, – Кириан протянул мне руку.

Я фыркнула и так стремительно прошла мимо него, что лорду пришлось меня догонять.

За спиной послышалась усмешка принца.

Глава шестая. Предсказание

– У меня для тебя подарок, – объявил Кириан на следующее утро.

Внутри по-прежнему бурлило, но за ночь я поняла, что злюсь не на лорда, а на себя, поверившую, что он отличается от Алтимора.

– Благодарю, милорд, но мне ничего не нужно, – холодно ответила я.

– Поверь, тебе понравится, – он отдернул вход шатра. – Идем же.

Утро выдалось морозным. Приближалась зима, и теперь по ночам вода в ведрах замерзала. Мне было зябко, и я закуталась в плащ. Ханниган вернул его Кириану как доказательство моей якобы попытки к бегству. Только не знаю, что лорд в итоге сказал полковнику, мы с ним это так и не обсудили. Стоило, наверное, поговорить о Паулине. Но вся эта тема была ужасно неприятна. Достаточно, что я для себя поняла – не надо верить случайным мальчишкам и покидать шатер без Кириана.

Мы прошли вдоль палаток, которых прямо на глазах становилось всё меньше. Армия готовилась к походу домой. На душе стало еще тоскливее. Перемены нельзя было остановить, как бы ни хотелось.

Впереди раскинулся самый большой шатер, какой я пока видела. Его сторожил воин в легкой кольчуге. Увидев нас, он разом подтянулся.

– Ваше Высочество.

Кириан вошел первым, и я юркнула за ним. Изнутри пахнуло сеном и навозом.

Посреди шатра была длинная стойка, к которой привязали несколько лошадей. Я сразу заметила черную, как смоль, Ниаду. Ту самую дикую лошадь, которую оседлал принц.

Рядом с ней была кобыла помельче и, вероятно, помоложе. Белая в яблоках. К ней Кириан и направился.

– Это тебе, – сказал он, погладив ее по морде.

Я подошла ближе и, вытянув руку, тоже коснулась ее головы.

– Красивая. Как ее зовут?

– Как ты решишь.

Я вопросительно посмотрела на Кириана. Он ласково улыбнулся, и что-то в его серо-голубом взгляде заставило меня опустить глаза. Я почувствовала себя виноватой.

Ведь он старается. Правда старается.

– Спасибо, – сказала я вслух.

В шатре повисла неловкая пауза. Кириан взял меня за руку. Его ладонь была жесткой от мозолей, но держала так бережно, что казалась мягкой. Только легче мне от этого не становилось.

Я уставилась себе под ноги, и лорд легонько развернул меня к себе.

– Ниа, – его голос обволакивал. – Посмотри на меня.

Я заставила себя поднять голову. Кириан продолжил:

– Что мне сделать, чтобы облегчить тебе это путешествие?

У меня было только одно желание.

– Я бы хотела увидеть пленных, – решилась я высказать.

Кириан выпустил мою руку.

– Среди них нет твоего отца, – сказал он с неожиданной жесткостью.

– Откуда вы знаете?

– Империя берет только молодых.

Мгновение мы снова молчали. Но я не сдавалась:

– Среди них могут быть мои друзья.

– Послушай, Ниа, – Кириан наморщил лоб, – тебе нужно кое-что понять. Раз и навсегда. Ты можешь приехать в Фортундейл как моя невеста или как рабыня. Но если ты моя невеста, то отныне твой народ – ангорцы. Потому что твое будущее будет навсегда связано с нами. В этом твой выбор.

Выбор. Опять это отвратительное слово.

– Я так не могу, – честно сказала я. – И вы бы на моем месте не смогли.

В этом я была уверена.

– Если тебе нужно время, – Кириан снова смягчился.

– Дайте мне хотя бы с ними попрощаться.

Лорд смерил меня взглядом.

– Только один раз, – строго сказал он. – И ты обещаешь больше об этом не просить.

Я вздохнула.

– Обещаю.

Кириан покачал головой, все еще выражая неодобрение.

– Пойдем тогда.

Меня накрыла волна благодарности. Сама от себя не ожидая, я поднялась на цыпочки и поцеловала его в небритую щеку.

– Спасибо.

Лорд удивленно вскинул брови, но не растерялся. Обняв меня за талию, прижал к себе и коснулся мягкими губами моего лба.

Я осторожно вывернулась, и благо Кириан не счел это неуважением. Он пошел вперед, и я уже привычно последовала за ним.

Рабов держали прямо на улице. Десятки юношей и молодых мужчин, скованные друг с другом цепями, сидели на сырой земле. По проходам между рядами прогуливались надсмотрщики с хлыстами наперевес.

Кириан замедлил шаг и дал мне возможность всмотреться в лица. Хмурые, чумазые, с угрюмыми взглядами. Я никого не узнавала. И не понимала, радоваться ли мне этому. Может, до моей деревни не добрались?

Ответ нашелся, когда за моей спиной крикнули:

– Ангорская подстилка!

Я судорожно обернулась.

Грэг, который, по словам Алиссы, был ко мне неравнодушен, теперь смотрел на меня с ненавистью. Шрам пересекал его лицо от глаза до подбородка, чудом оставив нос на месте.

– Что смотришь, шлюха? – он сплюнул.

Я попятилась, упираясь спиной в Кириана.

Через секунду другой паренек подскочил и врезал Грэгу кулаком по лицу. Я даже не сразу поняла, что это Люк. Подалась было к нему, но Кириан успел схватить меня за предплечье.

– Идем отсюда, – сухо сказал он.

Воздух рассек свист хлыста, и обоим парням прилетело на едва защищенные рубашками спины.

Мне стало дурно так, что в глазах потемнело. Если бы Кириан не держал меня, вероятно, сползла бы прямо в грязь.

Мою деревню атаковали. Грэг оставался там до последнего, помогал кузнецу. Он не был на передовой. Но значит ли это, что все сожгли? Или кто-то уцелел? Девочки, мастер-лекарь, тетя Роза?

– Девушек вы тоже… – невнятно проговорила я.

– Да, – сухо ответил Кириан, продолжая уводить меня подальше от рабов. – Но не думаю, что у них тебя ждет более теплый прием.

Мои глаза чесались, и хотелось разреветься. Но я взяла себя в руки. Не имею я права ни рыдать, ни жаловаться. Мое положение на сегодня куда лучше, чем у остальных.

К нам подбежал один из слуг лорда и сообщил, что шатер и все вещи упакованы и грузятся на телегу. А часть солдат уже марширует в сторону гор.

– Нам пора, Ниа, – объявил Кириан.

И для меня это прозвучало как приговор.

***

Лошадь я назвала Снежинкой. У нее был кроткий нрав, и